31 фраза из книги «Анна Гавальда. Утешительная партия игры в петанк» — избранное

Ниже 31 цитата из книги «Анна Гавальда. Утешительная партия игры в петанк»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Но сегодня... Когда наша жизнь так изменилась... так, что в стодесятиметровой квартире стало тяжело находиться, взрывоопасно. Сегодня, когда мы с Лоранc уже почти не занимаемся любовью, когда я теряю по иллюзии в день и по году жизни за день стройки, когда я говорю с малышкой Снупи, а она меня не слышит, и чтобы добиться ее внимания, я должен доставать свою кредитку, – сегодня я жалею, что не включил тогда «аварийки»... Я должен был сделать это, конечно, должен. Съехать на полосу для аварийной остановки – удачней не скажешь, – выскочить в ночь, распахнуть ее дверцу, вытащить из машины за ноги и крепко-накрепко сжать в объятьях.

   Но сегодня... Когда наша жизнь так изменилась... так, что в стодесятиметровой квартире стало тяжело находиться, взрывоопасно. Сегодня, когда мы с Лоранc уже почти не занимаемся любовью, когда я теряю по иллюзии в день и по году жизни за день стройки, когда я говорю с малышкой Снупи, а она меня не слышит, и чтобы добиться ее внимания, я должен доставать свою кредитку, – сегодня я жалею, что не включил тогда «аварийки»... Я должен был сделать это, конечно, должен. Съехать на полосу для аварийной остановки – удачней не скажешь, – выскочить в ночь, распахнуть ее дверцу, вытащить из машины за ноги и крепко-накрепко сжать в объятьях.

   — Шарль Баланда · книга
2. «

   Заснул, думая о ней. О её теле, чуть-чуть. Но главное, о ней. О ней, вместе с её телом.

   Заснул, думая о ней. О её теле, чуть-чуть. Но главное, о ней. О ней, вместе с её телом.
3. «

   Ее гогот возвращает меня к окошку консьержки в доме на бульваре Босежур, к признаниям прекрасной жены моего заказчика, к тому моменту, когда она упаковала мое сердце и чувства в грязный полиэтилен на полу.

   Ее гогот возвращает меня к окошку консьержки в доме на бульваре Босежур, к признаниям прекрасной жены моего заказчика, к тому моменту, когда она упаковала мое сердце и чувства в грязный полиэтилен на полу.
4. «

   Каждый вечер я приношу им свежий багет, стараюсь обеспечить сбалансированный рацион питания, всякий раз, стирая их джинсы, выворачиваю их карманы и спасаю кучу всякого хлама, терплю, когда они запираются и хихикают до утра, плюю на их дебильную музыку, не реагирую на их попреки: мне, мол, не понять все тонкости техно и тектоники, я...

   Каждый вечер я приношу им свежий багет, стараюсь обеспечить сбалансированный рацион питания, всякий раз, стирая их джинсы, выворачиваю их карманы и спасаю кучу всякого хлама, терплю, когда они запираются и хихикают до утра, плюю на их дебильную музыку, не реагирую на их попреки: мне, мол, не понять все тонкости техно и тектоники, я...

   — Шарль Баланда · книга
5. «

   За ремонтом следила она. Наши встречи участились, по мере продвижения работ мои перспективы становились все менее отчетливыми, ее рукопожатия – не такими быстрыми, уже не так мешали несущие стены, зато все больше мешали рабочие.

   За ремонтом следила она. Наши встречи участились, по мере продвижения работ мои перспективы становились все менее отчетливыми, ее рукопожатия – не такими быстрыми, уже не так мешали несущие стены, зато все больше мешали рабочие.

   — Шарль Баланда · книга
6. «

   Живот женщины, это самое таинственное, что есть в мире, самое волнующее, самое красивое, даже самое сексуальное, как бы написали в ваших дебильных журналах, — долдонил он под снисходительным взглядом Лоранс, — так что, нет, только не живот... Спрячь его. И береги... Я, Матильда, тебе не мораль читаю и не о приличиях говорю... Я о любви. Куча пацанов будут мысленно измерять твою задницу и угадывать форму груди, и это честная игра, но живот — прибереги его для того, кого полюбишь, ты... Ты меня поняла?

