29 цитат из книги «Ася Лавринович. Загадай любовь», ставших крылатыми

Ниже 29 цитат из книги «Ася Лавринович. Загадай любовь»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   – Ты когда-нибудь задумывалась, о чём «Сказка о рыбаке и рыбке»? – спросил меня Тимур. – А чего же тут задумываться? – удивилась я. – Это сказка о жадности и алчности. Этой же старухе всё было мало и мало… Я подняла голову и посмотрела на Тимура. В тусклом подъездном свете его лицо казалось смуглым и усталым. Макеев улыбнулся. – Ты только представь, как сильно старик любил свою сварливую, жадную старуху, что готов был ради неё на всё? Нет, Наташа, это сказка о любви. Я замолчала. Никогда не задумывалась о смысле сказки с этой точки зрения. Хотя, с другой стороны, почему бы и нет? Сколько дед прожил со своею старухою? И всё равно любил её, несмотря ни на что. – Никогда об этом не думала, – честно сказала я. – А ты всё объясняешь любовью? – Нет. Я вижу её только там, где она есть.

   – Ты когда-нибудь задумывалась, о чём «Сказка о рыбаке и рыбке»? – спросил меня Тимур. – А чего же тут задумываться? – удивилась я. – Это сказка о жадности и алчности. Этой же старухе всё было мало и мало… Я подняла голову и посмотрела на Тимура. В тусклом подъездном свете его лицо казалось смуглым и усталым. Макеев улыбнулся. – Ты только представь, как сильно старик любил свою сварливую, жадную старуху, что готов был ради неё на всё? Нет, Наташа, это сказка о любви. Я замолчала. Никогда не задумывалась о смысле сказки с этой точки зрения. Хотя, с другой стороны, почему бы и нет? Сколько дед прожил со своею старухою? И всё равно любил её, несмотря ни на что. – Никогда об этом не думала, – честно сказала я. – А ты всё объясняешь любовью? – Нет. Я вижу её только там, где она есть.

   — Тимур Макеев · книга
2. «

   Макеев показал мне, как играть в FIFA. Во время игры мы спорили, и иногда я злорадно хохотала, а потом подталкивала локтем Макеева, всякий раз, когда забивала гол, а он смущённо улыбался в ответ. Поначалу я решила, что новичкам везёт. И мне не сразу пришло в голову, что Макеев нарочно мне поддаётся. Когда до меня наконец дошло, то поначалу я хотела страшно возмутиться. Ведь я не люблю, когда мне поддаются… Это – нечестная победа. Так случалось часто у нас в семье, когда Алина или папа нарочно проигрывали мне в настольных играх только потому, что я младшая. Но сейчас мне даже стало немного приятно. Тимур хотел, чтобы я радовалась, а не огорчалась. Это показалось мне безумно милым, и свои возмущения я оставила.

   Макеев показал мне, как играть в FIFA. Во время игры мы спорили, и иногда я злорадно хохотала, а потом подталкивала локтем Макеева, всякий раз, когда забивала гол, а он смущённо улыбался в ответ. Поначалу я решила, что новичкам везёт. И мне не сразу пришло в голову, что Макеев нарочно мне поддаётся. Когда до меня наконец дошло, то поначалу я хотела страшно возмутиться. Ведь я не люблю, когда мне поддаются… Это – нечестная победа. Так случалось часто у нас в семье, когда Алина или папа нарочно проигрывали мне в настольных играх только потому, что я младшая. Но сейчас мне даже стало немного приятно. Тимур хотел, чтобы я радовалась, а не огорчалась. Это показалось мне безумно милым, и свои возмущения я оставила.

   — Наташа Зуева · книга
3. «

   Иногда в такие моменты, когда всем плохо, кажется, что тебе хуже всех.

   Иногда в такие моменты, когда всем плохо, кажется, что тебе хуже всех.

   — Наташа Зуева · книга
4. «

   Несмотря на все мои ночные переживания, проснулась я в хорошем настроении. А всё потому, что из кухни впервые за долгое время доносился привычно весёлый голос сестры. Уютное звяканье посудой, папин низкий голос и мамин звонкий смех. Всё стало как раньше. До того как в нашей семье произошла ситуация с Эдиком, я даже не задумывалась, как важно ценить эти обычные вещи. Никто не болеет, не страдает, не плачет, не ссорится и не думает, что жизнь его закончится… Мы просто переговариваемся, строим планы на день, пьём кофе и едим вкусные мамины сырники на завтрак. Да, счастье должно быть именно таким – простым.

