29 фраз из книги «Анна Гавальда. Я её любил. Я его любила» для дневника

Собрали 29 цитат из книги «Анна Гавальда. Я её любил. Я его любила» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Кухня превратилась в судилище, Адриан и его сестра — в обвинителей, а на скамье подсудимых — их отец. Как тяжело всё это было... Нет, бомба так и не взорвалась, язвили в меру — так, воткнули друг в друга пару-тройку отравленных шпилек. Как всегда.

   Кухня превратилась в судилище, Адриан и его сестра — в обвинителей, а на скамье подсудимых — их отец. Как тяжело всё это было... Нет, бомба так и не взорвалась, язвили в меру — так, воткнули друг в друга пару-тройку отравленных шпилек. Как всегда.

   — Хлоя · книга
2. «

   Чем больше пью, тем яснее голова…

   Чем больше пью, тем яснее голова…

   — Пьер · книга
3. «

   Я молился, чтобы она не смогла жить без меня.

   Я молился, чтобы она не смогла жить без меня.
4. «

   ... Я был счастлив в то время, потому что знал: пусть мы не вместе, она существует. Само по себе это уже было чудом.

   ... Я был счастлив в то время, потому что знал: пусть мы не вместе, она существует. Само по себе это уже было чудом.
5. «

   Я пользуюсь его отсутствием, чтобы проверить сотовый. Ни одного сообщения. Естественно. Какая же я дура. Дура...

   Я пользуюсь его отсутствием, чтобы проверить сотовый. Ни одного сообщения. Естественно. Какая же я дура. Дура...
6. «

   Мой свекор старательно резал морковь кружочками. Всегда забавно наблюдать за мужчиной, который впервые в жизни готовит еду. Ох уж эта манера точно следовать рецепту, будто Жинетта Матио — верховная богиня кулинарного искусства!

   Мой свекор старательно резал морковь кружочками. Всегда забавно наблюдать за мужчиной, который впервые в жизни готовит еду. Ох уж эта манера точно следовать рецепту, будто Жинетта Матио — верховная богиня кулинарного искусства!

   — Хлоя · книга
7. «

   Весь дом был в курсе, стоило нам только пошевелить рукой или ногой. Помню намёки Кристин за столом, когда мы спустились в первое утро. Никогда не забуду, как мы краснели, не поднимая глаз от своих тарелок и держась за руки под столом.

   Весь дом был в курсе, стоило нам только пошевелить рукой или ногой. Помню намёки Кристин за столом, когда мы спустились в первое утро. Никогда не забуду, как мы краснели, не поднимая глаз от своих тарелок и держась за руки под столом.

   — Хлоя · книга
8. «

   Он поднёс стакан к моим губам, и его виски показались мне омерзительным. Я несколько дней ничего не ела и сразу опьянела. Нож скользил по луковой шелухе, затылок отпустило. Сейчас отрежу себе палец. Мне было хорошо.

   Он поднёс стакан к моим губам, и его виски показались мне омерзительным. Я несколько дней ничего не ела и сразу опьянела. Нож скользил по луковой шелухе, затылок отпустило. Сейчас отрежу себе палец. Мне было хорошо.

   — Хлоя · книга
9. «

   Я тогда кивала, но не понимала. Я не понимала этого человека, столь скупого на эмоции, подавлявшего все свои чувства. Постоянно держать себя в узде из страха показаться слабым — этого я никогда не могла понять! В моей семье обниматься и целоваться было также естественно, как дышать.

   Я тогда кивала, но не понимала. Я не понимала этого человека, столь скупого на эмоции, подавлявшего все свои чувства. Постоянно держать себя в узде из страха показаться слабым — этого я никогда не могла понять! В моей семье обниматься и целоваться было также естественно, как дышать.

   — Хлоя · книга
10. «

    Моя жизнь похожа на эту кровать, думала я. Хрупкая. Зыбкая. Подвешенная.

    Моя жизнь похожа на эту кровать, думала я. Хрупкая. Зыбкая. Подвешенная.

    — Хлоя · книга
11. «

    Буду теперь смотреть на жизнь через глазок в двери. Никому не открою больше дверь. Отойдите. Покажите правую руку. Хорошо, теперь левую. Наденьте тапочки. Стойте в дверях. Не двигайтесь.

    Буду теперь смотреть на жизнь через глазок в двери. Никому не открою больше дверь. Отойдите. Покажите правую руку. Хорошо, теперь левую. Наденьте тапочки. Стойте в дверях. Не двигайтесь.
12. «

    Всегда говорят о горе брошенных... А ты когда-нибудь думала о тех, кто уходит?

    Всегда говорят о горе брошенных... А ты когда-нибудь думала о тех, кто уходит?
13. «

    Тебе кажется, что ты бросил якорь, — но это ловушка. Ты принимаешь решения, берёшь на себя обязательства, получаешь кредиты, ну и рискуешь, конечно. Покупаешь дома, селишь малышей в розовые детские, и каждую ночь спишь в объятиях супруга. И радуешься... Как это у нас говорилось? Радуешься согласию. Да, именно так мы и говорили, когда были счастливы. И даже когда уже не были...

