59 фраз из книги «Чак Паланик. Колыбельная» — избранное

Собрали 59 цитат из книги «Чак Паланик. Колыбельная» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Вы никогда не задумывались, что, может быть, Адам и Ева — это просто два глупых щенка, которых Бог выбросил за порог, потому что они не просились пописать на улицу?

   — Вы никогда не задумывались, что, может быть, Адам и Ева — это просто два глупых щенка, которых Бог выбросил за порог, потому что они не просились пописать на улицу?

   — Устрица · книга
2. «

   Я склоняюсь к мысли, что не важно, скольких людей я убиваю, — этого все равно мало.

   Я склоняюсь к мысли, что не важно, скольких людей я убиваю, — этого все равно мало.

   — Элен Гувер Бойль · книга
3. «

   В прежние времена моряки в долгом плавании оставляли на каждом пустынном острове по паре свиней. Или по паре коз. А когда приходили к этому острову в следующий раз, там уже был запас “живого” мяса. Это были необитаемые острова, царства девственной, дикой природы. Там обитали птицы, которых не было больше нигде на — Земле. Там не было хищных зверей. Там не было ядовитых растений или растений с колючками и шипами. Это был истинный рай на Земле. Когда моряки приходили к такому острову в следующий раз, там их ждали стада свиней или коз. Устрица рассказывает нам об этом. Моряки называли такие стада “посеянным мясом”. Устрица говорит: — Вам это ничего не напоминает? Например, старинную историю про Адама и Еву? Он говорит, глядя в окно: — Может быть, Бог однажды вернется на Землю с большой бутылкой острого соуса для барбекю?

   В прежние времена моряки в долгом плавании оставляли на каждом пустынном острове по паре свиней. Или по паре коз. А когда приходили к этому острову в следующий раз, там уже был запас “живого” мяса. Это были необитаемые острова, царства девственной, дикой природы. Там обитали птицы, которых не было больше нигде на — Земле. Там не было хищных зверей. Там не было ядовитых растений или растений с колючками и шипами. Это был истинный рай на Земле. Когда моряки приходили к такому острову в следующий раз, там их ждали стада свиней или коз. Устрица рассказывает нам об этом. Моряки называли такие стада “посеянным мясом”. Устрица говорит: — Вам это ничего не напоминает? Например, старинную историю про Адама и Еву? Он говорит, глядя в окно: — Может быть, Бог однажды вернется на Землю с большой бутылкой острого соуса для барбекю?

   — Устрица · книга
4. «

   В мире есть вещи страшнее, чем пережить смерть жены и ребенка.

   В мире есть вещи страшнее, чем пережить смерть жены и ребенка.
5. «

   Мы пытаемся изменить мир, совершая при этом ошибку за ошибкой.

   Мы пытаемся изменить мир, совершая при этом ошибку за ошибкой.
6. «

   Есть люди, которые все еще верят, что знание – сила.

   Есть люди, которые все еще верят, что знание – сила.
7. «

   Вы никогда не задумывались, что все, что вы делаете и что можете сделать в жизни, уже через сотню лет станет бессмысленным и никому не нужным?

   Вы никогда не задумывались, что все, что вы делаете и что можете сделать в жизни, уже через сотню лет станет бессмысленным и никому не нужным?
8. «

   Может быть, люди – это просто домашние крокодильчики, которых Бог спустил в унитаз?

   Может быть, люди – это просто домашние крокодильчики, которых Бог спустил в унитаз?
9. «

   Если ты хочешь владеть собой, сначала следует разобраться со своими внутренними проблемами.

   Если ты хочешь владеть собой, сначала следует разобраться со своими внутренними проблемами.
10. «

    На факультете журналистики нас учили, что начинать нужно с самого главного факта. Это называется опрокинутая пирамида. Кто, что, где, когда и почему должны быть в начале статьи. Дальше идут менее значимые факты, которые следует располагать в порядке убывания значимости. Таким образом, редактор сможет легко сократить статью до нужного размера, не упустив ничего важного.

    На факультете журналистики нас учили, что начинать нужно с самого главного факта. Это называется опрокинутая пирамида. Кто, что, где, когда и почему должны быть в начале статьи. Дальше идут менее значимые факты, которые следует располагать в порядке убывания значимости. Таким образом, редактор сможет легко сократить статью до нужного размера, не упустив ничего важного.
11. «

    Не важно, сколько людей умирает, всё равно всё остаётся по-прежнему.

    Не важно, сколько людей умирает, всё равно всё остаётся по-прежнему.
12. «

    Люди, которые никогда не выбросят мусора из машины, врубают радио на полную мощность. Люди, которые в переполненном ресторане никогда не выдохнут сигаретный дым тебе в лицо, истошно орут в свои мобильные телефоны. Они кричат, как в лесу, разговаривая друг с другом через столик в кафе. Люди, которые никогда не разбрызгивают гербициды и инсектициды, почему-то считают вполне допустимым поганить окрестности громкой музыкой.

