25 цитат из книги «Диана Гэблдон. Барабаны осени. Книга 1. На пороге неизведанного», которые захочется сохранить

Собрали 25 цитат из книги «Диана Гэблдон. Барабаны осени. Книга 1. На пороге неизведанного» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — «Гигиена и здоровье» — эдакий американский эвфемизм, которым обозначают все, что связано с сексом, — объяснила Брианна. — Мальчиков и девочек учат раздельно. У последних этот предмет скорее называется «Тайны жизни, а также десять способов сказать мальчику «нет». — А у мальчиков как? — Ну, точно не знаю, у меня братьев нет, рассказать некому. А вот у подруг они были. Один упоминал, что они учили восемнадцать синонимов к слову «эрекция». — Хм, полезнве знания, — отозвался Роджер, гадая, зачем они вообще могут понадобиться. К счастью, спорран прикрывал его собственные грехи. — Наверное, помогают поддержать беседу... при определенных обстоятельствах.

   — «Гигиена и здоровье» — эдакий американский эвфемизм, которым обозначают все, что связано с сексом, — объяснила Брианна. — Мальчиков и девочек учат раздельно. У последних этот предмет скорее называется «Тайны жизни, а также десять способов сказать мальчику «нет». — А у мальчиков как? — Ну, точно не знаю, у меня братьев нет, рассказать некому. А вот у подруг они были. Один упоминал, что они учили восемнадцать синонимов к слову «эрекция». — Хм, полезнве знания, — отозвался Роджер, гадая, зачем они вообще могут понадобиться. К счастью, спорран прикрывал его собственные грехи. — Наверное, помогают поддержать беседу... при определенных обстоятельствах.

   — Брианна Фрейзер · книга
2. «

   — Да ж что в тебе такого, саксоночка? — произнес он непринужденно, не сводя с Майерса глаз. — А что там во мне? Джеми сощурился, глядя уже на меня. — То, от чего все мужики через пять минут после встречи с тобой норовят из штанов выпрыгнуть. Фергюс поперхнулся. Щеки Айена порозовели. А я напустила на себя как можно более скромный вид. — Ну, уж если ты не знаешь, милый, то не знает никто. Зато я вот, кажется, нашла нам лодку. А ты то чем вс утро занимался?

   — Да ж что в тебе такого, саксоночка? — произнес он непринужденно, не сводя с Майерса глаз. — А что там во мне? Джеми сощурился, глядя уже на меня. — То, от чего все мужики через пять минут после встречи с тобой норовят из штанов выпрыгнуть. Фергюс поперхнулся. Щеки Айена порозовели. А я напустила на себя как можно более скромный вид. — Ну, уж если ты не знаешь, милый, то не знает никто. Зато я вот, кажется, нашла нам лодку. А ты то чем вс утро занимался?

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
3. «

   То, что мне казалось ловушкой — семья, клан, — было его силой. А то, что я считала своей — одиночество, отсутствие уз, — было моей слабостью. Познав близость, добро и зло, Джейми сумел все оставить и шагнуть дальше в одиночку. А я, когда-то так гордившаяся своей самодостаточностью и независимостью, теперь не выносила и мысли, что вновь останусь одна.

   То, что мне казалось ловушкой — семья, клан, — было его силой. А то, что я считала своей — одиночество, отсутствие уз, — было моей слабостью. Познав близость, добро и зло, Джейми сумел все оставить и шагнуть дальше в одиночку. А я, когда-то так гордившаяся своей самодостаточностью и независимостью, теперь не выносила и мысли, что вновь останусь одна.

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
4. «

   Навреное, я должна была чувствовать себя очень глупо. Я стояла в доме без стен, в компании волка и свиньи, посреди глуши, слушая, как в небе ехидно кричат пересмешники, и принимала участие, по сути, в языческом ритуале. Однако мне было хорошо.

   Навреное, я должна была чувствовать себя очень глупо. Я стояла в доме без стен, в компании волка и свиньи, посреди глуши, слушая, как в небе ехидно кричат пересмешники, и принимала участие, по сути, в языческом ритуале. Однако мне было хорошо.

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
5. «

   Благоразумие — лучшая составляющая доблести.

   Благоразумие — лучшая составляющая доблести.

