Топ-96 цитат из книги «Чак Паланик. Удушье»

Ниже 96 цитат из книги «Чак Паланик. Удушье»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Каждая женщина — просто задача с очередным условием.

   Каждая женщина — просто задача с очередным условием.
2. «

   Если приходится выбирать между быть любимым и быть уязвимым, чувствительным и ранимым, тогда оставьте свою любовь при себе.

   Если приходится выбирать между быть любимым и быть уязвимым, чувствительным и ранимым, тогда оставьте свою любовь при себе.

   — Виктор Манчини · книга
3. «

   Я не злюсь. Мне не грустно. Я давно уже ничего не чувствую, кроме физического возбуждения.

   Я не злюсь. Мне не грустно. Я давно уже ничего не чувствую, кроме физического возбуждения.

   — Виктор Манчини · книга
4. «

   На самом деле секс — это секс, только когда у тебя каждый раз новый партнер. Иначе это уже не секс. Первый раз — это единственный раз, когда ты воспринимаешь все телом и головой. Даже на втором часу этого самого первого раза твои мысли уже отвлекаются от процесса. А когда ты отвлекаешься, пропадает самое главное — анестезирующее воздействие от анонимного секса, какое бывает лишь в первый раз.

   На самом деле секс — это секс, только когда у тебя каждый раз новый партнер. Иначе это уже не секс. Первый раз — это единственный раз, когда ты воспринимаешь все телом и головой. Даже на втором часу этого самого первого раза твои мысли уже отвлекаются от процесса. А когда ты отвлекаешься, пропадает самое главное — анестезирующее воздействие от анонимного секса, какое бывает лишь в первый раз.
5. «

   Это великая цель — найти лекарство от знания. От образования. От умозрительной жизни внутри сознания. Машины проезжают мимо, а мама с маленьким сыном глупеньким мальчиком шли вдоль шоссе, не удаляясь от горы и не приближаясь к ней.

   Это великая цель — найти лекарство от знания. От образования. От умозрительной жизни внутри сознания. Машины проезжают мимо, а мама с маленьким сыном глупеньким мальчиком шли вдоль шоссе, не удаляясь от горы и не приближаясь к ней.

   — Миссис Манчини · книга
6. «

   Она сказала: — Потому что в мире осталось только одно незанятое пространство — сфера нематериального. Идеи, истории, искусство, музыка. Она сказала: — Потому что твои фантазии — это самое лучшее, что только может быть.

   Она сказала: — Потому что в мире осталось только одно незанятое пространство — сфера нематериального. Идеи, истории, искусство, музыка. Она сказала: — Потому что твои фантазии — это самое лучшее, что только может быть.

   — Айда Манчини · книга
7. «

   Истинная природа всех на свете — говно.

   Истинная природа всех на свете — говно.
8. «

   Начинать надо с малого. И тогда, может быть, мы научимся творить настоящие чудеса.

   Начинать надо с малого. И тогда, может быть, мы научимся творить настоящие чудеса.
9. «

   Театр в мыслях. Бордель в подсознании.

   Театр в мыслях. Бордель в подсознании.
10. «

    Я где-то читал, что красивая женщина — это радость навсегда. Но на своем собственном опыте я убедился, что даже самая распрекрасная женщина — это радость часа на три максимум. Потому что потом она непременно захочет рассказать о своих детских травмах…

    Я где-то читал, что красивая женщина — это радость навсегда. Но на своем собственном опыте я убедился, что даже самая распрекрасная женщина — это радость часа на три максимум. Потому что потом она непременно захочет рассказать о своих детских травмах…
11. «

    В каком-то смысле, быть зависимым — очень профилактично.

    В каком-то смысле, быть зависимым — очень профилактично.
12. «

    Те, кто помнит свое прошлое, все равно помнят его не таким, каким оно было на самом деле.

    Те, кто помнит свое прошлое, все равно помнят его не таким, каким оно было на самом деле.

