92 цитаты из книги «Бернар Вербер. Танатонавты», ставших крылатыми

Ниже 92 цитаты из книги «Бернар Вербер. Танатонавты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Мы родились слишком поздно, Мишель. — Это почему? — Потому что все уже изобретено, все уже исследовано. У меня мечта была стать изобретателем пороха или электричества, не говоря уж о том, чтобы самым первым изготовить лук и стрелы. А остается довольствоваться ничем. Все уже пооткрывали. Жизнь идет быстрее научной фантастики. Нет больше изобретателей, остались одни последователи. Люди, которые совершенствуют то, чтобы уже было давно открыто другими. Теми самыми людьми, которые, как сказал Эйнштейн, испытали фантастическое чувство лишения невинности новых вселенных. Ты представляешь, как у него голова кружилась, когда он понял, как можно рассчитать скорость света?!

   — Мы родились слишком поздно, Мишель. — Это почему? — Потому что все уже изобретено, все уже исследовано. У меня мечта была стать изобретателем пороха или электричества, не говоря уж о том, чтобы самым первым изготовить лук и стрелы. А остается довольствоваться ничем. Все уже пооткрывали. Жизнь идет быстрее научной фантастики. Нет больше изобретателей, остались одни последователи. Люди, которые совершенствуют то, чтобы уже было давно открыто другими. Теми самыми людьми, которые, как сказал Эйнштейн, испытали фантастическое чувство лишения невинности новых вселенных. Ты представляешь, как у него голова кружилась, когда он понял, как можно рассчитать скорость света?!

   — Рауль Разорбак · книга
2. «

   Вперед, неуклонно вперед в неизвестность.

   Вперед, неуклонно вперед в неизвестность.

   — Рауль Разорбак · книга
3. «

   Люди делятся на две категории: на тех, кто читает книги, и тех, кто слушает тех, кто читает.

   Люди делятся на две категории: на тех, кто читает книги, и тех, кто слушает тех, кто читает.

   — Рауль Разорбак · книга
4. «

   Вынужденная доброта так же тошнотно приторна, как суп из зефира на меду с гранатовым сиропом.

   Вынужденная доброта так же тошнотно приторна, как суп из зефира на меду с гранатовым сиропом.
5. «

   Зачем нам возвращаться в наши потёртые кожи, в наши больные тела, в наши мозги, нафаршированные чудовищными заботами?

   Зачем нам возвращаться в наши потёртые кожи, в наши больные тела, в наши мозги, нафаршированные чудовищными заботами?

   — Мишель Пенсон · книга
6. «

   Нет больше изобретателей, остались одни последователи.

   Нет больше изобретателей, остались одни последователи.
7. «

   Одна жизнь, чтобы научиться завоевывать любовь, другая – чтобы пользоваться плодами учения. Н-да, я умру застенчивым, я рожусь заново плейбоем.

   Одна жизнь, чтобы научиться завоевывать любовь, другая – чтобы пользоваться плодами учения. Н-да, я умру застенчивым, я рожусь заново плейбоем.
8. «

   Если, несмотря на наши достоинства, мы ведем несчастливую жизнь, это должно быть обусловлено нашей прошлой плохой кармой.

   Если, несмотря на наши достоинства, мы ведем несчастливую жизнь, это должно быть обусловлено нашей прошлой плохой кармой.
9. «

   Люди зажаты между прошлым, за которое им стыдно, и будущим, которое их пугает.

   Люди зажаты между прошлым, за которое им стыдно, и будущим, которое их пугает.
10. «

    Какой же ты наивный, Мишель! Ты думаешь, что мир добр и, стало быть, лучший способ в него вписаться — это самому быть добрым. Ты заблуждаешься. Пошевели мозгами хоть чуть-чуть. Будущее творят не добрые люди, а новаторы, дерзкие, ничего не боящиеся.

    Какой же ты наивный, Мишель! Ты думаешь, что мир добр и, стало быть, лучший способ в него вписаться — это самому быть добрым. Ты заблуждаешься. Пошевели мозгами хоть чуть-чуть. Будущее творят не добрые люди, а новаторы, дерзкие, ничего не боящиеся.

    — Рауль Разорбак · книга
11. «

    ... А весь свет на все лады расхваливал покойников. Будто смерть стирала все их прегрешения.

    ... А весь свет на все лады расхваливал покойников. Будто смерть стирала все их прегрешения.
12. «

    Что нас толкнуло на этот идиотизм? Не знаю. Может, что-то от той глупости, которую называют «любопытство»? То самое любопытство, которое тянет нас заглянуть в пропасть, чтобы представить, каким жутким будет падение, стоит только сделать еще один шаг...

    Что нас толкнуло на этот идиотизм? Не знаю. Может, что-то от той глупости, которую называют «любопытство»? То самое любопытство, которое тянет нас заглянуть в пропасть, чтобы представить, каким жутким будет падение, стоит только сделать еще один шаг...
13. «

    Цель литературы вовсе не в создании округлых фраз или симпатичных персонажей, и даже не в том, чтобы придумать увлекательный сюжет. Цель литературы состоит в том, чтобы развивать у людей дерзкое воображение!

    Цель литературы вовсе не в создании округлых фраз или симпатичных персонажей, и даже не в том, чтобы придумать увлекательный сюжет. Цель литературы состоит в том, чтобы развивать у людей дерзкое воображение!

    — Максим Вийан · книга
14. «

    ... смерть — это абсолютное табу. О ней не говорят, не вспоминают, а если и произносят ее имя, то со страхом и почтением. И нельзя упоминать это слово всуе, потому что это, дескать, приносит несчастье.

    ... смерть — это абсолютное табу. О ней не говорят, не вспоминают, а если и произносят ее имя, то со страхом и почтением. И нельзя упоминать это слово всуе, потому что это, дескать, приносит несчастье.
15. «

    Секрет свободы — в библиотеке.

    Секрет свободы — в библиотеке.

    — Рауль · книга
16. «

    Мудрец ищет правду, а глупец её уже нашел.

    Мудрец ищет правду, а глупец её уже нашел.

    — Фредди · книга
17. «

    «Смерть еретикам!» – скандировали под балконами Ватикана. «Похрустим яблоком познания!» – отвечали наши сторонники.

    «Смерть еретикам!» – скандировали под балконами Ватикана. «Похрустим яблоком познания!» – отвечали наши сторонники.
18. «

    Страх появляется только тогда, когда не знаешь, какое решение принять.

    Страх появляется только тогда, когда не знаешь, какое решение принять.

    — Рауль Разорбак · книга
19. «

    У меня было такое чувство, что родственнички как-то даже немного досадовали, что я выкарабкался. Вот если б я умер, они бы меня еще больше жалели.

    У меня было такое чувство, что родственнички как-то даже немного досадовали, что я выкарабкался. Вот если б я умер, они бы меня еще больше жалели.
20. «

    ...книги — это друзья, которые никогда не предадут.

    ...книги — это друзья, которые никогда не предадут.

    — Рауль Разорбак · книга