    Люди, которые никогда не выбросят мусора из машины, врубают радио на полную мощность. Люди, которые в переполненном ресторане никогда не выдохнут сигаретный дым тебе в лицо, истошно орут в свои мобильные телефоны. Они кричат, как в лесу, разговаривая друг с другом через столик в кафе. Люди, которые никогда не разбрызгивают гербициды и инсектициды, почему-то считают вполне допустимым поганить окрестности громкой музыкой.
13. «

    Ты делаешь музыку громче, чтобы заглушить шум. Соседи делают музыку громче, чтобы заглушить твою музыку. Ты опять делаешь музыку громче. Все покупают стереосистемы, стараясь выбрать, которая помощнее. Это гонка вооружения в войне звука. Но устроенная мощность не приносит тебе победы. Речь не о качестве звука. Речь о громкости. Речь не о музыке. Речь о победе.

    Ты делаешь музыку громче, чтобы заглушить шум. Соседи делают музыку громче, чтобы заглушить твою музыку. Ты опять делаешь музыку громче. Все покупают стереосистемы, стараясь выбрать, которая помощнее. Это гонка вооружения в войне звука. Но устроенная мощность не приносит тебе победы. Речь не о качестве звука. Речь о громкости. Речь не о музыке. Речь о победе.

    — Карл Стрейтор · книга
14. «

    – Но если реальность – это всего лишь чары, наваждение, если на самом деле ты вовсе не хочешь того, что, как тебе кажется, тебе хочется... Если у тебя нет свободы воли. Если ты даже не знаешь, что ты знаешь, а чего не знаешь. Если на самом деле ты не любишь того, кого, тебе только кажется, что любишь. Тогда что остается, ради чего стоит жить? Ничего.

    – Но если реальность – это всего лишь чары, наваждение, если на самом деле ты вовсе не хочешь того, что, как тебе кажется, тебе хочется... Если у тебя нет свободы воли. Если ты даже не знаешь, что ты знаешь, а чего не знаешь. Если на самом деле ты не любишь того, кого, тебе только кажется, что любишь. Тогда что остается, ради чего стоит жить? Ничего.
15. «

    ...я всех люблю. Растения, животный, людей. Я просто не верю в великую ложь, что мы все можем плодиться и размножаться, не уничтожая при этом себя.

    ...я всех люблю. Растения, животный, людей. Я просто не верю в великую ложь, что мы все можем плодиться и размножаться, не уничтожая при этом себя.
16. «

    Может быть, провести весь остаток жизни, хромая из угла в угол по пустой, одинокой квартире, где стены дрожат от шума, – это не то, что мне нужно.

    Может быть, провести весь остаток жизни, хромая из угла в угол по пустой, одинокой квартире, где стены дрожат от шума, – это не то, что мне нужно.
17. «

    Дело не в любви и ненависти. Дело во власти. Ведь люди читают стишок вовсе не для того, чтобы убить своего ребенка. Им просто хочется, чтобы ребенок заснул. Им хочется взять над ним верх, хочется доминировать. Не важно, как сильно ты любишь кого-то, ты все равно хочешь сделать по-своему.

    Дело не в любви и ненависти. Дело во власти. Ведь люди читают стишок вовсе не для того, чтобы убить своего ребенка. Им просто хочется, чтобы ребенок заснул. Им хочется взять над ним верх, хочется доминировать. Не важно, как сильно ты любишь кого-то, ты все равно хочешь сделать по-своему.
18. «

    Когда за окном поют птицы, это нормально. Когда Патси Клайн — уже нет. Шум машин за окном — это уже неприятно. И от концерта в ре-миноре для фортепьяно Шопена легче не станет.

    Когда за окном поют птицы, это нормально. Когда Патси Клайн — уже нет. Шум машин за окном — это уже неприятно. И от концерта в ре-миноре для фортепьяно Шопена легче не станет.

    — Карл Стрейтор · книга
19. «

    Большой Брат поет и пляшет, а нам остается только смотреть и слушать. Палки и камни могут и покалечить, но наша роль — быть хорошими зрителями. Внимательно слушать, смотреть и ждать новой болезни.

    Большой Брат поет и пляшет, а нам остается только смотреть и слушать. Палки и камни могут и покалечить, но наша роль — быть хорошими зрителями. Внимательно слушать, смотреть и ждать новой болезни.
20. «

    Мне не нужны небеса. Тишина — вот желанная награда.

    Мне не нужны небеса. Тишина — вот желанная награда.