34 цитаты из книги «Борис Акунин. Пелагия и чёрный монах», которые захочется сохранить

Собрали 34 цитаты из книги «Борис Акунин. Пелагия и чёрный монах» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

   Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

   — Пелагия · книга
2. «

   — Знаете, Феликс Станиславович, в жизни вдруг наступает миг, когда чувствуешь, что так более продолжаться не может, — откровенничала Наталья Генриховна. — Нужно остановиться, оглянуться вокруг, прислушиться к тишине и понять про себя что-то самое главное. Я потому и поехала одна — чтобы молчать и слушать. И ещё вымолить у господа прощение за все вольные и невольные погрешения. вы меня понимаете?

   — Знаете, Феликс Станиславович, в жизни вдруг наступает миг, когда чувствуешь, что так более продолжаться не может, — откровенничала Наталья Генриховна. — Нужно остановиться, оглянуться вокруг, прислушиться к тишине и понять про себя что-то самое главное. Я потому и поехала одна — чтобы молчать и слушать. И ещё вымолить у господа прощение за все вольные и невольные погрешения. вы меня понимаете?

   — Наталья Генриховна · книга
3. «

   Целая рота монахов разливает здешнюю колодезную воду по бутылкам, закрывает крышками, наклеивает этикетки «Ново-араратская святительская влага, благословлена высокопреподобным о. Виталием», после эту H2O оптовым образом переправляют на материк — в Питер и особенно в богомольную Москву. А в Арарате для удобства паломников выстроено чудо чудное, диво дивное, называется «Автоматы со святой водой». Стоит деревянный павильон, и в нём хитроумные машины, изобретение местных Кулибиных. Опускает человек в прорезь пятак, монета падает на клапан, заслоночка открывается, и наливается в кружку священная влага. Есть и подороже, за гривенник: там подливается ещё малиновый сироп, какого-то особенного «тройного благословения».

   Целая рота монахов разливает здешнюю колодезную воду по бутылкам, закрывает крышками, наклеивает этикетки «Ново-араратская святительская влага, благословлена высокопреподобным о. Виталием», после эту H2O оптовым образом переправляют на материк — в Питер и особенно в богомольную Москву. А в Арарате для удобства паломников выстроено чудо чудное, диво дивное, называется «Автоматы со святой водой». Стоит деревянный павильон, и в нём хитроумные машины, изобретение местных Кулибиных. Опускает человек в прорезь пятак, монета падает на клапан, заслоночка открывается, и наливается в кружку священная влага. Есть и подороже, за гривенник: там подливается ещё малиновый сироп, какого-то особенного «тройного благословения».

   — Алёша Ленточкин · книга
4. «

   Настоящий, исполинский гений без омертвения некоторых зон души созреть до конца не может.

   Настоящий, исполинский гений без омертвения некоторых зон души созреть до конца не может.

   — Донат Саввич Коровин · книга
5. «

   У каждого на поясе висела внушительная каучуковая палица — гуманнейшее, во всех отношениях отличное изобретение Нового Света: если какого буяна этакой штуковиной по башке стукнуть, мозгов не вышибет, а в задумчивость приведёт.

   У каждого на поясе висела внушительная каучуковая палица — гуманнейшее, во всех отношениях отличное изобретение Нового Света: если какого буяна этакой штуковиной по башке стукнуть, мозгов не вышибет, а в задумчивость приведёт.
6. «

   В вопросах, касающихся непостижимых явлений и душевного трепета, мужчины слишком прямолинейны, — заявила Пелагия, быстро пощёлкивая спицами — после третьего стакана чаю она, испросив у владыки позволения, достала вязание. — Мужчины не любопытны ко всему, что им представляется неважным, а в неважном подчас таится самое существенное. Где нужно что-нибудь построить, а ещё лучше сломать — там мужчинам равных нет. Если же нужно проявить терпение, понимание, а возможно и сострадание, то лучше доверить дело женщине.

   В вопросах, касающихся непостижимых явлений и душевного трепета, мужчины слишком прямолинейны, — заявила Пелагия, быстро пощёлкивая спицами — после третьего стакана чаю она, испросив у владыки позволения, достала вязание. — Мужчины не любопытны ко всему, что им представляется неважным, а в неважном подчас таится самое существенное. Где нужно что-нибудь построить, а ещё лучше сломать — там мужчинам равных нет. Если же нужно проявить терпение, понимание, а возможно и сострадание, то лучше доверить дело женщине.

   — Пелагия · книга
7. «

   Лучшее средство от истерики — хорошая затрещина.

   Лучшее средство от истерики — хорошая затрещина.
8. «

   — Что ж, по-твоему, военные вовсе не нужны? — Отчего же, нужны. Когда супостат напал и требуется отечество защищать. Но ничего другого им доверять нельзя! Никакого гражданского и тем более духовного дела! А у нас ведь в России военным чего только не поручают!

