97 сильных цитат из книги «Авессалом Подводный. Проба пера»

97 цитат из книги «Авессалом Подводный. Проба пера» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Маленькое, крошечное чудо может сотворить и человек, улыбнувшись, например, от сердца, не взирая, кто вы и откуда, долог или короток ваш век и куда намерены вы деться.

   Маленькое, крошечное чудо может сотворить и человек, улыбнувшись, например, от сердца, не взирая, кто вы и откуда, долог или короток ваш век и куда намерены вы деться.
2. «

   Человеку, пишущему сочинение на душу приходят сомнения, так же идущие свыше, как и то, что он пишет.

   Человеку, пишущему сочинение на душу приходят сомнения, так же идущие свыше, как и то, что он пишет.
3. «

   Я собираю в сноп слова, веревкой связываю строк; прижатые, лежат, едва дыша и смотрят за порог.

   Я собираю в сноп слова, веревкой связываю строк; прижатые, лежат, едва дыша и смотрят за порог.
4. «

   Словами можно сказать основное, обозначить сюжета перипетии, в конце отправить на смерть героя, в начале встретить его в трактире. Но что восстанет из книжных строк, худая тень или Божественный восторг?

   Словами можно сказать основное, обозначить сюжета перипетии, в конце отправить на смерть героя, в начале встретить его в трактире. Но что восстанет из книжных строк, худая тень или Божественный восторг?
5. «

   … и, трепыхаясь, сердце откроется, и станет внятным мир, неведомый доселе, и судьба его созданий, странных для ума, тебе покажется понятной и знакомой…

   … и, трепыхаясь, сердце откроется, и станет внятным мир, неведомый доселе, и судьба его созданий, странных для ума, тебе покажется понятной и знакомой…
6. «

   Зима. Холод сковал море льдом. Холоднокровные рыбы мерзнут где-то на дне, но не завидуют людям в шубах и шапках.

   Зима. Холод сковал море льдом. Холоднокровные рыбы мерзнут где-то на дне, но не завидуют людям в шубах и шапках.
7. «

   Если к тебе зачем-то приходят в голову мысли, их гони от себя скорее, покуда не привязались. Они не твои, запомни, и думать их на досуге не лучше, чем где-то краденое развешивать на веревке. Тебя, вероятно, могут однажды за них уважить, сказать: посмотрите, этот чего у себя имеет; но только взгляни — увидишь, что ты за колючим забором и выйти один наружу навряд ли уже сумеешь. Проволоки эти стальные — привычки о разном думать, шипы, что торчат в беспорядке — отдельные мысли, сужденья; и куда не посмотришь, свой мысленный взор не кинешь — сразу новый кусок отменной ограды строишь. Там, за забором, жизнь, живая, как говорится, розы и рододендроны, а может, простая сныть; ходят животные твари, секвойи растут, баобабы синеют горы и реки, желтеют пески пустынь. Но это возможно, так, а может, совсем неправда, а пока что надежно видно то, что забора внутри: вырезанные из серой бумаги различные изображенья того, из чего составлен, как говорят, настоящий мир.

   Если к тебе зачем-то приходят в голову мысли, их гони от себя скорее, покуда не привязались. Они не твои, запомни, и думать их на досуге не лучше, чем где-то краденое развешивать на веревке. Тебя, вероятно, могут однажды за них уважить, сказать: посмотрите, этот чего у себя имеет; но только взгляни — увидишь, что ты за колючим забором и выйти один наружу навряд ли уже сумеешь. Проволоки эти стальные — привычки о разном думать, шипы, что торчат в беспорядке — отдельные мысли, сужденья; и куда не посмотришь, свой мысленный взор не кинешь — сразу новый кусок отменной ограды строишь. Там, за забором, жизнь, живая, как говорится, розы и рододендроны, а может, простая сныть; ходят животные твари, секвойи растут, баобабы синеют горы и реки, желтеют пески пустынь. Но это возможно, так, а может, совсем неправда, а пока что надежно видно то, что забора внутри: вырезанные из серой бумаги различные изображенья того, из чего составлен, как говорят, настоящий мир.
8. «

   Можно ехать на самолете, лететь на поезде скором плыть на авто в метели — лишь было бы куда.