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
6. «

   Дай стать мне лирой, как осенний лес, И в честь твою ронять свой лист спросонья. Устрой, чтоб постепенно я исчез

   Дай стать мне лирой, как осенний лес, И в честь твою ронять свой лист спросонья. Устрой, чтоб постепенно я исчез

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
7. «

   — Боже, если ты опять начнешь травить шуточки про килт, я уеду и брошу тебя здесь, клянусь. Роджер широко улыбнулся. — Ты же не станешь так делать, правда, милая? Не оставишь человека только потому, что он носит килт! Брианна прищуриласть. — Могу поспорить, ничего необычного под этим килтом нет, кивнула она на спорран Роджера. — Даже больше, могу вообще на что угодно поспорить, там все в пр-р-ревосходном р-р-рабочем состоянии, да? Роджер поперхнулся кусочком картошки. — Нужно отвечать «дай ручку, красавица, и я тебе покажу», — посоветовал продавец. — Сто раз уже эту фразу слышал за неделю. — Если он так скажет, то я точно свалю и брошу его на этой чертовой горе. Пусть торчит тут и ест осьминогов. Роджер глотнул кока-колы и мудро решил промолчать.

   — Боже, если ты опять начнешь травить шуточки про килт, я уеду и брошу тебя здесь, клянусь. Роджер широко улыбнулся. — Ты же не станешь так делать, правда, милая? Не оставишь человека только потому, что он носит килт! Брианна прищуриласть. — Могу поспорить, ничего необычного под этим килтом нет, кивнула она на спорран Роджера. — Даже больше, могу вообще на что угодно поспорить, там все в пр-р-ревосходном р-р-рабочем состоянии, да? Роджер поперхнулся кусочком картошки. — Нужно отвечать «дай ручку, красавица, и я тебе покажу», — посоветовал продавец. — Сто раз уже эту фразу слышал за неделю. — Если он так скажет, то я точно свалю и брошу его на этой чертовой горе. Пусть торчит тут и ест осьминогов. Роджер глотнул кока-колы и мудро решил промолчать.

   — Брианна Фрейзер · книга
8. «

   Я уже был рабом, Клэр. И не смогу жить, зная, что в мире есть человек, который ненавидит меня так же, как я ненавидел тех, кто считал себя моими хозяевами.

   Я уже был рабом, Клэр. И не смогу жить, зная, что в мире есть человек, который ненавидит меня так же, как я ненавидел тех, кто считал себя моими хозяевами.

   — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
9. «

   — Там опасно? — повернулась я к Кэмерону, завидев, что делает Джейми. — Не знаю наверняка, миссис Фрейзер. — Кэмпбелл уныло сгорбился. — Дональд Макнил скащал лишь про некую стычку на лесоипилке и что пролилась кровь. Он попросил меня сразу же вынести приговор и проследить за казнью, а затем ушел собирать остальных плантаторов, прежде чем я успел выяснить подробности, — пояснил он с печальным видом. — Казнь?! То есть вы намереваетесь казнить человека неизвестно за что?! — Известно, миссис Фрейзер! Прошу прощения, мэм. Я понимаю, вы здесь недавно и можете посчитать наши порядки в чем-то непонятными и даже варварскими... — О да, варварскими, именно! Что же это за закон, если человека... — Раба... — Человека! Приговаривают без суда и следствия! Что это за закон такой?! — Плохой, мэм! — рявкнул Кэмпбелл. — И все же закон, и я обязан проследить за его исполнением.

   — Там опасно? — повернулась я к Кэмерону, завидев, что делает Джейми. — Не знаю наверняка, миссис Фрейзер. — Кэмпбелл уныло сгорбился. — Дональд Макнил скащал лишь про некую стычку на лесоипилке и что пролилась кровь. Он попросил меня сразу же вынести приговор и проследить за казнью, а затем ушел собирать остальных плантаторов, прежде чем я успел выяснить подробности, — пояснил он с печальным видом. — Казнь?! То есть вы намереваетесь казнить человека неизвестно за что?! — Известно, миссис Фрейзер! Прошу прощения, мэм. Я понимаю, вы здесь недавно и можете посчитать наши порядки в чем-то непонятными и даже варварскими... — О да, варварскими, именно! Что же это за закон, если человека... — Раба... — Человека! Приговаривают без суда и следствия! Что это за закон такой?! — Плохой, мэм! — рявкнул Кэмпбелл. — И все же закон, и я обязан проследить за его исполнением.

