«Чак Паланик. Колыбельная» в 52 цитаты

Собрали 52 цитаты из книги «Чак Паланик. Колыбельная» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Перенесемся в тот день, когда мы будем мертвыми, и все, что кажется нам важным сейчас, утратит всякий смысл.

   Перенесемся в тот день, когда мы будем мертвыми, и все, что кажется нам важным сейчас, утратит всякий смысл.
2. «

   Мы все одержимы.

   Мы все одержимы.
3. «

   Даже «живой» комментарий на радио — круговые пробежки и страйк-ауты — все равно отстает от реальных событий на пару минут. Даже прямые трансляции по телевидению идут с задержкой на две-три секунды. Даже у звука и света есть ограничения в скорости.

   Даже «живой» комментарий на радио — круговые пробежки и страйк-ауты — все равно отстает от реальных событий на пару минут. Даже прямые трансляции по телевидению идут с задержкой на две-три секунды. Даже у звука и света есть ограничения в скорости.
4. «

   – Но если реальность – это всего лишь чары, наваждение, если на самом деле ты вовсе не хочешь того, что, как тебе кажется, тебе хочется... Если у тебя нет свободы воли. Если ты даже не знаешь, что ты знаешь, а чего не знаешь. Если на самом деле ты не любишь того, кого, тебе только кажется, что любишь. Тогда что остается, ради чего стоит жить? Ничего.

   – Но если реальность – это всего лишь чары, наваждение, если на самом деле ты вовсе не хочешь того, что, как тебе кажется, тебе хочется... Если у тебя нет свободы воли. Если ты даже не знаешь, что ты знаешь, а чего не знаешь. Если на самом деле ты не любишь того, кого, тебе только кажется, что любишь. Тогда что остается, ради чего стоит жить? Ничего.
5. «

   В газетах было написано, что парень в черной кожаной куртке – который просвистел мимо меня на переходе – был донором и сдавал кровь каждый месяц. Он три года провел за границей, в слаборазвитых странах, в составе Корпуса мира – рыл колодцы для прокаженных. В Бостване он отдал часть своей печени девочке, которая отравилась ядовитыми грибами. Он работал оператором на телефоне, когда проводили благотворительную кампанию против какой-то неизлечимой болезни, я, правда, забыл какой. И все-таки он заслуживал смерти. Он обозвал меня придурком. Он меня толкнул! В газетах была фотография: мать и отец плачут над гробом моего соседа сверху. И все-таки он слишком громко врубал свою музыку.

   В газетах было написано, что парень в черной кожаной куртке – который просвистел мимо меня на переходе – был донором и сдавал кровь каждый месяц. Он три года провел за границей, в слаборазвитых странах, в составе Корпуса мира – рыл колодцы для прокаженных. В Бостване он отдал часть своей печени девочке, которая отравилась ядовитыми грибами. Он работал оператором на телефоне, когда проводили благотворительную кампанию против какой-то неизлечимой болезни, я, правда, забыл какой. И все-таки он заслуживал смерти. Он обозвал меня придурком. Он меня толкнул! В газетах была фотография: мать и отец плачут над гробом моего соседа сверху. И все-таки он слишком громко врубал свою музыку.
6. «

   ... может быть, в самом начале Бог не набрасывался на каждого, кто молился, с проповедями и обличениями. Я говорю, может быть, это всё из-за того, что на протяжении многих лет к Нему обращались по поводу тех же самых проблем — нежелательная беременность, разводы, семейные неурядицы. Может быть, это всё из — за того, что Его аудитория выросла и больше людей стали к Нему обращаться с просьбами. Может быть, это всё из — за того, что Его популярность так выросла. Может быть, власть развращает, но Он не всегда был таким мерзавцем.

   ... может быть, в самом начале Бог не набрасывался на каждого, кто молился, с проповедями и обличениями. Я говорю, может быть, это всё из-за того, что на протяжении многих лет к Нему обращались по поводу тех же самых проблем — нежелательная беременность, разводы, семейные неурядицы. Может быть, это всё из — за того, что Его аудитория выросла и больше людей стали к Нему обращаться с просьбами. Может быть, это всё из — за того, что Его популярность так выросла. Может быть, власть развращает, но Он не всегда был таким мерзавцем.
7. «

   То ли исполнилось древнеегипетское проклятие, и какая-то мумия ожила и теперь убивает соседей, то ли они смотрят фильм.

   То ли исполнилось древнеегипетское проклятие, и какая-то мумия ожила и теперь убивает соседей, то ли они смотрят фильм.
8. «

   То, что мы называем природой, говорит Устрица, это мир, который мы убиваем и который скоро начнет убивать нас. Каждый одуванчик – это бомба с уже включившимся часовым механизмом. Биологическое загрязнение. Симпатичное желтое опустошение.