   — Что ж, по-твоему, военные вовсе не нужны? — Отчего же, нужны. Когда супостат напал и требуется отечество защищать. Но ничего другого им доверять нельзя! Никакого гражданского и тем более духовного дела! А у нас ведь в России военным чего только не поручают!

   — Пелагия · книга
9. «

   Сытому в Бонапарты труднее вскарабкаться, чем голодному, ибо наполненный желудок располагает не к юркости, но к философствованию и мирной дреме.

   Сытому в Бонапарты труднее вскарабкаться, чем голодному, ибо наполненный желудок располагает не к юркости, но к философствованию и мирной дреме.

   — Алексей Степанович Ленточкин · книга
10. «

    Любопытство и тяга к таинственному в людях сильней благоразумия и страха.

    Любопытство и тяга к таинственному в людях сильней благоразумия и страха.
11. «

    В женщинах любовь жарче всего полыхает, когда они чувствуют в тебе начинающееся охлаждение это давно известно.

    В женщинах любовь жарче всего полыхает, когда они чувствуют в тебе начинающееся охлаждение это давно известно.

    — отец Израиль · книга
12. «

    Нет страшнее места, чем то, где раньше благость была, а потом прохудилась — будь то брошенная церковь, либо оскверненное кладбище, и уж тем более спасительный скит.

    Нет страшнее места, чем то, где раньше благость была, а потом прохудилась — будь то брошенная церковь, либо оскверненное кладбище, и уж тем более спасительный скит.

    — Алексей Степанович Ленточкин · книга
13. «

    Вера — это дар Божий, не всякому даётся, а очень умным он достаётся вдесятеро труднее.

    Вера — это дар Божий, не всякому даётся, а очень умным он достаётся вдесятеро труднее.

    — отец Митрофаний · книга
14. «

    Никогда и ни в чём не сомневающийся мёртв душой.

    Никогда и ни в чём не сомневающийся мёртв душой.

    — Митрофаний · книга
15. «

    Тут-то и стало ей всех жалко: и Новый Арарат, и мужчин, и женщин. Но мужчин все-таки больше, чем женщин, потому что последние без первых кое-как обходиться еще могут, а вот мужчины, если предоставить их самим себе, точно пропадут. Или озвереют и примутся безобразничать, или впадут в атакую вот безжизненную сухость. Еще не известно, что хуже.

    Тут-то и стало ей всех жалко: и Новый Арарат, и мужчин, и женщин. Но мужчин все-таки больше, чем женщин, потому что последние без первых кое-как обходиться еще могут, а вот мужчины, если предоставить их самим себе, точно пропадут. Или озвереют и примутся безобразничать, или впадут в атакую вот безжизненную сухость. Еще не известно, что хуже.
16. «

    Есть такая редкая порода людей, которым вера совершенно ни к чему.

    Есть такая редкая порода людей, которым вера совершенно ни к чему.

    — Митрофаний · книга
17. «

    Разбиватель сердец — это только звучит красиво, а хуже преступления на свете нет...

    Разбиватель сердец — это только звучит красиво, а хуже преступления на свете нет...

    — отец Израиль · книга
18. «

    Нипочём женщина в обморок не упадёт и истерики не устроит, если рядом мужчины нет, — сказала она. — Женские обмороки, истерики и плаксивость — это всё мужские выдумки.

    Нипочём женщина в обморок не упадёт и истерики не устроит, если рядом мужчины нет, — сказала она. — Женские обмороки, истерики и плаксивость — это всё мужские выдумки.

    — Пелагия · книга
19. «

    Девичье любопытство — материал горючий.

    Девичье любопытство — материал горючий.

    — отец Израиль · книга
20. «

    — Это в вас, владыко, мужская ограниченность говорит. Мужчины в своих суждениях чересчур полагаются на зрение в ущерб прочим пяти чувствам. — Четырём, — не преминул поправить Митрофаний. — Нет, владыко, пяти. Не всё, что есть на свете возможно уловить зрением, слухом, осязанием, обонянием и вкусом. Есть ещё одно чувство, не имеещее название, которое даровано нам для того, чтобы мы могли ощущать Божий мир, не только лишь телом, но и душой. И даже странно, что я, слабая умом черница, принужденнна вам это изъяснять. Не вы ли множество раз говорили об этом чувстве в проповедях, и в частных беседах?

    — Это в вас, владыко, мужская ограниченность говорит. Мужчины в своих суждениях чересчур полагаются на зрение в ущерб прочим пяти чувствам. — Четырём, — не преминул поправить Митрофаний. — Нет, владыко, пяти. Не всё, что есть на свете возможно уловить зрением, слухом, осязанием, обонянием и вкусом. Есть ещё одно чувство, не имеещее название, которое даровано нам для того, чтобы мы могли ощущать Божий мир, не только лишь телом, но и душой. И даже странно, что я, слабая умом черница, принужденнна вам это изъяснять. Не вы ли множество раз говорили об этом чувстве в проповедях, и в частных беседах?

    — Пелагия и Митрофаний · книга