Подборка · 15 цитат из книги

15 цитат из книги «Антон Шандор ЛаВей. Сатанинская Библия» для размышлений

Собрали 15 цитат из книги «Антон Шандор ЛаВей. Сатанинская Библия» — те самые, которые расходятся на цитаты.

Другие размеры:10 13 14 16 17 20 25 все варианты

Самый сильный инстинкт во всякой живой твари — инстинкт самосохранения, который приводит нас к последнему из семи смертных грехов — гневу. Разве не инстинкт самосохранения пробуждается когда кто-то наносит нам обиду, когда мы становимся достаточно разгневанными, чтобы защитить себя от дальнейших атак? Сатанист практикует принцип: «Если ударят тебя по одной щеке, сокруши обидчика своего в другую его щеку!» Не оставляйте ничего неудовлетворенным. Будьте львом на тропе, опасным даже в защите!
Самый сильный инстинкт во всякой живой твари — инстинкт самосохранения, который приводит нас к последнему из семи смертных грехов — гневу. Разве не инстинкт самосохранения пробуждается когда кто-то наносит нам обиду, когда мы становимся достаточно разгневанными, чтобы защитить себя от дальнейших атак? Сатанист практикует принцип: «Если ударят тебя по одной щеке, сокруши обидчика своего в другую его щеку!» Не оставляйте ничего неудовлетворенным. Будьте львом на тропе, опасным даже в защите!
Любить врагов своих и творить добро тем, кто ненавидит и использует тебя — не есть ли это презренная философия спаниеля, который перекатывается на спину, когда его пнут?
Любой, кто покупает одежду для целей иных, нежели прикрыть свое тело и предохранить его от стихии, виновен в гордыни. Сатанисты часто сталкиваются с насмешниками, которые утверждают, что можно обойтись без отличительных знаков принадлежности к вере. Следует указать этим уничтожителям ярлыков, что, по крайней, мере, одна, а то и многие вещи, которые они сами носят, не совсем обязательно утепляют их.
Любой, кто покупает одежду для целей иных, нежели прикрыть свое тело и предохранить его от стихии, виновен в гордыни. Сатанисты часто сталкиваются с насмешниками, которые утверждают, что можно обойтись без отличительных знаков принадлежности к вере. Следует указать этим уничтожителям ярлыков, что, по крайней, мере, одна, а то и многие вещи, которые они сами носят, не совсем обязательно утепляют их.
Я — Сатанист! Поклонитесь же, ибо я есть высочайшее воплощение человеческой жизни!
Богу дозволено делать то, что запрещено человеку, как, например, — убивать людей, творить чудеса ради удовлетворения своих собственных потребностей, управлять целым миром, не неся за это никакой видимой ответственности и т.д. и т.п. Если человеку нужен такой Бог и он признает его, значит, он поклоняется творению рук человеческих. То есть, ОН ПОКЛОНЯЕТСЯ ЧЕЛОВЕКУ, СОЗДАВШЕМУ БОГА. Не является ли более осмысленным поклонение тому Богу, которого он сам создал в соответствии с собственными эмоциональными потребностями — тому, кто наилучшим образом представляет его целиком и полностью плотское существо, имеющее навязчивую идею первым делом изобрести себе Бога?
Богу дозволено делать то, что запрещено человеку, как, например, — убивать людей, творить чудеса ради удовлетворения своих собственных потребностей, управлять целым миром, не неся за это никакой видимой ответственности и т.д. и т.п. Если человеку нужен такой Бог и он признает его, значит, он поклоняется творению рук человеческих. То есть, ОН ПОКЛОНЯЕТСЯ ЧЕЛОВЕКУ, СОЗДАВШЕМУ БОГА. Не является ли более осмысленным поклонение тому Богу, которого он сам создал в соответствии с собственными эмоциональными потребностями — тому, кто наилучшим образом представляет его целиком и полностью плотское существо, имеющее навязчивую идею первым делом изобрести себе Бога?
Да, изменились времена, но не человек. Начальные понятия Сатанизма существовали всегда. Единственное, что есть нового — формальная организация религии, основанной на общих характерных чертах человека. Веками величественные постройки из камня, извести и стали были посвящаемы человеческому воздержанию. Настала пока, когда человеческие существа должны перестать бороться сами с собой и посвятить время постройке храмов для людских вольностей.
Да, изменились времена, но не человек. Начальные понятия Сатанизма существовали всегда. Единственное, что есть нового — формальная организация религии, основанной на общих характерных чертах человека. Веками величественные постройки из камня, извести и стали были посвящаемы человеческому воздержанию. Настала пока, когда человеческие существа должны перестать бороться сами с собой и посвятить время постройке храмов для людских вольностей.
Неважно, что вы слышали о «непорочном зачатии» — даже если ваша слепая вера позволяет вам проглотить этот абсурд — вы прекрасно знаете, что для того, чтобы ВАМ завести ребенка, надо вступить в половую связь с человеком противоположного пола!