   Живот женщины, это самое таинственное, что есть в мире, самое волнующее, самое красивое, даже самое сексуальное, как бы написали в ваших дебильных журналах, — долдонил он под снисходительным взглядом Лоранс, — так что, нет, только не живот... Спрячь его. И береги... Я, Матильда, тебе не мораль читаю и не о приличиях говорю... Я о любви. Куча пацанов будут мысленно измерять твою задницу и угадывать форму груди, и это честная игра, но живот — прибереги его для того, кого полюбишь, ты... Ты меня поняла?

   — Шарль Баланда · книга
7. «

   Так вот что значит быть четырнадцатилетней сегодня? Ясно осознавать, что все продается и покупается в этом дольнем мире, и в тоже время оставаться настолько наивной и нежной, и верить, что можно, взяв за руки двух взрослых одновременно, шагая посередине, между ними, и не вприпрыжку, как раньше, но крепко сжимая их руки, сковывая их собою, несмотря ни на что удержать их ВМЕСТЕ.

   Так вот что значит быть четырнадцатилетней сегодня? Ясно осознавать, что все продается и покупается в этом дольнем мире, и в тоже время оставаться настолько наивной и нежной, и верить, что можно, взяв за руки двух взрослых одновременно, шагая посередине, между ними, и не вприпрыжку, как раньше, но крепко сжимая их руки, сковывая их собою, несмотря ни на что удержать их ВМЕСТЕ.
8. «

   — Посмотри на них, Шарль. Как они молоды и красивы, все как один. <...> И ты знаешь, о чем они говорят? — Нет, — ответил я. — О своих девайсах, черт подери! Повытаскивали свои дурацкие гаджеты и меряются, у кого из них больше гигов... Ужасно, правда? Как подумаешь, что это им предстоит обеспечивать нашу спокойную старость! <...> Нет, серьезно, друзья, вы меня огорчаете... Да в вашем возрасте вы должны умирать от любви! Писать стихи! Замышлять Революцию! Грабить богатых! Паковать рюкзаки и уезжать на край света! Пытаться переделать мир! Но гигабайты?! Фу... Даже не знаю... Чего уж тогда не кредиты на покупку жилья?

   — Посмотри на них, Шарль. Как они молоды и красивы, все как один. <...> И ты знаешь, о чем они говорят? — Нет, — ответил я. — О своих девайсах, черт подери! Повытаскивали свои дурацкие гаджеты и меряются, у кого из них больше гигов... Ужасно, правда? Как подумаешь, что это им предстоит обеспечивать нашу спокойную старость! <...> Нет, серьезно, друзья, вы меня огорчаете... Да в вашем возрасте вы должны умирать от любви! Писать стихи! Замышлять Революцию! Грабить богатых! Паковать рюкзаки и уезжать на край света! Пытаться переделать мир! Но гигабайты?! Фу... Даже не знаю... Чего уж тогда не кредиты на покупку жилья?

   — Клэр · книга
9. «

   «Почему ты не бросишь его?» — донимал я её. «Не знаю. Наверно, потому что я ему не нужна...»

   «Почему ты не бросишь его?» — донимал я её. «Не знаю. Наверно, потому что я ему не нужна...»

   — Шарль · книга
10. «

    Ему достаточно было просто знать, что она существует, пусть далеко от него, пусть отдельно от него, и это его утешало...

    Ему достаточно было просто знать, что она существует, пусть далеко от него, пусть отдельно от него, и это его утешало...