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
10. «

    — ... Они каждый раз просили, чтобы пришла я, потому что в те времена женщина врач была явлением не слишком-то привычным. — Думаешь, сейчас это дело привычное? — Джейми расхохотался, и я шутливо пнула его в голень. — Вообще-то, вскоре так и стало. Но в то время было иначе. А когда я закончила рассказывать и поинтересовалась, не хочет ли кто-нибудь задать вопрос, один мерзкий мальчишка заявил, что, по словам его матери, работающие женщины ничем не лучше проституток, им бы дома сидеть с семьей, а не отнимать работу у мужчин. — Сомневаюсь, что его мать в жизни видела хоть одну проститутку. — Да, трудно себе представить... Тогда Брианна встала и сказала очень громко: «Знаешь, очень хорошо, что моя мама — доктор, тебе он скоро понадобится». И стукнула его по голове задачником, а когда он свалился, насела на него и отхлестала по губам. Я спиной почувствовала, как затряслись у Джейми грудь и живот. — Какая храбрая девчонка! Надеюсь, учитель ее за это не высек? — Теперь в школах детей не секут. Ей нужно было написать покаянное письмо маленькому гаденышу, но ему следовало написать такое же мне, и дочь решила, что это по-честному. Самое удивительное другое: позже выяснилось, что отец парня тоже работалврачом, он был одним из моих коллег в больнице. — И тебе дали работу, на которую рассчитывал он? — Как ты догадался?

    — ... Они каждый раз просили, чтобы пришла я, потому что в те времена женщина врач была явлением не слишком-то привычным. — Думаешь, сейчас это дело привычное? — Джейми расхохотался, и я шутливо пнула его в голень. — Вообще-то, вскоре так и стало. Но в то время было иначе. А когда я закончила рассказывать и поинтересовалась, не хочет ли кто-нибудь задать вопрос, один мерзкий мальчишка заявил, что, по словам его матери, работающие женщины ничем не лучше проституток, им бы дома сидеть с семьей, а не отнимать работу у мужчин. — Сомневаюсь, что его мать в жизни видела хоть одну проститутку. — Да, трудно себе представить... Тогда Брианна встала и сказала очень громко: «Знаешь, очень хорошо, что моя мама — доктор, тебе он скоро понадобится». И стукнула его по голове задачником, а когда он свалился, насела на него и отхлестала по губам. Я спиной почувствовала, как затряслись у Джейми грудь и живот. — Какая храбрая девчонка! Надеюсь, учитель ее за это не высек? — Теперь в школах детей не секут. Ей нужно было написать покаянное письмо маленькому гаденышу, но ему следовало написать такое же мне, и дочь решила, что это по-честному. Самое удивительное другое: позже выяснилось, что отец парня тоже работалврачом, он был одним из моих коллег в больнице. — И тебе дали работу, на которую рассчитывал он? — Как ты догадался?

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
11. «

    — Je t'aime... un peu... beaucoup... passionnement... pas du tout. Я тебя люблю... немного... очень... страстно... совсем не люблю.

    — Je t'aime... un peu... beaucoup... passionnement... pas du tout. Я тебя люблю... немного... очень... страстно... совсем не люблю.
12. «

    Я положила руки на бедра, демонстрируя кожаные штаны на завязках, что соорудила для меня Федра (нервно посмеиваясь в процессе) из мягкой оленьей шкуры. — Нет, — прямо ответил Джейми. — Тебе нельзя расхаживать в... в... — Он махнул рукой на мои ноги, потеряв дар речи. — В штанах, — закончила за него я. — Конечно же, можно. В Бостоне я их все время носила. Очень удобно. Джейми молча на меня уставился, а потом снова медленно обошел. — Ты носила их вне дома? — наконец раздался недоверчивый голос из-за моей спины. — На людях? — Да, — сердито бросила я. — Как и большинство женщин. Что в этом такого? — Что в этом такого?! — поразился Джеми. — Господи, видно же твою задницу, саксоночка! — Ну и твою видно, и что? — заметила я, повернувшись к нему лицом. — Я ее в бриджах наблюдаю месяцами напролет, но сие зрелище лишь время от времени побуждает меня на непристойные действия.

