35 цитат из книги «Бернар Вербер. Танатонавты» — топ по популярности

Ниже 35 цитат из книги «Бернар Вербер. Танатонавты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Мы всего лишь песчинки, но мы вместе. Мы похожи на песчинки на пляже, но без песчинок не было бы пляжа.

   Мы всего лишь песчинки, но мы вместе. Мы похожи на песчинки на пляже, но без песчинок не было бы пляжа.
2. «

   Не нужно путать скорость с поспешностью.

   Не нужно путать скорость с поспешностью.

   — Рауль · книга
3. «

   Действительно, что может быть страшнее бессмертия? Можете представить себе жизнь, что не прекращает тянуться, повторяться, продолжаться до бесконечности? Все быстро наскучит, люди станут мрачными, разочарованными, раздраженными. Со временем исчезнут цели, потом надежды, потом ограничения, потом страх. Люди будут проживать дни впустую, машинально, не радуясь ничему. Правительства будут править вечно. Все станет заблокировано самыми сильными, которые никогда не состарятся. Никто не сможет положить конец своей собственной жизни. Бессмертие в тысячу раз хуже смерти. К счастью, наши тела стареют, наше время на этой земле ограничено, наши кармы возобновляются, каждая последующая жизнь наполнена сюрпризами и обманами, радостями и предательством, злобой и великодушием. Смерть незаменима для жизни. Так расслабьтесь... потому что мы, к счастью, когда-нибудь умрем!

   Действительно, что может быть страшнее бессмертия? Можете представить себе жизнь, что не прекращает тянуться, повторяться, продолжаться до бесконечности? Все быстро наскучит, люди станут мрачными, разочарованными, раздраженными. Со временем исчезнут цели, потом надежды, потом ограничения, потом страх. Люди будут проживать дни впустую, машинально, не радуясь ничему. Правительства будут править вечно. Все станет заблокировано самыми сильными, которые никогда не состарятся. Никто не сможет положить конец своей собственной жизни. Бессмертие в тысячу раз хуже смерти. К счастью, наши тела стареют, наше время на этой земле ограничено, наши кармы возобновляются, каждая последующая жизнь наполнена сюрпризами и обманами, радостями и предательством, злобой и великодушием. Смерть незаменима для жизни. Так расслабьтесь... потому что мы, к счастью, когда-нибудь умрем!
4. «

   Друг — тот, чьё предательство вызывает наибольшее удивление.

   Друг — тот, чьё предательство вызывает наибольшее удивление.
5. «

   Послушайте, такие описания смерти вас заставят умереть от страха перед своей собственной кончиной!

   Послушайте, такие описания смерти вас заставят умереть от страха перед своей собственной кончиной!
6. «

   В жизни всегда есть выбор. Действуй или убегай. Прощай или мсти. Люби или ненавидь.

   В жизни всегда есть выбор. Действуй или убегай. Прощай или мсти. Люби или ненавидь.

   — Рауль Разорбак · книга
7. «

   Зачем нам возвращаться в наши потёртые кожи, в наши больные тела, в наши мозги, нафаршированные чудовищными заботами?

   Зачем нам возвращаться в наши потёртые кожи, в наши больные тела, в наши мозги, нафаршированные чудовищными заботами?

   — Мишель Пенсон · книга
8. «

   Если откровенно, то ад тоже существует, и он здесь, на этой земле.

   Если откровенно, то ад тоже существует, и он здесь, на этой земле.
9. «

   Вперед, неуклонно вперед в неизвестность.

   Вперед, неуклонно вперед в неизвестность.

   — Рауль Разорбак · книга
10. «

    Мне хочется сорвать с себя кожу, укрывающую мою израненную душу.

    Мне хочется сорвать с себя кожу, укрывающую мою израненную душу.

    — Мишель Пенсон · книга
11. «

    Она была очень замкнутой. В тот день, когда эта девушка распахнет ставни своего сердца, за ними окажется захламленный чердак. Она предпочитала все копить внутри. Только этот приступ горя и слезы свидетельствовали о том, что и она бывает слабой.

