15 цитат из книги «Чарльз Паллисер. Непогребенный», которые захочется сохранить

Ниже 15 цитат из книги «Чарльз Паллисер. Непогребенный»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Мучить ближних стремится только тот, кто сам несчастен?

   Мучить ближних стремится только тот, кто сам несчастен?
2. «

   Есть люди, которые толкают близких на предательство. Они многого требуют от себя и не сознают, как тяжело с ними другим. Их ожидания трудно оправдать. Иной раз им даже бывает приятно, если их подводят.

   Есть люди, которые толкают близких на предательство. Они многого требуют от себя и не сознают, как тяжело с ними другим. Их ожидания трудно оправдать. Иной раз им даже бывает приятно, если их подводят.
3. «

   Страсть – это часто не более чем юношеская любовь к приключениям, желание оказаться в центре внимания.

   Страсть – это часто не более чем юношеская любовь к приключениям, желание оказаться в центре внимания.
4. «

   Поистине жуткая мысль: как часто люди благородные и снисходительные обращают свою любовь к тем, кто ее не заслуживает.

   Поистине жуткая мысль: как часто люди благородные и снисходительные обращают свою любовь к тем, кто ее не заслуживает.
5. «

   В каждом замкнутом сообществе люди любят сплетничать, и не всегда со зла. Но можно не обращать на это внимания. Собственно, как и на другие вещи. Вам не кажется, что для счастья нужно очень немногое? Книги, музыка, несколько добрых друзей.

   В каждом замкнутом сообществе люди любят сплетничать, и не всегда со зла. Но можно не обращать на это внимания. Собственно, как и на другие вещи. Вам не кажется, что для счастья нужно очень немногое? Книги, музыка, несколько добрых друзей.
6. «

   Как быстро мы прощаем себе обиды, причиненные ближним, когда возникает нужда в помощи последних!

   Как быстро мы прощаем себе обиды, причиненные ближним, когда возникает нужда в помощи последних!
7. «

   С прошлым нельзя расстаться. Наше прошлое – это мы сами.

   С прошлым нельзя расстаться. Наше прошлое – это мы сами.
8. «

   Когда тебя отвергли и заставили страдать, возникает мысль, что обидчик того и добивался и злобные намерения будут руководить им и в дальнейшем. Эта мысль мучительна, но она же и утешает: выходит, ты обидчику по-прежнему небезразличен. Однако, думая так, почти всегда ошибаешься: никто не ставит целью тебе навредить, это получается случайно. Чаще всего ты обидчика просто не интересуешь. Не он делает тебе больно – ты сам причиняешь себе боль.

   Когда тебя отвергли и заставили страдать, возникает мысль, что обидчик того и добивался и злобные намерения будут руководить им и в дальнейшем. Эта мысль мучительна, но она же и утешает: выходит, ты обидчику по-прежнему небезразличен. Однако, думая так, почти всегда ошибаешься: никто не ставит целью тебе навредить, это получается случайно. Чаще всего ты обидчика просто не интересуешь. Не он делает тебе больно – ты сам причиняешь себе боль.
9. «

   Когда любишь, то доверяешь другому оценку твоей значимости, а когда тебя бросают, нисколько не сомневаешься: причина в том, что ты не стоишь ни гроша. Это похоже на смерть.

   Когда любишь, то доверяешь другому оценку твоей значимости, а когда тебя бросают, нисколько не сомневаешься: причина в том, что ты не стоишь ни гроша. Это похоже на смерть.

   — миссис Локард · книга
10. «

    Особенно трудно, когда тебе причиняет боль человек, бывший твоим другом и потому знающий, как тебя лучше уязвить.

    Особенно трудно, когда тебе причиняет боль человек, бывший твоим другом и потому знающий, как тебя лучше уязвить.
11. «

    Трудно думать хорошо о человеческом роде.

    Трудно думать хорошо о человеческом роде.
12. «

    Свет существует потому, что есть тьма. Жизнь – потому, что есть смерть. Добро – оттого, что есть зло. Спасение существует, потому что есть проклятие.

    Свет существует потому, что есть тьма. Жизнь – потому, что есть смерть. Добро – оттого, что есть зло. Спасение существует, потому что есть проклятие.
13. «

    Если ты не один, одиночество может ощущаться еще острее.

    Если ты не один, одиночество может ощущаться еще острее.
14. «

    Однако, в сущности, что есть любовь? Если она сама по себе добро, то не все ли равно, какие формы она принимает? Применимы ли к ней понятия «извращение» и «противоестественность»?

    Однако, в сущности, что есть любовь? Если она сама по себе добро, то не все ли равно, какие формы она принимает? Применимы ли к ней понятия «извращение» и «противоестественность»?
15. «

    А разве такой должна быть религия? Утешительной сказкой? Я, подобно римским стоикам или моим любимым англосаксам до обращения в христианство, предпочитаю правду, какой бы суровой она ни была.

    А разве такой должна быть религия? Утешительной сказкой? Я, подобно римским стоикам или моим любимым англосаксам до обращения в христианство, предпочитаю правду, какой бы суровой она ни была.