   То, что мы называем природой, говорит Устрица, это мир, который мы убиваем и который скоро начнет убивать нас. Каждый одуванчик – это бомба с уже включившимся часовым механизмом. Биологическое загрязнение. Симпатичное желтое опустошение.
9. «

   Может быть, мы попадаем в ад не за те поступки, которые совершили. Может быть, мы попадаем в ад за поступки, которые не совершили. За дела, которые не довели до конца.

   Может быть, мы попадаем в ад не за те поступки, которые совершили. Может быть, мы попадаем в ад за поступки, которые не совершили. За дела, которые не довели до конца.
10. «

    Когда начнешь убивать, уже невозможно остановиться, – сказал Бонин одному журналисту. – Убивать с каждым разом все проще и проще...

    Когда начнешь убивать, уже невозможно остановиться, – сказал Бонин одному журналисту. – Убивать с каждым разом все проще и проще...
11. «

    Внизу кто-то поет. То даже не поет, а выкрикивает слова песни. Все эти люди, которым необходимо, чтобы у них постоянно орал телевизор. Или радио, или проигрыватель. Все это люди, которых пугает тишина. Это мои соседи. Звуко-голики. Тишина-фобы.

    Внизу кто-то поет. То даже не поет, а выкрикивает слова песни. Все эти люди, которым необходимо, чтобы у них постоянно орал телевизор. Или радио, или проигрыватель. Все это люди, которых пугает тишина. Это мои соседи. Звуко-голики. Тишина-фобы.
12. «

    Мы пытаемся изменить мир, совершая при этом ошибку за ошибкой.

    Мы пытаемся изменить мир, совершая при этом ошибку за ошибкой.
13. «

    — Вы никогда не задумывались, что, может быть, Адам и Ева — это просто два глупых щенка, которых Бог выбросил за порог, потому что они не просились пописать на улицу?

    — Вы никогда не задумывались, что, может быть, Адам и Ева — это просто два глупых щенка, которых Бог выбросил за порог, потому что они не просились пописать на улицу?

    — Устрица · книга
14. «

    Ну давай же, папаша, убей его. Докажи, что ты крут.

    Ну давай же, папаша, убей его. Докажи, что ты крут.
15. «

    На факультете журналистики нас учили, что начинать нужно с самого главного факта. Это называется опрокинутая пирамида. Кто, что, где, когда и почему должны быть в начале статьи. Дальше идут менее значимые факты, которые следует располагать в порядке убывания значимости. Таким образом, редактор сможет легко сократить статью до нужного размера, не упустив ничего важного.

    На факультете журналистики нас учили, что начинать нужно с самого главного факта. Это называется опрокинутая пирамида. Кто, что, где, когда и почему должны быть в начале статьи. Дальше идут менее значимые факты, которые следует располагать в порядке убывания значимости. Таким образом, редактор сможет легко сократить статью до нужного размера, не упустив ничего важного.
16. «

    В мире, где клятвы не стоят вообще ничего. Где обязательства — пустой звук. Где обещания даются лишь для того, чтобы их нарушать, было бы славно устроить так, чтобы слова обрели былое значение и мощь.

    В мире, где клятвы не стоят вообще ничего. Где обязательства — пустой звук. Где обещания даются лишь для того, чтобы их нарушать, было бы славно устроить так, чтобы слова обрели былое значение и мощь.
17. «

    Когда есть хоть какая-то власть, даже возможность власти, тебе сразу хочется большего.

    Когда есть хоть какая-то власть, даже возможность власти, тебе сразу хочется большего.

    — Элен Гувер Бойль · книга
18. «

    Палки и камни могут покалечить, но теперь и слова тоже могут убить.

    Палки и камни могут покалечить, но теперь и слова тоже могут убить.
19. «

    Не важно, как сильно ты любишь кого-то, ты все равно хочешь сделать по-своему.

    Не важно, как сильно ты любишь кого-то, ты все равно хочешь сделать по-своему.
20. «

    Каждое поколение хочет быть последним. Каждое поколение ненавидит новое направление в музыке, которую не понимает. Нас бесит и злит, когда наша культура сдает позиции, уступая место чему-то другому. Нас бесит и злит, когда наша любимая музыка играет в лифтах. Когда баллада нашей революции превращается в музыкальную заставку для телерекламы. Когда мы вдруг понимаем, что наш стиль одежды и наши прически уже стали ретро.

    Каждое поколение хочет быть последним. Каждое поколение ненавидит новое направление в музыке, которую не понимает. Нас бесит и злит, когда наша культура сдает позиции, уступая место чему-то другому. Нас бесит и злит, когда наша любимая музыка играет в лифтах. Когда баллада нашей революции превращается в музыкальную заставку для телерекламы. Когда мы вдруг понимаем, что наш стиль одежды и наши прически уже стали ретро.