78 цитат из книги «Чак Паланик. Призраки» для поста в соцсетях

Собрали 78 цитат из книги «Чак Паланик. Призраки» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Когда каждый может позволить себе самое лучшее, это самое лучшее начинает казаться слегка...заурядным.

   Когда каждый может позволить себе самое лучшее, это самое лучшее начинает казаться слегка...заурядным.
2. «

   Когда прекращаешь смотреть телевизор и читать газеты, самое тяжкое — пережить эту первую утреннюю чашку кофе. В первый час после сна очень хочется быть в курсе всего, что творится в мире. Но ее новое правило: никакого радио. Никакого телевизора. Никаких газет. Глухая завязка.

   Когда прекращаешь смотреть телевизор и читать газеты, самое тяжкое — пережить эту первую утреннюю чашку кофе. В первый час после сна очень хочется быть в курсе всего, что творится в мире. Но ее новое правило: никакого радио. Никакого телевизора. Никаких газет. Глухая завязка.
3. «

   Беда в том, что даже у французов нет определения тем идиотским вещам, которые ты произносишь, когда надо сказать что-то умное. Тем идиотским поступкам, которые ты совершаешь в отчаянии. Тем глупым мыслям, что лезут в голову.

   Беда в том, что даже у французов нет определения тем идиотским вещам, которые ты произносишь, когда надо сказать что-то умное. Тем идиотским поступкам, которые ты совершаешь в отчаянии. Тем глупым мыслям, что лезут в голову.

   — Святой Без-Кишок · книга
4. «

   Наш всемогущий Господь так испугался, что рассеял единый народ по всей земле, и смешал языки, чтобы отныне и впредь чада Его стали друг другу чужими. (...) И что же, наш всемогущий Господь так не уверен в своем всемогуществе? Господь, который настроил сынов своих друг против друга, чтобы сделать их слабыми. Он говорит: — И этого Бога нам полагается чтить?

   Наш всемогущий Господь так испугался, что рассеял единый народ по всей земле, и смешал языки, чтобы отныне и впредь чада Его стали друг другу чужими. (...) И что же, наш всемогущий Господь так не уверен в своем всемогуществе? Господь, который настроил сынов своих друг против друга, чтобы сделать их слабыми. Он говорит: — И этого Бога нам полагается чтить?

   — Преподобный Безбожник · книга
5. «

   Человечность определяется не по тому, как мы обращаемся с другими людьми. Человечность определяется по тому, как мы обращаемся с животными.

   Человечность определяется не по тому, как мы обращаемся с другими людьми. Человечность определяется по тому, как мы обращаемся с животными.
6. «

   Агент Краснобай говорит: – Американцы умеют работать, как никто другой в мире. А также учиться и конкурировать. Но когда дело касается отдыха – с этим у нас беда. Какая с отдыха прибыль?! С него ничего не возьмешь. На Олимпийских играх нет медалей для самого неторопливого. За первое место в чемпионате мира по лени не дадут положительных рекомендаций. Агент говорит под жужжание автофокуса: – Мы хорошо побеждаем и умеем проигрывать – этого у нас не отнять. Вкалывать до упада – это мы можем. Но мы не способны угомониться. Забить на все и насладиться заслуженным отдыхом. – Вместо этого, – говорит он себе под нос, – у нас есть марихуана и телевидение. Пиво и валиум. И медицинская страховка. Которую мы пополняем по мере необходимости.

   Агент Краснобай говорит: – Американцы умеют работать, как никто другой в мире. А также учиться и конкурировать. Но когда дело касается отдыха – с этим у нас беда. Какая с отдыха прибыль?! С него ничего не возьмешь. На Олимпийских играх нет медалей для самого неторопливого. За первое место в чемпионате мира по лени не дадут положительных рекомендаций. Агент говорит под жужжание автофокуса: – Мы хорошо побеждаем и умеем проигрывать – этого у нас не отнять. Вкалывать до упада – это мы можем. Но мы не способны угомониться. Забить на все и насладиться заслуженным отдыхом. – Вместо этого, – говорит он себе под нос, – у нас есть марихуана и телевидение. Пиво и валиум. И медицинская страховка. Которую мы пополняем по мере необходимости.
7. «

   Но в итоге тебя пришибает совсем не то, чего ты боялся.

   Но в итоге тебя пришибает совсем не то, чего ты боялся.
8. «

   — Знаешь, раньше я думала, что хуже несчастной любви может быть только любовь счастливая... — Она говорит: — Я так безумно любила Скаута, еще со школы, но ты сама знаешь, как это бывает... сперва все волшебно, а потом начинаются сплошные разочарования.

   — Знаешь, раньше я думала, что хуже несчастной любви может быть только любовь счастливая... — Она говорит: — Я так безумно любила Скаута, еще со школы, но ты сама знаешь, как это бывает... сперва все волшебно, а потом начинаются сплошные разочарования.
9. «

   Даже если Бог не прощает нас, мы-то можем его простить. Мы должны проявить себя выше Бога. Лучше, великодушнее. Мы должны простить Бога… За то, что он сотворил нас низкорослыми. Толстыми. Нищими. Мы должны простить Бога за раннее облысение. За кистозный фиброз. За подростковую лейкемию. Мы должны простить Богу его безразличие по отношению к нам – забытому Богом научному эксперименту, брошенному обрастать плесенью. К золотым рыбкам Господа, оставленным в аквариуме без присмотра, вынужденным подбирать со дна свое собственное дерьмо, чтобы не умереть с голоду.