    Я положила руки на бедра, демонстрируя кожаные штаны на завязках, что соорудила для меня Федра (нервно посмеиваясь в процессе) из мягкой оленьей шкуры. — Нет, — прямо ответил Джейми. — Тебе нельзя расхаживать в... в... — Он махнул рукой на мои ноги, потеряв дар речи. — В штанах, — закончила за него я. — Конечно же, можно. В Бостоне я их все время носила. Очень удобно. Джейми молча на меня уставился, а потом снова медленно обошел. — Ты носила их вне дома? — наконец раздался недоверчивый голос из-за моей спины. — На людях? — Да, — сердито бросила я. — Как и большинство женщин. Что в этом такого? — Что в этом такого?! — поразился Джеми. — Господи, видно же твою задницу, саксоночка! — Ну и твою видно, и что? — заметила я, повернувшись к нему лицом. — Я ее в бриджах наблюдаю месяцами напролет, но сие зрелище лишь время от времени побуждает меня на непристойные действия.

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
13. «

    — Ты — моя смелость, а я — твоя совесть, — прошептал он. — Ты — мое сердце... а я — твое сострадание. Мы — единое целое, мы не можем быть порознь. Разве ты сама не знаешь, саксоночка? — Знаю. — Голос дрогнул. — Поэтому мне так страшно. Я не хочу вновь стать лишь половинкой целого, я этого не вынесу. — Разве ты не видишь, как мало значит смерть, когда мы вместе?

    — Ты — моя смелость, а я — твоя совесть, — прошептал он. — Ты — мое сердце... а я — твое сострадание. Мы — единое целое, мы не можем быть порознь. Разве ты сама не знаешь, саксоночка? — Знаю. — Голос дрогнул. — Поэтому мне так страшно. Я не хочу вновь стать лишь половинкой целого, я этого не вынесу. — Разве ты не видишь, как мало значит смерть, когда мы вместе?

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
14. «

    — Поднимайся, парень, и постучи там, где течет. А я снаружи все заделаю. — Схватив новую дранку, молоток, топор и мешочек с гвоздями, он направился к двери. — Давай ты в этом на крышу не полезешь! — воскликнула я и резко села в постели. — Шерстяная рубашка совсем новая! Джейми застыл в дверях, смерив меня недовольным взглядом, а я затем с укоризненным взором христианского мученика положил инструменты, развязал рубашку, скринул ее на пол, подобрал инструменты и величественно выплыл из дома заделывать течь, обличительно сверкая голыми ягодицами.

    — Поднимайся, парень, и постучи там, где течет. А я снаружи все заделаю. — Схватив новую дранку, молоток, топор и мешочек с гвоздями, он направился к двери. — Давай ты в этом на крышу не полезешь! — воскликнула я и резко села в постели. — Шерстяная рубашка совсем новая! Джейми застыл в дверях, смерив меня недовольным взглядом, а я затем с укоризненным взором христианского мученика положил инструменты, развязал рубашку, скринул ее на пол, подобрал инструменты и величественно выплыл из дома заделывать течь, обличительно сверкая голыми ягодицами.

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
15. «

    — Вы, скорее всего, не знаете, — объяснил Кэмпбелл, повернувшись к Джейми, — но на казнь приводят рабов со всех близжайших плантаций. Чтобы невпопад было. Чтобы не допустить подобных необдуманных действий. — Ясно, — вежливо сказал Джейми. — Думаю, именно поэтому, после восстания, Король казнил моего деда на Тауэр-Хилле. Тоже очень действенно. С тех пор все мои рдственники ведут себя крайне достойно. Я достаточно долго прожила среди шотландцев, чтобы понять суть этого небольшого укола. Джейми, может, и согласился выполнить просьбу Кэмпбелла, но внук Старого Лиса не пойдет так просто на поводу... и необязательно будет считаться с английскими законами.

    — Вы, скорее всего, не знаете, — объяснил Кэмпбелл, повернувшись к Джейми, — но на казнь приводят рабов со всех близжайших плантаций. Чтобы невпопад было. Чтобы не допустить подобных необдуманных действий. — Ясно, — вежливо сказал Джейми. — Думаю, именно поэтому, после восстания, Король казнил моего деда на Тауэр-Хилле. Тоже очень действенно. С тех пор все мои рдственники ведут себя крайне достойно. Я достаточно долго прожила среди шотландцев, чтобы понять суть этого небольшого укола. Джейми, может, и согласился выполнить просьбу Кэмпбелла, но внук Старого Лиса не пойдет так просто на поводу... и необязательно будет считаться с английскими законами.