    Она была очень замкнутой. В тот день, когда эта девушка распахнет ставни своего сердца, за ними окажется захламленный чердак. Она предпочитала все копить внутри. Только этот приступ горя и слезы свидетельствовали о том, что и она бывает слабой.
12. «

    Мы боимся, когда не знаем, что выбрать, потому что об элементах, входящих в наши расчеты, мы знаем столь же мало, как и о том, что действительно происходит вокруг нас. Как выбирать, когда мир такой сложный? Как? А монеткой. Ничто не может повлиять на монетку. Она не подвержена иллюзиям, она не слышит фальшивых аргументов, ее ничто не пугает. Вот почему она может придать ту смелость, которой тебе недостает.

    Мы боимся, когда не знаем, что выбрать, потому что об элементах, входящих в наши расчеты, мы знаем столь же мало, как и о том, что действительно происходит вокруг нас. Как выбирать, когда мир такой сложный? Как? А монеткой. Ничто не может повлиять на монетку. Она не подвержена иллюзиям, она не слышит фальшивых аргументов, ее ничто не пугает. Вот почему она может придать ту смелость, которой тебе недостает.

    — Рауль Разорбак · книга
13. «

    Слишком романтичный, пожалуй. Иногда мне кажется, что где-то есть очаровательная принцесса и она ждет меня. Только меня.

    Слишком романтичный, пожалуй. Иногда мне кажется, что где-то есть очаровательная принцесса и она ждет меня. Только меня.
14. «

    Знание, обретённое в страдании, всегда эффективнее знания, обретённого в радости.

    Знание, обретённое в страдании, всегда эффективнее знания, обретённого в радости.

    — Мишель Пенсон · книга
15. «

    Одна жизнь, чтобы научиться завоевывать любовь, другая – чтобы пользоваться плодами учения. Н-да, я умру застенчивым, я рожусь заново плейбоем.

    Одна жизнь, чтобы научиться завоевывать любовь, другая – чтобы пользоваться плодами учения. Н-да, я умру застенчивым, я рожусь заново плейбоем.
16. «

    Я не раз читал книги, в которых ничего не происходит. Абсолютно ничего. Приходит тип, видит бабенку, кадрит ее. Она говорит ему, что не знает, переспит или не переспит с ним. А через восемьсот страниц наконец объявляет ему, что не даст.

    Я не раз читал книги, в которых ничего не происходит. Абсолютно ничего. Приходит тип, видит бабенку, кадрит ее. Она говорит ему, что не знает, переспит или не переспит с ним. А через восемьсот страниц наконец объявляет ему, что не даст.

    — Рауль Разорбак · книга
17. «

    Смерть — лишь этап внутреннего развития, который определяет следующую фазу нашего существования. Смерть всего лишь порог. Она открывает дверь в иную жизнь.

    Смерть — лишь этап внутреннего развития, который определяет следующую фазу нашего существования. Смерть всего лишь порог. Она открывает дверь в иную жизнь.

    — Фредди · книга
18. «

    Наверное, есть вещи, которые невозможно понять, слушая чужие рассказы. Нужно испытать это самому.

    Наверное, есть вещи, которые невозможно понять, слушая чужие рассказы. Нужно испытать это самому.
19. «

    Нет, тут, конечно, мне надо отвечать так, чтобы смешать его с грязью и пылью, чтоб он уже не встал. Не раздумывая ни секунды, я нанес остроумный и изящный удар: — Сам такой!

    Нет, тут, конечно, мне надо отвечать так, чтобы смешать его с грязью и пылью, чтоб он уже не встал. Не раздумывая ни секунды, я нанес остроумный и изящный удар: — Сам такой!
20. «

    Без любви, жизнь поистине долина слёз.

    Без любви, жизнь поистине долина слёз.