   Даже если Бог не прощает нас, мы-то можем его простить. Мы должны проявить себя выше Бога. Лучше, великодушнее. Мы должны простить Бога… За то, что он сотворил нас низкорослыми. Толстыми. Нищими. Мы должны простить Бога за раннее облысение. За кистозный фиброз. За подростковую лейкемию. Мы должны простить Богу его безразличие по отношению к нам – забытому Богом научному эксперименту, брошенному обрастать плесенью. К золотым рыбкам Господа, оставленным в аквариуме без присмотра, вынужденным подбирать со дна свое собственное дерьмо, чтобы не умереть с голоду.
10. «

    Люди буквально влюбляются в свою боль, они просто не в состоянии её бросить.

    Люди буквально влюбляются в свою боль, они просто не в состоянии её бросить.
11. «

    Бомжей никто не замечает. Будь ты Джейн Фонда или Роберт Редфорд, но если ты бродишь по улицам средь бела дня с магазинной тележкой, одетый в три слоя грязных лохмотьев, и бормочешь себе под нос матерные слова,-тебя никто не заметит.

    Бомжей никто не замечает. Будь ты Джейн Фонда или Роберт Редфорд, но если ты бродишь по улицам средь бела дня с магазинной тележкой, одетый в три слоя грязных лохмотьев, и бормочешь себе под нос матерные слова,-тебя никто не заметит.
12. «

    У французов есть поговорка: «Умный на лестнице». По-французски: Esprit d’Escalier. Это значит, что человек крепок задним умом: то есть ответ он находит, но слишком поздно. Скажем, приходишь на вечеринку, и кто-то тебя оскорбляет. Надо что-то ответить. Но под нажимом, когда все смотрят, ты выдаешь что-то совсем идиотское. Зато когда ты уходишь… Идешь вниз по лестнице, и вдруг – словно по волшебству. Находишь те самые правильные слова, которые надо было сказать. Гениальный ответ, чтобы опустить того дятла. Вот что такое «умный на лестнице».

    У французов есть поговорка: «Умный на лестнице». По-французски: Esprit d’Escalier. Это значит, что человек крепок задним умом: то есть ответ он находит, но слишком поздно. Скажем, приходишь на вечеринку, и кто-то тебя оскорбляет. Надо что-то ответить. Но под нажимом, когда все смотрят, ты выдаешь что-то совсем идиотское. Зато когда ты уходишь… Идешь вниз по лестнице, и вдруг – словно по волшебству. Находишь те самые правильные слова, которые надо было сказать. Гениальный ответ, чтобы опустить того дятла. Вот что такое «умный на лестнице».
13. «

    Мы все это делаем: превращаем себя в вещи. Превращаем вещи в себя.

    Мы все это делаем: превращаем себя в вещи. Превращаем вещи в себя.
14. «

    Любая работа по дому, даже самая противная, самая скучная, за какую не хочется браться вообще никогда, — это все равно лучше, чем просто ждать.

    Любая работа по дому, даже самая противная, самая скучная, за какую не хочется браться вообще никогда, — это все равно лучше, чем просто ждать.

    — Миссис Кларк · книга
15. «

    …любую идею можно довести до абсурда – чем, собственно, и страдают американцы.

    …любую идею можно довести до абсурда – чем, собственно, и страдают американцы.
16. «

    На самом деле... каждый думает то, что ему подспудно навязывают другие.

    На самом деле... каждый думает то, что ему подспудно навязывают другие.
17. «

    – Каждый апостол или ученик, – говорит миссис Кларк, – который бежит за своим спасителем, в то же время бежит от чего-то другого.

    – Каждый апостол или ученик, – говорит миссис Кларк, – который бежит за своим спасителем, в то же время бежит от чего-то другого.
18. «

    Путешествия по миру — это просто еще один способ сдохнуть от скуки, только в разных местах и гораздо быстрее.

    Путешествия по миру — это просто еще один способ сдохнуть от скуки, только в разных местах и гораздо быстрее.

    — Инки · книга
19. «

    Чтобы создать расу хозяев из расы рабов, сказал мистер Уиттиер, чтобы научить забитых, смиренных людей самим управлять своей жизнью, Моисею приходилось быть сволочью.

    Чтобы создать расу хозяев из расы рабов, сказал мистер Уиттиер, чтобы научить забитых, смиренных людей самим управлять своей жизнью, Моисею приходилось быть сволочью.
20. «

    – В глубине души мы все болеем против «своей» команды. Против человечности. Это мы – против нас. Ты сам – жертва собственной ненависти. Мы любим войну, потому что это единственный способ завершить нашу работу. Отшлифовать наши души. Здесь, на Земле: на огромном заводе. В полировочном барабане. Через боль, ярость, конфликты. Это – единственный путь. Куда? Мы не знаем. – Когда мы рождаемся, мы столько всего забываем, – говорит мистер Уиттиер. Когда мы рождаемся, мы как будто заходим в здание. И запираемся в нем, в этом здании без окон, и не видим, что происходит снаружи. Если ты там пробудешь достаточно долго, ты забудешь, как выглядит то, что снаружи. Без зеркала, забывается даже собственное лицо.

    – В глубине души мы все болеем против «своей» команды. Против человечности. Это мы – против нас. Ты сам – жертва собственной ненависти. Мы любим войну, потому что это единственный способ завершить нашу работу. Отшлифовать наши души. Здесь, на Земле: на огромном заводе. В полировочном барабане. Через боль, ярость, конфликты. Это – единственный путь. Куда? Мы не знаем. – Когда мы рождаемся, мы столько всего забываем, – говорит мистер Уиттиер. Когда мы рождаемся, мы как будто заходим в здание. И запираемся в нем, в этом здании без окон, и не видим, что происходит снаружи. Если ты там пробудешь достаточно долго, ты забудешь, как выглядит то, что снаружи. Без зеркала, забывается даже собственное лицо.