53 цитаты из книги «Чак Паланик. Удушье» для размышлений

Ниже 53 цитаты из книги «Чак Паланик. Удушье»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Когда-нибудь ты станешь взрослым и умным. И будешь заниматься сексом — столько, сколько захочется.

   Когда-нибудь ты станешь взрослым и умным. И будешь заниматься сексом — столько, сколько захочется.
2. «

   Если кто-то спасет тебе жизнь, он будет любить тебя вечно.

   Если кто-то спасет тебе жизнь, он будет любить тебя вечно.
3. «

   Зависимость тем хороша, что ты не чувствуешь ничего, кроме блаженного опьянения, или прихода, или приятного насыщения. А по сравнению с другими чувствами и ощущениями — скажем, с печалью, яростью, страхом, тревогой, отчаянием и унынием — она вообще кажется чуть ли не оптимальным выбором.

   Зависимость тем хороша, что ты не чувствуешь ничего, кроме блаженного опьянения, или прихода, или приятного насыщения. А по сравнению с другими чувствами и ощущениями — скажем, с печалью, яростью, страхом, тревогой, отчаянием и унынием — она вообще кажется чуть ли не оптимальным выбором.
4. «

   То, что я делаю: я возвращаю в людскую жизнь приключение.

   То, что я делаю: я возвращаю в людскую жизнь приключение.
5. «

   Каждый пытается остановить мгновение. Законсервировать время, разбивая минуты на кадры.

   Каждый пытается остановить мгновение. Законсервировать время, разбивая минуты на кадры.
6. «

   Просто мне хочется, чтобы кто-нибудь от меня зависел... В конце концов, пора уже становиться взрослым.

   Просто мне хочется, чтобы кто-нибудь от меня зависел... В конце концов, пора уже становиться взрослым.
7. «

   Мы разобрали мир на части, но понятия не имеем, что делать с этими частями.

   Мы разобрали мир на части, но понятия не имеем, что делать с этими частями.
8. «

   Женщины не хотят равноправия. У них больше власти, когда их подавляют. Мужчины им просто необходимы — как главный враг для оправдания всеобщего заговора. Собственно, вся их хваленая индивидуальность только на этом и строится.

   Женщины не хотят равноправия. У них больше власти, когда их подавляют. Мужчины им просто необходимы — как главный враг для оправдания всеобщего заговора. Собственно, вся их хваленая индивидуальность только на этом и строится.

   — Виктор Манчини · книга
9. «

   Мы можем растратить все наши жизни, позволяя миру диктовать нам, кто мы есть. Нормальные или ненормальные. Святые или сексоманы. Герои или жертвы. Позволяя истории рассказывать нам, какие мы плохие, или какие хорошие. Позволяя нашему прошлому решать наше будущее. Или можем решать сами. И может быть, наше дело — открыть что-нибудь получше.

   Мы можем растратить все наши жизни, позволяя миру диктовать нам, кто мы есть. Нормальные или ненормальные. Святые или сексоманы. Герои или жертвы. Позволяя истории рассказывать нам, какие мы плохие, или какие хорошие. Позволяя нашему прошлому решать наше будущее. Или можем решать сами. И может быть, наше дело — открыть что-нибудь получше.
10. «

    Когда-нибудь я собираюсь жить так, чтобы делать что-то хорошее, а не просто не делать плохого.

    Когда-нибудь я собираюсь жить так, чтобы делать что-то хорошее, а не просто не делать плохого.

    — Дэнни · книга
11. «

    Я просто хочу, чтобы рядом был кто-то, кого можно спасти. Чтобы рядом был кто-то, кому я нужен. Кто не может без меня жить. Я хочу быть героем, но не однократным героем.

    Я просто хочу, чтобы рядом был кто-то, кого можно спасти. Чтобы рядом был кто-то, кому я нужен. Кто не может без меня жить. Я хочу быть героем, но не однократным героем.
12. «

    Фигня с «Титаником» — это я сделал. То дело с убийством Кеннеди, ах да, и это моя работа. Большая задрока со Второй Мировой, хитрожопая выдумка с ядерной бомбой, так вот, знаете что? Это всё моих рук дело. Микробик СПИДа? Прошу прощения. Снова я.