    — Пейдж · книга
13. «

    Знаешь, в чём настоящая причина того, что я тебя не трахнул? — кажется, мне по правде охота, чтобы ты мне нравилась.

    Знаешь, в чём настоящая причина того, что я тебя не трахнул? — кажется, мне по правде охота, чтобы ты мне нравилась.
14. «

    В мире, где нет Бога, разве матери – не новый бог? Последняя сокровенная недостижимая инстанция. Разве материнство не осталось последним настоящим волшебным чудом? Но чудом, невозможным для мужчин.

    В мире, где нет Бога, разве матери – не новый бог? Последняя сокровенная недостижимая инстанция. Разве материнство не осталось последним настоящим волшебным чудом? Но чудом, невозможным для мужчин.
15. «

    — Жалко, что мне не хватило смелости не бороться и не сомневаться во всем, — говорит мама. Она протягивает руку, касается корешка книжки на полке и говорит: — Жалко, что я ни разу — ни разу — не смогла сказать: Вот. Вот это действительно хорошо. Потому что я это выбрала.

    — Жалко, что мне не хватило смелости не бороться и не сомневаться во всем, — говорит мама. Она протягивает руку, касается корешка книжки на полке и говорит: — Жалко, что я ни разу — ни разу — не смогла сказать: Вот. Вот это действительно хорошо. Потому что я это выбрала.
16. «

    Без доступа к хаосу не может быть истинного порядка.

    Без доступа к хаосу не может быть истинного порядка.
17. «

    Дети — всадники апокалипсиса в миниатюре.

    Дети — всадники апокалипсиса в миниатюре.
18. «

    Просто мне хочется, чтобы кто-нибудь от меня зависел... В конце концов, пора уже становиться взрослым.

    Просто мне хочется, чтобы кто-нибудь от меня зависел... В конце концов, пора уже становиться взрослым.
19. «

    Мама часто ему говорила, что ей жалко людей. Они так стараются превратить этот мир в безопасное, организованное место. Но никто не понимает, как здесь тоскливо и скучно: когда весь мир упорядочен, разделен на квадратики, когда скорость движения везде ограничена и все делают то, что положено, — когда каждый проверен, зарегистрирован и одобрен. В мире уже не осталось места для настоящего приключения и истинного волнения. Разве что для такого, которое можно купить за деньги. На американских горках. Или в кино. Но это волнение все равно — искусственное. Вы заранее знаете, что динозавр не сожрет детишек. Конец обязательно будет счастливым. В мире уже не осталось места для настоящего бедствия, для настоящего риска — а значит, и для спасения тоже. Для бурных восторгов. Для истинного, неподдельного возбуждения. Радости. Новых открытий. Изобретений.

    Мама часто ему говорила, что ей жалко людей. Они так стараются превратить этот мир в безопасное, организованное место. Но никто не понимает, как здесь тоскливо и скучно: когда весь мир упорядочен, разделен на квадратики, когда скорость движения везде ограничена и все делают то, что положено, — когда каждый проверен, зарегистрирован и одобрен. В мире уже не осталось места для настоящего приключения и истинного волнения. Разве что для такого, которое можно купить за деньги. На американских горках. Или в кино. Но это волнение все равно — искусственное. Вы заранее знаете, что динозавр не сожрет детишек. Конец обязательно будет счастливым. В мире уже не осталось места для настоящего бедствия, для настоящего риска — а значит, и для спасения тоже. Для бурных восторгов. Для истинного, неподдельного возбуждения. Радости. Новых открытий. Изобретений.
20. «

    Смешно и грустно, — продолжает Пэйж. — То, как мы не можем ужиться с вещами, которые не в силах понять. То, как мы берём и отвергаем что-то, если не можем найти ему объяснение.

    Смешно и грустно, — продолжает Пэйж. — То, как мы не можем ужиться с вещами, которые не в силах понять. То, как мы берём и отвергаем что-то, если не можем найти ему объяснение.

    — Пейдж · книга