   Несмотря на все мои ночные переживания, проснулась я в хорошем настроении. А всё потому, что из кухни впервые за долгое время доносился привычно весёлый голос сестры. Уютное звяканье посудой, папин низкий голос и мамин звонкий смех. Всё стало как раньше. До того как в нашей семье произошла ситуация с Эдиком, я даже не задумывалась, как важно ценить эти обычные вещи. Никто не болеет, не страдает, не плачет, не ссорится и не думает, что жизнь его закончится… Мы просто переговариваемся, строим планы на день, пьём кофе и едим вкусные мамины сырники на завтрак. Да, счастье должно быть именно таким – простым.

   — Наташа Зуева · книга
5. «

   Я представляла себе, как ты гладил мои влажные волосы; как целовал ладошки; как дети наши малину в саду собирали в лукошко; как я тебе готовила на ужин пасту, соль по вкусу и вина немножко. И было бы здорово, если б мы дарили ласку друг другу да уезжали далеко-далеко на крышах поезда в то время, как люди тряслись в душных вонючих вагонах, в каютах пароходов и на паромах…

   Я представляла себе, как ты гладил мои влажные волосы; как целовал ладошки; как дети наши малину в саду собирали в лукошко; как я тебе готовила на ужин пасту, соль по вкусу и вина немножко. И было бы здорово, если б мы дарили ласку друг другу да уезжали далеко-далеко на крышах поезда в то время, как люди тряслись в душных вонючих вагонах, в каютах пароходов и на паромах…

   — Наташа Зуева · книга
6. «

   Скрипя снегом и время от времени всё-таки на всякий случай оборачиваясь, я подумала, почему нам так сложно найти друзей, а вот врагов – пожалуйста, запросто.

   Скрипя снегом и время от времени всё-таки на всякий случай оборачиваясь, я подумала, почему нам так сложно найти друзей, а вот врагов – пожалуйста, запросто.

   — Наташа Зуева · книга
7. «

   Мама молча меня обняла. – Две мои самые любимые девочки. Ну, где болит? Дай подую? – спросила она меня точно так же, как спрашивала в детстве. Тогда я показала на сердце. Мама грустно рассмеялась.

   Мама молча меня обняла. – Две мои самые любимые девочки. Ну, где болит? Дай подую? – спросила она меня точно так же, как спрашивала в детстве. Тогда я показала на сердце. Мама грустно рассмеялась.

   — Наташа Зуева · книга
8. «

   Почему любовь может причинять столько боли? Разве это не трепетное и сильное чувство, которое должно тебя делать только лучше?

   Почему любовь может причинять столько боли? Разве это не трепетное и сильное чувство, которое должно тебя делать только лучше?
9. «

   – Я сейчас почему-то очень счастлива, – проигнорировав вопрос про гормоны, сказала я. – Раньше мне казалось, что когда я стану по-настоящему счастливым, то обязательно это почувствую. А сейчас думаю, что всё происходит так, как должно быть. И мне очень хорошо.

   – Я сейчас почему-то очень счастлива, – проигнорировав вопрос про гормоны, сказала я. – Раньше мне казалось, что когда я стану по-настоящему счастливым, то обязательно это почувствую. А сейчас думаю, что всё происходит так, как должно быть. И мне очень хорошо.

   — Наташа Зуева · книга
10. «

    Неожиданно для себя я улыбнулась. Как же хорошо дома. Да, пусть у меня не самые душевные отношения с мамой и я никогда ей не расскажу о чём-то сокровенном, например, о влюблённости в учителя географии, но факт того, что моя мама безусловно меня любит, грел. Пусть она не всегда это показывает, но я-то знаю… И папа меня любит. Мой родной папа, который всегда рядом. И пусть он вечно занят на работе… Что ж, это взрослая жизнь. И Алина, наверное, тоже всё-таки меня любит. По-своему. Хоть особо этого и не показывает. Сестра ласково называет меня Натусей и разрешает брать свою дорогую косметику… Нет, у нас всё хорошо. У меня классная и благополучная семья. Без страшных тайн и предательств. И мы с Алиной точно родные и самые любимые. Потому что у сестры густые тёмные волосы, как у мамы, а у меня папины глаза, нос и губы… Мы – одна семья. С весёлыми поездками на нашу дачу, ежегодными путешествиями к морю и этими сладкими булочками на ужин.