    Тебе кажется, что ты бросил якорь, — но это ловушка. Ты принимаешь решения, берёшь на себя обязательства, получаешь кредиты, ну и рискуешь, конечно. Покупаешь дома, селишь малышей в розовые детские, и каждую ночь спишь в объятиях супруга. И радуешься... Как это у нас говорилось? Радуешься согласию. Да, именно так мы и говорили, когда были счастливы. И даже когда уже не были...

    — Хлоя · книга
14. «

    Браво! Браво! Браво! Мы все похоронили: друзей, мечты и любовь, — а теперь похороним и себя! Браво друзья!

    Браво! Браво! Браво! Мы все похоронили: друзей, мечты и любовь, — а теперь похороним и себя! Браво друзья!
15. «

    Жизнь, даже если ты её отвергаешь, даже если пренебрегаешь ею, всегда оказывается сильней тебя. Она сильнее всего. Люди возвращались из лагерей и заводили детей. Мужчины и женщины, которых жестоко пытали, которые видели, как умирают их близкие, как горят их дома, снова бежали за автобусом, обсуждали прогноз погоды и выдавали замуж дочерей. Это невероятно, но это так. Жизнь сильнее всего. Да и потом, кто мы такие, чтобы придавать собственным персонам столько значения? Мы суетимся, кричим… Зачем? К чему?

    Жизнь, даже если ты её отвергаешь, даже если пренебрегаешь ею, всегда оказывается сильней тебя. Она сильнее всего. Люди возвращались из лагерей и заводили детей. Мужчины и женщины, которых жестоко пытали, которые видели, как умирают их близкие, как горят их дома, снова бежали за автобусом, обсуждали прогноз погоды и выдавали замуж дочерей. Это невероятно, но это так. Жизнь сильнее всего. Да и потом, кто мы такие, чтобы придавать собственным персонам столько значения? Мы суетимся, кричим… Зачем? К чему?

    — Пьер · книга
16. «

    — Её почти не бывало дома. «Время, отданное приходу», — говорила она возводя глаза к небесам. Она из кожи вон лезла, поносила каких-то придуманных ею благочестивых дур, входя, устало снимала перчатки и бросала их, точно фартук, на консоль в прихожей, вздыхала, вертелась, трещала без умолку, лгала и путалась. Мы ей не мешали. Поль называл её Сарой Бернар, а мой отец, стоило ей выйти из комнаты, возвращался к чтению «Фигаро», не утруждая себя комментариями... Ещё картошки?

    — Её почти не бывало дома. «Время, отданное приходу», — говорила она возводя глаза к небесам. Она из кожи вон лезла, поносила каких-то придуманных ею благочестивых дур, входя, устало снимала перчатки и бросала их, точно фартук, на консоль в прихожей, вздыхала, вертелась, трещала без умолку, лгала и путалась. Мы ей не мешали. Поль называл её Сарой Бернар, а мой отец, стоило ей выйти из комнаты, возвращался к чтению «Фигаро», не утруждая себя комментариями... Ещё картошки?

    — Пьер · книга
17. «

    Жить гораздо веселее, если ты счастлив.

    Жить гораздо веселее, если ты счастлив.
18. «

    ... Думаю, тебе стоит переключиться на йокари, эта игра гораздо забавней. Ударяешь по мячику, который держишь на веревочке, и не знаешь, куда именно он вернется, но точно знаешь, что вернется, обязательно — в этом-то весь кайф, мне иногда кажется, что я... Что я — твой шарик — йокари...

    ... Думаю, тебе стоит переключиться на йокари, эта игра гораздо забавней. Ударяешь по мячику, который держишь на веревочке, и не знаешь, куда именно он вернется, но точно знаешь, что вернется, обязательно — в этом-то весь кайф, мне иногда кажется, что я... Что я — твой шарик — йокари...
19. «

    Я вижу, как люди страдают — понемножку, самую малость, совсем чуть-чуть, но этого хватает, чтобы все испортить... Люди живут вместе, потому что цепляются за свою никчемную, неблагодарную жизнь. Компромиссы, противоречия... И ничего другого... Браво, браво, браво! Мы всё похоронили: друзей, мечты и любовь, — а теперь похороним и себя. Браво, друзья!

    Я вижу, как люди страдают — понемножку, самую малость, совсем чуть-чуть, но этого хватает, чтобы все испортить... Люди живут вместе, потому что цепляются за свою никчемную, неблагодарную жизнь. Компромиссы, противоречия... И ничего другого... Браво, браво, браво! Мы всё похоронили: друзей, мечты и любовь, — а теперь похороним и себя. Браво, друзья!
20. «

    Я села и взялась руками за голову. Мне хотелось её отвинтить, положить перед собой на пол и точным ударом ноги отправить ее как можно дальше. Так далеко, чтобы её больше никто и никогда не нашел. Но я и по мячу-то бить не умею. Наверняка бы промахнулась.

    Я села и взялась руками за голову. Мне хотелось её отвинтить, положить перед собой на пол и точным ударом ноги отправить ее как можно дальше. Так далеко, чтобы её больше никто и никогда не нашел. Но я и по мячу-то бить не умею. Наверняка бы промахнулась.