    Фигня с «Титаником» — это я сделал. То дело с убийством Кеннеди, ах да, и это моя работа. Большая задрока со Второй Мировой, хитрожопая выдумка с ядерной бомбой, так вот, знаете что? Это всё моих рук дело. Микробик СПИДа? Прошу прощения. Снова я.
13. «

    Первый раз для всего. Неполный список моих преступлений. Еще одна незавершенность в моей безалаберной жизни, которая сплошь — одни незавершенности.

    Первый раз для всего. Неполный список моих преступлений. Еще одна незавершенность в моей безалаберной жизни, которая сплошь — одни незавершенности.

    — Виктор Манчини · книга
14. «

    Рисование картин, сочинение опер, — это же всё вещи, которыми занимаются, пока не найдут, куда кинуть очередную палку.

    Рисование картин, сочинение опер, — это же всё вещи, которыми занимаются, пока не найдут, куда кинуть очередную палку.
15. «

    В мире, где все ожидают какого-то слепого, случайного бедствия или какой-нибудь внезапной болезни, человек с зависимостью обладает утешительным знанием того, что его наиболее вероятно ждет впереди. Он взял на себя некий контроль над своей непреклонной судьбой, и его зависимость лишает причину его смерти той неожиданности, которая ей присуща. Хорошая зависимость снимает со смерти дух непредсказуемости. И уже действительно есть такая вещь, как планирование собственного отбытия.

    В мире, где все ожидают какого-то слепого, случайного бедствия или какой-нибудь внезапной болезни, человек с зависимостью обладает утешительным знанием того, что его наиболее вероятно ждет впереди. Он взял на себя некий контроль над своей непреклонной судьбой, и его зависимость лишает причину его смерти той неожиданности, которая ей присуща. Хорошая зависимость снимает со смерти дух непредсказуемости. И уже действительно есть такая вещь, как планирование собственного отбытия.
16. «

    В золотых струях часовни, выдыхая свои аргументы мне в ухо, она спросила — каждый раз, когда мы жжём галлон топлива или акр джунглей, разве мы не убиваем будущее, чтобы сохранить настоящее?

    В золотых струях часовни, выдыхая свои аргументы мне в ухо, она спросила — каждый раз, когда мы жжём галлон топлива или акр джунглей, разве мы не убиваем будущее, чтобы сохранить настоящее?
17. «

    Наступит момент... с которого твои собственные воспоминания, истории да приключения будут единственным, что тебе останется.

    Наступит момент... с которого твои собственные воспоминания, истории да приключения будут единственным, что тебе останется.

    — Айда Манчини · книга
18. «

    — Мы живем в мире, который давно уже нереальный, — сказала мама. — Мы живем в мире символов.

    — Мы живем в мире, который давно уже нереальный, — сказала мама. — Мы живем в мире символов.

    — Айда Манчини · книга
19. «

    Это даже после того, как Пасхальный Кролик оказался враньём. Даже после Санта-Клауса, Зубной Феи, святого Кристофера, ньютоновой физики и атомной модели Нильса Бора, этот глупый-преглупый малыш по-прежнему верил мамочке.

    Это даже после того, как Пасхальный Кролик оказался враньём. Даже после Санта-Клауса, Зубной Феи, святого Кристофера, ньютоновой физики и атомной модели Нильса Бора, этот глупый-преглупый малыш по-прежнему верил мамочке.
20. «

    Я имею в виду: что может быть лучше, чем секс?! Даже самый бездарный минет всегда доставит больше радости, чем аромат прелестной розы или созерцание красивейшего заката. Или слышать радостный детский смех. Я уверен, что даже самое лучшее, самое проникновенное стихотворение все равно не сравнится с пьянящим, горячим, взрывным оргазмом. Писать картины, сочинять оперы — надо же чем-то заняться, пока тебе не подвернется очередная особа противоположного пола, которая тоже очень даже не прочь.

    Я имею в виду: что может быть лучше, чем секс?! Даже самый бездарный минет всегда доставит больше радости, чем аромат прелестной розы или созерцание красивейшего заката. Или слышать радостный детский смех. Я уверен, что даже самое лучшее, самое проникновенное стихотворение все равно не сравнится с пьянящим, горячим, взрывным оргазмом. Писать картины, сочинять оперы — надо же чем-то заняться, пока тебе не подвернется очередная особа противоположного пола, которая тоже очень даже не прочь.