    Неожиданно для себя я улыбнулась. Как же хорошо дома. Да, пусть у меня не самые душевные отношения с мамой и я никогда ей не расскажу о чём-то сокровенном, например, о влюблённости в учителя географии, но факт того, что моя мама безусловно меня любит, грел. Пусть она не всегда это показывает, но я-то знаю… И папа меня любит. Мой родной папа, который всегда рядом. И пусть он вечно занят на работе… Что ж, это взрослая жизнь. И Алина, наверное, тоже всё-таки меня любит. По-своему. Хоть особо этого и не показывает. Сестра ласково называет меня Натусей и разрешает брать свою дорогую косметику… Нет, у нас всё хорошо. У меня классная и благополучная семья. Без страшных тайн и предательств. И мы с Алиной точно родные и самые любимые. Потому что у сестры густые тёмные волосы, как у мамы, а у меня папины глаза, нос и губы… Мы – одна семья. С весёлыми поездками на нашу дачу, ежегодными путешествиями к морю и этими сладкими булочками на ужин.

    — Наташа Зуева · книга
11. «

    Ещё есть один способ понять, любишь ли ты. Просто представь, какой бы стала жизнь, если бы твой человек вдруг исчез. Вот как бы я одна досматривала сериалы, которые мы начали смотреть вместе? Или как ходила бы без него в те места, куда мы ходим только вдвоём? В такие моменты понимаю, что это и не жизнь бы была. А так, бессмысленное существование.

    Ещё есть один способ понять, любишь ли ты. Просто представь, какой бы стала жизнь, если бы твой человек вдруг исчез. Вот как бы я одна досматривала сериалы, которые мы начали смотреть вместе? Или как ходила бы без него в те места, куда мы ходим только вдвоём? В такие моменты понимаю, что это и не жизнь бы была. А так, бессмысленное существование.

    — Алина Зуева · книга
12. «

    Это хорошо, когда рядом подходящий человек. С ним кто угодно преобразится. Мне кажется, любовь делает людей красивее.

    Это хорошо, когда рядом подходящий человек. С ним кто угодно преобразится. Мне кажется, любовь делает людей красивее.
13. «

    Мечты имеют свойство сбиваться тогда, когда нам это уже совсем не нужно.

    Мечты имеют свойство сбиваться тогда, когда нам это уже совсем не нужно.

    — Наташа Зуева · книга
14. «

    Ну же, Наташа! Скажи, что эти дни ты места себе не находила! Что те стихи ты посвятила ему, Тимуру, а не Антону. Что именно Тимур вызывает в тебе бурю эмоций, от вселенской любви до большой ненависти из-за того, что заставляет чувствовать себя впервые в жизни так глупо. Испытывать незнакомые ранее сильные эмоции. Душевный вихрь, страх, притяжение. Скажи, что у тебя всё полыхает внутри. Что ты сама себя в последнее время не узнаёшь… – Тоже идёшь в поход? – вместо этого спросила я. И сама испугалась, как глухо и непривычно прозвучал мой голос.

    Ну же, Наташа! Скажи, что эти дни ты места себе не находила! Что те стихи ты посвятила ему, Тимуру, а не Антону. Что именно Тимур вызывает в тебе бурю эмоций, от вселенской любви до большой ненависти из-за того, что заставляет чувствовать себя впервые в жизни так глупо. Испытывать незнакомые ранее сильные эмоции. Душевный вихрь, страх, притяжение. Скажи, что у тебя всё полыхает внутри. Что ты сама себя в последнее время не узнаёшь… – Тоже идёшь в поход? – вместо этого спросила я. И сама испугалась, как глухо и непривычно прозвучал мой голос.