    — Шарль Баланда · книга
11. «

    – Ну и что в ней такого особенного? – Лама. – ?!? – Лама, три тысячи квадратных метров крытых помещений, река, пятеро детей, десять кошек, шесть собак, три лошади, осел, куры, утки, коза, тучи ласточек, шрамы, перстень, хлысты, мобильное кладбище, четыре печки, бензопила, конусная дробилка, конюшня XVIII века, сложена так, что закачаешься, говорит на двух языках, сотни розовых кустов и потрясающий пейзаж. – И что все это значит? – она вытаращила глаза. – Хм! Я смотрю, от тебя толку, как от козла молока…

    – Ну и что в ней такого особенного? – Лама. – ?!? – Лама, три тысячи квадратных метров крытых помещений, река, пятеро детей, десять кошек, шесть собак, три лошади, осел, куры, утки, коза, тучи ласточек, шрамы, перстень, хлысты, мобильное кладбище, четыре печки, бензопила, конусная дробилка, конюшня XVIII века, сложена так, что закачаешься, говорит на двух языках, сотни розовых кустов и потрясающий пейзаж. – И что все это значит? – она вытаращила глаза. – Хм! Я смотрю, от тебя толку, как от козла молока…

    — Шарль Баланда · книга
12. «

    ... она не вписывалась ни в какие рамки и отчаянно сопротивлялась тому, чтобы куда-то вписаться.

    ... она не вписывалась ни в какие рамки и отчаянно сопротивлялась тому, чтобы куда-то вписаться.
13. «

    — Зачем вообще рожать детей, если они не могут рассказать тебе о своей любви, когда вырастут?[...]И что тогда вообще остается? Что нам остается, если мы не можем говорить друг с другом о любви, об удовольствии? Коммунальные платежи? Прогноз погоды?

    — Зачем вообще рожать детей, если они не могут рассказать тебе о своей любви, когда вырастут?[...]И что тогда вообще остается? Что нам остается, если мы не можем говорить друг с другом о любви, об удовольствии? Коммунальные платежи? Прогноз погоды?
14. «

    Так вот что значит знаменитый русский фатализм... Смотреть сквозь запотевшее стекло, как все твои добрые намерения тонут в колоссальном бардаке, окружающем тебя.

    Так вот что значит знаменитый русский фатализм... Смотреть сквозь запотевшее стекло, как все твои добрые намерения тонут в колоссальном бардаке, окружающем тебя.
15. «

    То, что было потом, называется счастьем, а со счастьем сложно. Не расскажешь. Так считается. Так говорят.

    То, что было потом, называется счастьем, а со счастьем сложно. Не расскажешь. Так считается. Так говорят.
16. «

    За столом все трое вели себя безупречно, тщательно пережевывали пищу и старательно избегали говорить о том, ради чего они собственно собрались.

    За столом все трое вели себя безупречно, тщательно пережевывали пищу и старательно избегали говорить о том, ради чего они собственно собрались.
17. «

    Наверное, мне нужно завести собаку. Чтобы хоть кто то меня любил и радовался всякий раз, когда я возвращаюсь домой... Может быть, игрушечную? С большими добрыми глазами и таким механизмом, чтобы она виляла хвостом, когда её гладишь по голове.

    Наверное, мне нужно завести собаку. Чтобы хоть кто то меня любил и радовался всякий раз, когда я возвращаюсь домой... Может быть, игрушечную? С большими добрыми глазами и таким механизмом, чтобы она виляла хвостом, когда её гладишь по голове.
18. «

    Тогда она улыбнулась и позволила любить себя.

    Тогда она улыбнулась и позволила любить себя.
19. «

    Включил музыку, закатал рукава, протер стол чистой тряпкой и порубил всё на мелкие кусочки: чеснок, эшалот, свою слабость и свои сомнения.

    Включил музыку, закатал рукава, протер стол чистой тряпкой и порубил всё на мелкие кусочки: чеснок, эшалот, свою слабость и свои сомнения.
20. «

    — И такая заварушка из-за женщины, с которой ты едва знаком, которая живет в пятистах километрах отсюда, у которой уже пятеро своих шалопаев и которая носит носки из козьей шерсти? — Именно...

    — И такая заварушка из-за женщины, с которой ты едва знаком, которая живет в пятистах километрах отсюда, у которой уже пятеро своих шалопаев и которая носит носки из козьей шерсти? — Именно...