Неважно, что вы слышали о «непорочном зачатии» — даже если ваша слепая вера позволяет вам проглотить этот абсурд — вы прекрасно знаете, что для того, чтобы ВАМ завести ребенка, надо вступить в половую связь с человеком противоположного пола!
Плохо, что глупость не вызывает болевых ощущений. Невежество — одно дело, но наше общество всё в большей степени процветает на глупости. Оно полагается на людей, которые соглашаются со всем, что им скажут. Средства массовой информации культивируют глупость в качестве позиции, которая не только приемлема, но и похвальна.
Плохо, что глупость не вызывает болевых ощущений. Невежество — одно дело, но наше общество всё в большей степени процветает на глупости. Оно полагается на людей, которые соглашаются со всем, что им скажут. Средства массовой информации культивируют глупость в качестве позиции, которая не только приемлема, но и похвальна.
Человек нуждается в ритуале и догме, но ничто не указывает на то, что обособленный Бог необходим, дабы исполнять ритуалы и церемонии в честь Бога! Не может ли статься так, что, сокращая расстояние между собой и своим «Богом», человек видит выползающего на свет демона гордыни — само олицетворение Люцифера? Он более не может рассматривать себя в двух частях — плотской и духовной, а видит, как они сливаются в одно целое, и, затем, — к своему великому ужасу, что эти две части есть плотские — И БЫЛИ ТАКОВЫМИ ВСЕГДА! Затем, он либо начинает ненавидеть себя до самой смерти — день за днем, или отрицает кто он есть на самом деле.
Человек нуждается в ритуале и догме, но ничто не указывает на то, что обособленный Бог необходим, дабы исполнять ритуалы и церемонии в честь Бога! Не может ли статься так, что, сокращая расстояние между собой и своим «Богом», человек видит выползающего на свет демона гордыни — само олицетворение Люцифера? Он более не может рассматривать себя в двух частях — плотской и духовной, а видит, как они сливаются в одно целое, и, затем, — к своему великому ужасу, что эти две части есть плотские — И БЫЛИ ТАКОВЫМИ ВСЕГДА! Затем, он либо начинает ненавидеть себя до самой смерти — день за днем, или отрицает кто он есть на самом деле.
Все религии духовного характера придуманы человеком. Ничем иным, как своим плотским мозгом, он сотворил целую систему богов. У человека есть эго, его скрытое «я» и, лишь потому, что не в силах смириться с ним, он вынужден обособлять его вне себя в неком великом спиритуальном оздании, именуемым «Богом».
Все религии духовного характера придуманы человеком. Ничем иным, как своим плотским мозгом, он сотворил целую систему богов. У человека есть эго, его скрытое «я» и, лишь потому, что не в силах смириться с ним, он вынужден обособлять его вне себя в неком великом спиритуальном оздании, именуемым «Богом».
«Я увидел самую кровавую и мрачную сторону человеческой природы», — вспоминал ЛаВей в одной из бесед, — «людей, застреленных психами, зарезанных своими друзьями, детей, размазанных по сточным канавам водителями, скрывшимися с места происшествия. Это было отвратительно и гнетуще. Я спрашивал себя: «Где же Бог?» Я начал ненавидеть ханжеское отношение к насилию со стороны людей, повторявших: на то воля божья».
«Я увидел самую кровавую и мрачную сторону человеческой природы», — вспоминал ЛаВей в одной из бесед, — «людей, застреленных психами, зарезанных своими друзьями, детей, размазанных по сточным канавам водителями, скрывшимися с места происшествия. Это было отвратительно и гнетуще. Я спрашивал себя: «Где же Бог?» Я начал ненавидеть ханжеское отношение к насилию со стороны людей, повторявших: на то воля божья».
Неестественно не иметь желания получать для себя выгоду. Сатанизм представляет собой разновидность управляемого эгоизма. Это не значит, что вы никогда не делаете ничего ни для кого. Если вы делаете что-то для кого-нибудь, заботиться о ком доставляет вам счастье, его счастье доставит вам чувство удовлетворения. Сатанизм придерживается измененной формы Золотого Правила. Наша интерпретация его такова: «Воздай другим то, что воздали тебе они», потому что если «Воздаешь ты каждому, как воздали бы тебе они» а они, в ответ, относятся к вам плохо, самой человеческой природе противно продолжать относиться к ним с уважением. Вы могли бы воздать другим, как если бы воздали они вам, но если ваша обходительность не была возвращена, к ним следует относиться с заслуженной ими яростью.