    — Наташа Зуева · книга
15. «

    Любить безответно – это как добровольно поджигать себя, делая себе больно. Гореть в огне, не зная, как выбраться из этого пламени… Ну, вот и всё, – решила я. Это конец. Несколько месяцев я лелеяла мечту. По-детски глупую, но в глубине души казалось, что всё-таки осуществимую. Когда-нибудь. А оказалось, что никогда.

    Любить безответно – это как добровольно поджигать себя, делая себе больно. Гореть в огне, не зная, как выбраться из этого пламени… Ну, вот и всё, – решила я. Это конец. Несколько месяцев я лелеяла мечту. По-детски глупую, но в глубине души казалось, что всё-таки осуществимую. Когда-нибудь. А оказалось, что никогда.

    — Наташа Зуева · книга
16. «

    – Что будем делать? – устало спросила я, ёжась от холода. Стоять на пустынной, слабо освещённой платформе и ждать чуда свыше было глупо. Кто знает, когда придёт электричка? Так и окочуриться недолго. Встретить Новый год здесь? Конечно, это лучше, чем отпраздновать его в отделении полиции, куда тебя загребли за компанию с хулиганами… Хотя кто знает. В отделении хотя бы тепло.

    – Что будем делать? – устало спросила я, ёжась от холода. Стоять на пустынной, слабо освещённой платформе и ждать чуда свыше было глупо. Кто знает, когда придёт электричка? Так и окочуриться недолго. Встретить Новый год здесь? Конечно, это лучше, чем отпраздновать его в отделении полиции, куда тебя загребли за компанию с хулиганами… Хотя кто знает. В отделении хотя бы тепло.

    — Наташа Зуева · книга
17. «

    Почему объятиям придают так мало значения? По-моему, это несправедливо.

    Почему объятиям придают так мало значения? По-моему, это несправедливо.

    — Наташа Зуева · книга
18. «

    Общих семейных фотографий в этой квартире я не наблюдала. Поэтому вспомнила свой дом… Мама постоянно расставляла рамки с фотокарточками, на которых были изображены мы с Алиной. Редко, когда мы фотографировались вместе по собственной воле. Чаще нас ставили рядом и заставляли позировать на камеру. В цирке, на море, у бабушки… Отчего-то мне стало тяжело и горько. Будто одна бутафория вокруг.

    Общих семейных фотографий в этой квартире я не наблюдала. Поэтому вспомнила свой дом… Мама постоянно расставляла рамки с фотокарточками, на которых были изображены мы с Алиной. Редко, когда мы фотографировались вместе по собственной воле. Чаще нас ставили рядом и заставляли позировать на камеру. В цирке, на море, у бабушки… Отчего-то мне стало тяжело и горько. Будто одна бутафория вокруг.

    — Наташа Зуева · книга
19. «

    – Я не хочу, чтобы ты на меня обижался, – сказала я. – Просто сейчас столько всего происходит… Дома и в школе. Мне кажется, для всего этого – не время. – Для чего «этого»? – усмехнулся Тимур. – Для любви. – Разве для неё нужно искать время? Ты просто любишь или нет.

    – Я не хочу, чтобы ты на меня обижался, – сказала я. – Просто сейчас столько всего происходит… Дома и в школе. Мне кажется, для всего этого – не время. – Для чего «этого»? – усмехнулся Тимур. – Для любви. – Разве для неё нужно искать время? Ты просто любишь или нет.

    — Наташа Зуева · книга
20. «

    Я вспомнила своё желание на Новый год, которое написала наспех на клочке бумаги и похоронила в ящике стола. Надо же… Оно сбылось. Всё-тки в моём сердце не смогли уместиться две любви. Но я сделала важный и правильный выбор. Впереди зимние каникулы: с лыжами, прогулками, кофейнями… Впереди что-то новое, неизведанное, и оттого счастье распирает грудь и сердце гулко стучит. Всё так, как должно быть.

    Я вспомнила своё желание на Новый год, которое написала наспех на клочке бумаги и похоронила в ящике стола. Надо же… Оно сбылось. Всё-тки в моём сердце не смогли уместиться две любви. Но я сделала важный и правильный выбор. Впереди зимние каникулы: с лыжами, прогулками, кофейнями… Впереди что-то новое, неизведанное, и оттого счастье распирает грудь и сердце гулко стучит. Всё так, как должно быть.

    — Наташа Зуева · книга