   Можно ехать на самолете, лететь на поезде скором плыть на авто в метели — лишь было бы куда.
9. «

   Приходи ко мне с пустой корзиной — я ее наполню. Приходи с мешком мусора — я его заберу. Приходи ко мне надолго — я тебя не задержу. Приходи на мгновение — и останешься навсегда.

   Приходи ко мне с пустой корзиной — я ее наполню. Приходи с мешком мусора — я его заберу. Приходи ко мне надолго — я тебя не задержу. Приходи на мгновение — и останешься навсегда.
10. «

    Первого января мир ленив и рассеян, человек удивленно смотрит в новую как бы эру, не зная, что проживет, придумает и сумеет вспомнить, забыть, открыть и поставить примером.

    Первого января мир ленив и рассеян, человек удивленно смотрит в новую как бы эру, не зная, что проживет, придумает и сумеет вспомнить, забыть, открыть и поставить примером.
11. «

    Великий свет ослепляет. Великая тьма не отбрасывает тени. Великий художник умеет забывать про цвета. Великая стена не думает о своих кирпичах.

    Великий свет ослепляет. Великая тьма не отбрасывает тени. Великий художник умеет забывать про цвета. Великая стена не думает о своих кирпичах.
12. «

    Одинокий старик в Барнауле проводил свою жизнь на стуле. Он твердил с малых лет: — Мне постыл белый свет! Так и умер с тоски в Барнауле.

    Одинокий старик в Барнауле проводил свою жизнь на стуле. Он твердил с малых лет: — Мне постыл белый свет! Так и умер с тоски в Барнауле.
13. «

    Перед Высшей Добродетелью бледнеют частные достоинства. Перед Великим Царем смущаются остальные вельможи. В свете луны тускнеют яркие звезды. Но ничто мудрость без знания, красавица без поклонников, мир без красок и форм.

    Перед Высшей Добродетелью бледнеют частные достоинства. Перед Великим Царем смущаются остальные вельможи. В свете луны тускнеют яркие звезды. Но ничто мудрость без знания, красавица без поклонников, мир без красок и форм.
14. «

    Особе одной из столицы надоели знакомые лица. Но в провинции сплошь то же тождество рож; остается одно — удавиться.

    Особе одной из столицы надоели знакомые лица. Но в провинции сплошь то же тождество рож; остается одно — удавиться.
15. «

    Легче долго внушать комару, что жужжать по ночам неэтично, чем окончательно проснуться и прихлопнуть настырного гада.

    Легче долго внушать комару, что жужжать по ночам неэтично, чем окончательно проснуться и прихлопнуть настырного гада.
16. «

    Счастью свойственно приходить к человеку, улыбаться ему глазами, легко ходить по пространству, исчезать неизвестно куда и всегда потом возвращаться.

    Счастью свойственно приходить к человеку, улыбаться ему глазами, легко ходить по пространству, исчезать неизвестно куда и всегда потом возвращаться.
17. «

    Зима торжествует себя в январе уверенной стужей, серьезными лицами людей, проводивших ушедший год, стершейся памятью о листве и траве, вьюгой, опасностью простудиться, необходимостью кушать алтайский мед.

    Зима торжествует себя в январе уверенной стужей, серьезными лицами людей, проводивших ушедший год, стершейся памятью о листве и траве, вьюгой, опасностью простудиться, необходимостью кушать алтайский мед.
18. «

    Вечером падаю от усталости, но возношу благодарственную молитву, что не дожил еще до старости, что не просил у черта храбрости и никогда не рвался в битву.

    Вечером падаю от усталости, но возношу благодарственную молитву, что не дожил еще до старости, что не просил у черта храбрости и никогда не рвался в битву.
19. «

    Я так привязан к жизни, к суете. Мистерия воскресного обеда милее горних сфер и благодати их.

    Я так привязан к жизни, к суете. Мистерия воскресного обеда милее горних сфер и благодати их.
20. «

    Счастье не уходит, а поворачивается боком, чтобы лучше был виден профиль его самого, старающегося как лучше; а человек ходит по комнате, глядит из окон, греет остывший турецкий кофе как бы ни для кого, а на всякий случай.

    Счастье не уходит, а поворачивается боком, чтобы лучше был виден профиль его самого, старающегося как лучше; а человек ходит по комнате, глядит из окон, греет остывший турецкий кофе как бы ни для кого, а на всякий случай.