123 цитаты из книги «Чарльз Буковски. Женщины» на каждый день

Ниже 123 цитаты из книги «Чарльз Буковски. Женщины»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Давай поеб*мся. Кончай, давай поеб*мся! Она его оттолкнула. — Ладно. Тогда я уезжаю.

   — Давай поеб*мся. Кончай, давай поеб*мся! Она его оттолкнула. — Ладно. Тогда я уезжаю.

   — Питер · книга
2. «

   Я инфантил; я не справляюсь.

   Я инфантил; я не справляюсь.

   — Генри Чинаски · книга
3. «

   Давай назовем это просто интересом. Или небезразличием.

   Давай назовем это просто интересом. Или небезразличием.
4. «

   – У меня просто нет амбиций. – Есть, но ты ленив. Ты хочешь всего и на шару.

   – У меня просто нет амбиций. – Есть, но ты ленив. Ты хочешь всего и на шару.
5. «

   — Первое, что мне в тебе понравилось, – говорила Лидия, – это что у тебя нет телевизора.

   — Первое, что мне в тебе понравилось, – говорила Лидия, – это что у тебя нет телевизора.
6. «

   Вот что самое важное: смысл неясен. Слов тут нет – как в горящем доме, или в землетрясении, или в наводнении, или в женщине, выходящей из машины и показывающей ноги. Не знаю, чего требуется другим писателям: наплевать, я все равно их читать не могу. Я заперт в собственных привычках, собственных предубеждениях. Вовсе неплохо быть тупым, если только невежество – твое личное.

   Вот что самое важное: смысл неясен. Слов тут нет – как в горящем доме, или в землетрясении, или в наводнении, или в женщине, выходящей из машины и показывающей ноги. Не знаю, чего требуется другим писателям: наплевать, я все равно их читать не могу. Я заперт в собственных привычках, собственных предубеждениях. Вовсе неплохо быть тупым, если только невежество – твое личное.

   — Генри Чинаски · книга
7. «

   Шоферы Нью-Йорка — совсем как сам Нью-Йорк: ни один не уступит ни пяди и всем плевать. Ни сострадания, ни любезности: бампер к бамперу — и вперед. Ясное дело: уступивший хоть дюйм, устроит дорожную аварию, беспорядок, убийство. Машины потекли по дороге сплошь, будто какашки в канализации. Видеть это было дивно, и никто из водителей не злился, они просто смирились с фактами.

   Шоферы Нью-Йорка — совсем как сам Нью-Йорк: ни один не уступит ни пяди и всем плевать. Ни сострадания, ни любезности: бампер к бамперу — и вперед. Ясное дело: уступивший хоть дюйм, устроит дорожную аварию, беспорядок, убийство. Машины потекли по дороге сплошь, будто какашки в канализации. Видеть это было дивно, и никто из водителей не злился, они просто смирились с фактами.

   — Генри Чинаски · книга
8. «

   — Вы в своих книгах много о выпивке говорите. Как думаете, пьянство помогло вам стать писателем? — Нет. Я просто алкоголик, ставший писателем только затем, чтобы валяться в постели до полудня.

   — Вы в своих книгах много о выпивке говорите. Как думаете, пьянство помогло вам стать писателем? — Нет. Я просто алкоголик, ставший писателем только затем, чтобы валяться в постели до полудня.
9. «

   Попробовал почистить зубы, но только блеванул ещё раз: от сладости зубной пасты вывернуло желудок. — Ты болеешь. Мне уйти? — Да нет, все нормально. Я всегда так просыпаюсь.

   Попробовал почистить зубы, но только блеванул ещё раз: от сладости зубной пасты вывернуло желудок. — Ты болеешь. Мне уйти? — Да нет, все нормально. Я всегда так просыпаюсь.

   — Генри Чинаски · книга
10. «

    Оставаться в живых — уже победа.

    Оставаться в живых — уже победа.

    — Генри Чинаски · книга
11. «

    На сердце у меня печально и холодно.

    На сердце у меня печально и холодно.

    — Генри Чинаски · книга
12. «

    Во всех наших планах бывают дырки.

    Во всех наших планах бывают дырки.

    — Генри Чинаски · книга
13. «

    — Я знаю, в чем твоя трагедия. — Что ты имеешь в виду? — У тебя большая ***а. — Что?! — Это не редкость. У тебя двое детей.

    — Я знаю, в чем твоя трагедия. — Что ты имеешь в виду? — У тебя большая ***а. — Что?! — Это не редкость. У тебя двое детей.

    — Генри Чинаски · книга
14. «

    Меня же привлекает совсем не то: мне нравится пить, я ленив, у меня нет бога, политики, идей, идеалов. Я пустил корни в ничто; некое небытие, и я его принимаю. Интересной личностью так не станешь. Да я и не хотел быть интересным, это слишком трудно. На самом деле мне хотелось только мягкого смутного пространства, где можно жить, и чтоб меня не трогали.

    Меня же привлекает совсем не то: мне нравится пить, я ленив, у меня нет бога, политики, идей, идеалов. Я пустил корни в ничто; некое небытие, и я его принимаю. Интересной личностью так не станешь. Да я и не хотел быть интересным, это слишком трудно. На самом деле мне хотелось только мягкого смутного пространства, где можно жить, и чтоб меня не трогали.

    — Генри Чинаски · книга
15. «

    Я все равно бросить писать не смогу, это симптом безумия.

    Я все равно бросить писать не смогу, это симптом безумия.

    — Генри Чинаски · книга
16. «

    Хорошего человека в наше время трудно найти.

    Хорошего человека в наше время трудно найти.
17. «

    В мире слишком много холода. Если б только люди могли договориться обо всем, было бы по-другому.

    В мире слишком много холода. Если б только люди могли договориться обо всем, было бы по-другому.
18. «

    Тэмми высунулась из окошка, засмотревшись. Потом заорала. Рука, которая держалась за раму, соскользнула. Я видел, как большая часть ее тела исчезла за окном. Потом появилась вновь. Тэмми каким-то образом снова втянула себя внутрь и обалдело уселась на подоконник. — Еще б чуть-чуть, — сказал я. — Хорошее бы стихотворение получилось. Я терял много женщин и по-разному, но это что-то новенькое.

    Тэмми высунулась из окошка, засмотревшись. Потом заорала. Рука, которая держалась за раму, соскользнула. Я видел, как большая часть ее тела исчезла за окном. Потом появилась вновь. Тэмми каким-то образом снова втянула себя внутрь и обалдело уселась на подоконник. — Еще б чуть-чуть, — сказал я. — Хорошее бы стихотворение получилось. Я терял много женщин и по-разному, но это что-то новенькое.
19. «

    – Хэнк? – Ну? – Что такое прелюбодейка? Я знаю, что такое злодейка, а что такое прелюбодейка? – Прелюбодейка, моя дорогая, – это блядь.

    – Хэнк? – Ну? – Что такое прелюбодейка? Я знаю, что такое злодейка, а что такое прелюбодейка? – Прелюбодейка, моя дорогая, – это блядь.

    — Генри Чинаски · книга
20. «

    Спать я не мог. К счастью, пиво ещё оставалось. Я продолжал пить и закончил последнюю бутылку около половины пятого утра. Потом сидел и ждал 6 часов, а затем вышел и купил ещё.

    Спать я не мог. К счастью, пиво ещё оставалось. Я продолжал пить и закончил последнюю бутылку около половины пятого утра. Потом сидел и ждал 6 часов, а затем вышел и купил ещё.

    — Генри Чинаски · книга