32 цитаты из книги «Чарльз Буковски. Женщины» с глубоким смыслом

Ниже 32 цитаты из книги «Чарльз Буковски. Женщины»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   ...что случилось с одним, случалось с большинством из нас. Жизни наши не так уж сильно отличались друг от друга — хоть мы и любили считать, что это не так.

   ...что случилось с одним, случалось с большинством из нас. Жизни наши не так уж сильно отличались друг от друга — хоть мы и любили считать, что это не так.
2. «

   Я пытался убедить себя, что чувство вины – просто своего рода заболевание. Что именно люди без вины добиваются в жизни прогресса. Люди, способные лгать, обманывать, люди, всегда знающие, как срезать угол.

   Я пытался убедить себя, что чувство вины – просто своего рода заболевание. Что именно люди без вины добиваются в жизни прогресса. Люди, способные лгать, обманывать, люди, всегда знающие, как срезать угол.

   — Генри Чинаски · книга
3. «

   Сначала люди всегда интересны. А потом, позже, медленно, но верно проявляются и все недостатки, и всё безумие. Я становлюсь всё незначительнее для них; они будут значить всё меньше и меньше для меня.

   Сначала люди всегда интересны. А потом, позже, медленно, но верно проявляются и все недостатки, и всё безумие. Я становлюсь всё незначительнее для них; они будут значить всё меньше и меньше для меня.

   — Генри Чинаски · книга
4. «

   Когда я пьян, а она — безумна, мы почти друг друга стоим.

   Когда я пьян, а она — безумна, мы почти друг друга стоим.

   — Генри Чинаски · книга
5. «

   Мне всегда больше нравилось бывать дома у женщин, чем когда они гостили у меня. От них всегда можно было уйти.

   Мне всегда больше нравилось бывать дома у женщин, чем когда они гостили у меня. От них всегда можно было уйти.

   — Генри Чинаски · книга
6. «

   Я снова был влюблен. Я был в беде.

   Я снова был влюблен. Я был в беде.

   — Генри Чинаски · книга
7. «

   Всё хорошее, что было в наших отношениях, походило на крысу, которая расхаживала по моему желудку и грызла внутренности

   Всё хорошее, что было в наших отношениях, походило на крысу, которая расхаживала по моему желудку и грызла внутренности

   — Генри Чинаски · книга
8. «

   Так многие врачи делают. Дают тебе пилюлю и снова выставляют на улицу. Им нужны деньги, чтоб расплатиться за то, чего им стоило образование.

   Так многие врачи делают. Дают тебе пилюлю и снова выставляют на улицу. Им нужны деньги, чтоб расплатиться за то, чего им стоило образование.
9. «

   В мире слишком много холода. Если б только люди могли договориться обо всем, было бы по-другому.

   В мире слишком много холода. Если б только люди могли договориться обо всем, было бы по-другому.
10. «

    Я выпил ещё вина. Я совсем был готов очистить воздух от себя — и гори оно все огнем. Теперь же надо сидеть и ждать. Мне становилось все хуже. Депрессия, самоубийство часто оказывались результатом неправильной диеты. Но я-то кушаю хорошо. Если тело не ело, ум тоже голодал.

    Я выпил ещё вина. Я совсем был готов очистить воздух от себя — и гори оно все огнем. Теперь же надо сидеть и ждать. Мне становилось все хуже. Депрессия, самоубийство часто оказывались результатом неправильной диеты. Но я-то кушаю хорошо. Если тело не ело, ум тоже голодал.

    — Генри Чинаски · книга
11. «

    Если солжешь человеку насчет его таланта только потому, что он сидит напротив, это будет самая непростительная ложь из всех, поскольку равносильна тому, чтобы сказать: давай дальше, продолжай, — а это, в конечном итоге, худший способ растратить жизнь человека без истинного таланта.

    Если солжешь человеку насчет его таланта только потому, что он сидит напротив, это будет самая непростительная ложь из всех, поскольку равносильна тому, чтобы сказать: давай дальше, продолжай, — а это, в конечном итоге, худший способ растратить жизнь человека без истинного таланта.
12. «

    Я думал о расколах — какие они трудные, но опять-таки, обычно, расставшись с одной женщиной, встречаешь другую. Я должен дегустировать женщин, чтобы взаправду их познать, пробраться внутрь. В уме я могу изобретать мужчин, поскольку сам такой, но женщин олитературить почти невозможно, не узнав их сначала как следует. Поэтому я изучаю их, как только могу, и нахожу внутри людей.

    Я думал о расколах — какие они трудные, но опять-таки, обычно, расставшись с одной женщиной, встречаешь другую. Я должен дегустировать женщин, чтобы взаправду их познать, пробраться внутрь. В уме я могу изобретать мужчин, поскольку сам такой, но женщин олитературить почти невозможно, не узнав их сначала как следует. Поэтому я изучаю их, как только могу, и нахожу внутри людей.

    — Генри Чинаски · книга
13. «

    — Вы в своих книгах много о выпивке говорите. Как думаете, пьянство помогло вам стать писателем? — Нет. Я просто алкоголик, ставший писателем только затем, чтобы валяться в постели до полудня.

    — Вы в своих книгах много о выпивке говорите. Как думаете, пьянство помогло вам стать писателем? — Нет. Я просто алкоголик, ставший писателем только затем, чтобы валяться в постели до полудня.
14. «

    — Может, это никогда не кончится. — Всё кончается.

    — Может, это никогда не кончится. — Всё кончается.
15. «

    Самое худшее — что я схожу именно за того, кем не являюсь: за хорошего человека. Я способен проникать в жизни других, потому что они мне доверяют. Я делаю свою грязную работу по-легкому.

    Самое худшее — что я схожу именно за того, кем не являюсь: за хорошего человека. Я способен проникать в жизни других, потому что они мне доверяют. Я делаю свою грязную работу по-легкому.

    — Генри Чинаски · книга
16. «

    Легко писать о блядях, но писать о хорошей женщине несоизмеримо трудней.

    Легко писать о блядях, но писать о хорошей женщине несоизмеримо трудней.
17. «

    — Первое, что мне в тебе понравилось, – говорила Лидия, – это что у тебя нет телевизора.

    — Первое, что мне в тебе понравилось, – говорила Лидия, – это что у тебя нет телевизора.
18. «

    Я налил себе ещё вина. Я не понимал, что стряслось с моей жизнью. Я утратил изощренность, утратил свою суетную светскость, утратил жесткую защитную скорлупу. От чужих проблем потерял чувство юмора. Мне хотелось все это обратно. Пусть все ко мне приходит легко. Но почему-то я знал, что ни шиша не вернется, по крайней мере — сразу. Я и дальше обречен на муки совести и беззащитность.

    Я налил себе ещё вина. Я не понимал, что стряслось с моей жизнью. Я утратил изощренность, утратил свою суетную светскость, утратил жесткую защитную скорлупу. От чужих проблем потерял чувство юмора. Мне хотелось все это обратно. Пусть все ко мне приходит легко. Но почему-то я знал, что ни шиша не вернется, по крайней мере — сразу. Я и дальше обречен на муки совести и беззащитность.

    — Генри Чинаски · книга
19. «

    Величайшие люди — самые одинокие.

    Величайшие люди — самые одинокие.

    — Генри Чинаски · книга
20. «

    Вставать в 6 утра — безумие. Должно быть, у нее нервы не в порядке. Неудивительно, что она ни шиша не весит.

    Вставать в 6 утра — безумие. Должно быть, у нее нервы не в порядке. Неудивительно, что она ни шиша не весит.

    — Генри Чинаски · книга