Неестественно не иметь желания получать для себя выгоду. Сатанизм представляет собой разновидность управляемого эгоизма. Это не значит, что вы никогда не делаете ничего ни для кого. Если вы делаете что-то для кого-нибудь, заботиться о ком доставляет вам счастье, его счастье доставит вам чувство удовлетворения. Сатанизм придерживается измененной формы Золотого Правила. Наша интерпретация его такова: «Воздай другим то, что воздали тебе они», потому что если «Воздаешь ты каждому, как воздали бы тебе они» а они, в ответ, относятся к вам плохо, самой человеческой природе противно продолжать относиться к ним с уважением. Вы могли бы воздать другим, как если бы воздали они вам, но если ваша обходительность не была возвращена, к ним следует относиться с заслуженной ими яростью.
Когда щенок достигает зрелости, он становится собакой; когда лед тает, он становится водой; когда стали использоваться 12 месяцев, мы получили новый календарь с соответствующим названием; когда магия становится научным фактом, мы соотносимся с ней как с медициной, астрономией и т.д. Когда название не подходит более к данной вещи, весьма логично изменить его на новое, которое лучше отражает ее сущность. Тогда почему же мы не следуем этому правилу, когда дело касается религии? Зачем продолжать называть религию тем же названием, если принципы ее уже вышли за рамки ее изначальной сути? Или, если религия проповедует то же, что и всегда, но ее последователи не практикуют на деле ни одно из ее учений, зачем они все еще называют себя именем, данным последователям той религии?
Когда щенок достигает зрелости, он становится собакой; когда лед тает, он становится водой; когда стали использоваться 12 месяцев, мы получили новый календарь с соответствующим названием; когда магия становится научным фактом, мы соотносимся с ней как с медициной, астрономией и т.д. Когда название не подходит более к данной вещи, весьма логично изменить его на новое, которое лучше отражает ее сущность. Тогда почему же мы не следуем этому правилу, когда дело касается религии? Зачем продолжать называть религию тем же названием, если принципы ее уже вышли за рамки ее изначальной сути? Или, если религия проповедует то же, что и всегда, но ее последователи не практикуют на деле ни одно из ее учений, зачем они все еще называют себя именем, данным последователям той религии?
Когда религиозная вера во лжи убивает, это означает, что человек стал ближе к себе и дальше от «Бога», ближе к «Дьяволу». Если это то, что представляет собой Дьявол, и человек проживает свою жизнь в храме Дьявола и сухожилия Сатаны двигают его плотью, тогда он либо сбегает от кудахтанья и придирок праведников, либо гордо встает в тайных местах и манипулирует одержимыми недомыслием массами через свою Сатанинскую силу в ожидании того дня, когда он выйдет из тени, провозглашая: «Я — САТАНИСТ! ПРЕКЛОНИТЕСЬ ЖЕ, ИБО Я ЕСТЬ ВЫСОЧАЙШЕЕ ВОПЛОЩЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНИ!»
Когда религиозная вера во лжи убивает, это означает, что человек стал ближе к себе и дальше от «Бога», ближе к «Дьяволу». Если это то, что представляет собой Дьявол, и человек проживает свою жизнь в храме Дьявола и сухожилия Сатаны двигают его плотью, тогда он либо сбегает от кудахтанья и придирок праведников, либо гордо встает в тайных местах и манипулирует одержимыми недомыслием массами через свою Сатанинскую силу в ожидании того дня, когда он выйдет из тени, провозглашая: «Я — САТАНИСТ! ПРЕКЛОНИТЕСЬ ЖЕ, ИБО Я ЕСТЬ ВЫСОЧАЙШЕЕ ВОПЛОЩЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНИ!»
Сатанист говорит, что любое украшение на теле насмешника указывает на то, что этот человек также повинен в гордыне. Независимо от того, сколь многословен может быть циник в интеллектуальных упражнениях описания своей свободы, он все же сам несет на себе признаки гордыни. Нежелание подниматься утром ведет к обвинению в лености, и, если лежать в постели достаточно долго, то можно найти себя совершающим еще один грех — вожделение. Испытывать малейшее шевеление сексуального желания — значит быть виновным в вожделении. Чтобы подстраховать процесс размножения человечества, природа сделала вожделение вторым по силе инстинктом после самосохранения. Осознавая это, христианская церковь, тем не менее, сделала блуд «первородным грехом». Таким образом, получается так, что никому не удается избежать греха. Ведь сам факт нашего существования есть результат греха — Первородного греха.
Сатанист говорит, что любое украшение на теле насмешника указывает на то, что этот человек также повинен в гордыне. Независимо от того, сколь многословен может быть циник в интеллектуальных упражнениях описания своей свободы, он все же сам несет на себе признаки гордыни. Нежелание подниматься утром ведет к обвинению в лености, и, если лежать в постели достаточно долго, то можно найти себя совершающим еще один грех — вожделение. Испытывать малейшее шевеление сексуального желания — значит быть виновным в вожделении. Чтобы подстраховать процесс размножения человечества, природа сделала вожделение вторым по силе инстинктом после самосохранения. Осознавая это, христианская церковь, тем не менее, сделала блуд «первородным грехом». Таким образом, получается так, что никому не удается избежать греха. Ведь сам факт нашего существования есть результат греха — Первородного греха.