    — Фаркуард Кэмпбелл · книга
16. «

    Мужчина с любопытством уставился на килт Роджера. — А вы шотландец или просто любите юбки носить? Роджер, слышавшый подобное в десятках вариаций, и глазом не моргнул. — Ну, как любил говаривать мой дед, — произнес он с кошмарным акцентом, — когда надеваешь килт, парень, то точно понимаешь, что ты мужик! Продавец одобрительно рассхохотался, а Брианна закатила глаза.

    Мужчина с любопытством уставился на килт Роджера. — А вы шотландец или просто любите юбки носить? Роджер, слышавшый подобное в десятках вариаций, и глазом не моргнул. — Ну, как любил говаривать мой дед, — произнес он с кошмарным акцентом, — когда надеваешь килт, парень, то точно понимаешь, что ты мужик! Продавец одобрительно рассхохотался, а Брианна закатила глаза.

    — Роджер Маккензи · книга
17. «

    — Все в порядке. Я... я рада, что здесь оказалась. — Честно? — Ага. Правда. Тут... — она беспомощьно махнула рукой на шумную, клетчатую кутерьму вокруг, — тут все такое шотландское. Роджеру стало смешно. Что может быть менее похожим на Шотландию, чем дешевый балаган для туристов и впаривания наполовину фальшивых традиций? И в тоже время Брианна права. Это пример давней шотландской способности выживать — приспасабливаться ко всему и извлекать выгоду.

    — Все в порядке. Я... я рада, что здесь оказалась. — Честно? — Ага. Правда. Тут... — она беспомощьно махнула рукой на шумную, клетчатую кутерьму вокруг, — тут все такое шотландское. Роджеру стало смешно. Что может быть менее похожим на Шотландию, чем дешевый балаган для туристов и впаривания наполовину фальшивых традиций? И в тоже время Брианна права. Это пример давней шотландской способности выживать — приспасабливаться ко всему и извлекать выгоду.

    — Брианна Фрейзер · книга
18. «

    — Все в порядке, саксоночка. Они ничего нам не сделают. Простые охотники. — Джейми на миг прикрыл глаза, и я заметила, как его лицо поблескивает от пота. — И это хорошо, потому что я, кажется чейчас грохнусь в обморок. — Даже не думай! Только посмей потерять сознание и оставить меня с ними!

    — Все в порядке, саксоночка. Они ничего нам не сделают. Простые охотники. — Джейми на миг прикрыл глаза, и я заметила, как его лицо поблескивает от пота. — И это хорошо, потому что я, кажется чейчас грохнусь в обморок. — Даже не думай! Только посмей потерять сознание и оставить меня с ними!

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
19. «

    — ... Не хочу брать на себя и этот грех, своих полно. Но я не поэтому хотел сделать тебе подарок. — Тогда почему? Тяжелая шкатулка приятно давила на ноги. Я не могла выпустить гладкое дерево из рук. Джейми повернулся ко мне — рыжие волосы вспыхнули огнем в луче закатного солнца, лицо же, напротив, скрылось в тени. — Ровно двадцать четыре года назад я на тебе женился, саксоночка, — тихо сказал он. — Надеюсь, ты никогда об этом не пожалеешь.

    — ... Не хочу брать на себя и этот грех, своих полно. Но я не поэтому хотел сделать тебе подарок. — Тогда почему? Тяжелая шкатулка приятно давила на ноги. Я не могла выпустить гладкое дерево из рук. Джейми повернулся ко мне — рыжие волосы вспыхнули огнем в луче закатного солнца, лицо же, напротив, скрылось в тени. — Ровно двадцать четыре года назад я на тебе женился, саксоночка, — тихо сказал он. — Надеюсь, ты никогда об этом не пожалеешь.

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
20. «

    — Da mi basia mille, — шепнул Джейми. Подари мне тысячу поцелуев. Небольшая цитата из Катулла, выгравированная внутри кольца. Наклонившись, я подарила ему один из этой тысячи. — Dein mille altera, — отозвалась я. А потом еще тысячу.

    — Da mi basia mille, — шепнул Джейми. Подари мне тысячу поцелуев. Небольшая цитата из Катулла, выгравированная внутри кольца. Наклонившись, я подарила ему один из этой тысячи. — Dein mille altera, — отозвалась я. А потом еще тысячу.

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга