49 цитат из книги «Авессалом Подводный. Проба пера», ставших крылатыми

49 цитат из книги «Авессалом Подводный. Проба пера» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Для меня лучше уши, чем рот, а спине предпочту я живот, но что до волос, то просто до слез, мне жаль, что их время пройдет.

   Для меня лучше уши, чем рот, а спине предпочту я живот, но что до волос, то просто до слез, мне жаль, что их время пройдет.
2. «

   Истинную любовь не омрачишь. Истинная забота неощутима. Настоящая преданность не задушит. Настоящая вера не нуждается в подкреплении.

   Истинную любовь не омрачишь. Истинная забота неощутима. Настоящая преданность не задушит. Настоящая вера не нуждается в подкреплении.
3. «

   Жизнь уходит, как солнце за высокую гору. И насколько же ее тень скучнее ее самой!

   Жизнь уходит, как солнце за высокую гору. И насколько же ее тень скучнее ее самой!
4. «

   На свете нет обыкновенных слов. Обыкновенными бывают люди, души не знающие колдовства.

   На свете нет обыкновенных слов. Обыкновенными бывают люди, души не знающие колдовства.
5. «

   Как сделать, чтобы в жизни не было фальши? Глядя в глаза голодному тигру, не притворяйся невкусным; топча Землю, не думай, что ей это безразлично; имея дело с людьми, помни об их Создателе.

   Как сделать, чтобы в жизни не было фальши? Глядя в глаза голодному тигру, не притворяйся невкусным; топча Землю, не думай, что ей это безразлично; имея дело с людьми, помни об их Создателе.
6. «

   Великое счастье непостижимо. Великая радость тускнеет. Великое горе изживают потомки. Великая печаль исчерпывает себя.

   Великое счастье непостижимо. Великая радость тускнеет. Великое горе изживают потомки. Великая печаль исчерпывает себя.
7. «

   У каждого слова свои привычки и пристрастия, симпатии и антипатии, и свой кусочек земли, где оно живет и говорит: «Здравствуйте», — тем, кто его напрасно не тратили.

   У каждого слова свои привычки и пристрастия, симпатии и антипатии, и свой кусочек земли, где оно живет и говорит: «Здравствуйте», — тем, кто его напрасно не тратили.
8. «

   Перед Высшей Добродетелью бледнеют частные достоинства. Перед Великим Царем смущаются остальные вельможи. В свете луны тускнеют яркие звезды. Но ничто мудрость без знания, красавица без поклонников, мир без красок и форм.

   Перед Высшей Добродетелью бледнеют частные достоинства. Перед Великим Царем смущаются остальные вельможи. В свете луны тускнеют яркие звезды. Но ничто мудрость без знания, красавица без поклонников, мир без красок и форм.
9. «

   Стихи приходят в ночь на просветление. Колеса творчества вращает дух сомнения. В ярмо убожества роскошный бык впрягается, и солнца круг к закату приближается.

   Стихи приходят в ночь на просветление. Колеса творчества вращает дух сомнения. В ярмо убожества роскошный бык впрягается, и солнца круг к закату приближается.
10. «

    Пустому дню не ведомы сомненья; подстрочник жизни — он не стал стихом; привычными обетами влеком, я проводил его без сожаленья.

    Пустому дню не ведомы сомненья; подстрочник жизни — он не стал стихом; привычными обетами влеком, я проводил его без сожаленья.
11. «

    Выражаясь в словах, мысль обретает форму сутью ученых споров будет кипеть в умах, неизреченным своим началом лишь поэта смущая.

    Выражаясь в словах, мысль обретает форму сутью ученых споров будет кипеть в умах, неизреченным своим началом лишь поэта смущая.
12. «

    Кто к блядству непричастен, тот герой!

    Кто к блядству непричастен, тот герой!
13. «

    Высокая истина глубока. Высокая трагедия чревата фарсом. Великая река начинается из болота. Великая пустыня порождает иллюзии.

    Высокая истина глубока. Высокая трагедия чревата фарсом. Великая река начинается из болота. Великая пустыня порождает иллюзии.
14. «

    Я так привязан к жизни, к суете. Мистерия воскресного обеда милее горних сфер и благодати их.

    Я так привязан к жизни, к суете. Мистерия воскресного обеда милее горних сфер и благодати их.
15. «

    Если у человека светятся глаза в темноте, то это, наверное, просто кот, — или совсем влюблен.

    Если у человека светятся глаза в темноте, то это, наверное, просто кот, — или совсем влюблен.
16. «

    Приходи ко мне с пустой корзиной — я ее наполню. Приходи с мешком мусора — я его заберу. Приходи ко мне надолго — я тебя не задержу. Приходи на мгновение — и останешься навсегда.

    Приходи ко мне с пустой корзиной — я ее наполню. Приходи с мешком мусора — я его заберу. Приходи ко мне надолго — я тебя не задержу. Приходи на мгновение — и останешься навсегда.
17. «

    Пропали Один золотой час, 60 алмазных минут. Никакой награды нашедшему, ибо ушли навек.

    Пропали Один золотой час, 60 алмазных минут. Никакой награды нашедшему, ибо ушли навек.
18. «

    Стихи должны звучать, как перезвон колоколов высокого собора, и мысль их должна питать, и стон, и смех, и тишь, и даль простора. И лишь один поэт их может оценить, да парка, ткущая нетленных судеб нить.

    Стихи должны звучать, как перезвон колоколов высокого собора, и мысль их должна питать, и стон, и смех, и тишь, и даль простора. И лишь один поэт их может оценить, да парка, ткущая нетленных судеб нить.
19. «

    Можно ехать на самолете, лететь на поезде скором плыть на авто в метели — лишь было бы куда.

    Можно ехать на самолете, лететь на поезде скором плыть на авто в метели — лишь было бы куда.
20. «

    Все дни как дни — унылой вереницей бегут, чуть слышными шагами шелестя, давно прочитанной истории страницы, пылинки Вечности, Истории пустяк. Там горе стерлось, и тревоги давней знакомый холод затихает, не звучит; там Время глухо затворило ставни и на дорогах расставляет «кирпичи».

    Все дни как дни — унылой вереницей бегут, чуть слышными шагами шелестя, давно прочитанной истории страницы, пылинки Вечности, Истории пустяк. Там горе стерлось, и тревоги давней знакомый холод затихает, не звучит; там Время глухо затворило ставни и на дорогах расставляет «кирпичи».