25 цитат из книги «Дмитрий Емец. Таня Гроттер и колодец Посейдона» — коротко и по делу

Ниже 25 цитат из книги «Дмитрий Емец. Таня Гроттер и колодец Посейдона»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Скрытность убивала искренность.

   Скрытность убивала искренность.

   — Таня Гроттер · книга
2. «

   Пусть кто-то ещё вякнет, что моя фигура далека от идеала! Это убогий идеал далёк от моей фигуры.

   Пусть кто-то ещё вякнет, что моя фигура далека от идеала! Это убогий идеал далёк от моей фигуры.

   — Улита · книга
3. «

   Бывают моменты, когда сталкиваешься с собой как с посторонним, с незнакомым. Эти-то минуты самые честные и есть...

   Бывают моменты, когда сталкиваешься с собой как с посторонним, с незнакомым. Эти-то минуты самые честные и есть...

   — Гробыня Склепова · книга
4. «

   Ты во всём жаждешь абсолютного совершенства. Уж любовь так любовь, дружба так дружба – и чтобы никаких полумер, и чтобы все с заглавной буквы. А жизнь-то как раз и есть полумеры.

   Ты во всём жаждешь абсолютного совершенства. Уж любовь так любовь, дружба так дружба – и чтобы никаких полумер, и чтобы все с заглавной буквы. А жизнь-то как раз и есть полумеры.

   — Гробыня Склепова · книга
5. «

   Но кто я такой, чтобы лезть в чужие дела, да ещё и забесплатно?

   Но кто я такой, чтобы лезть в чужие дела, да ещё и забесплатно?

   — Ягун · книга
6. «

   Моменты, когда можно было сделать выбор и пустить жизнь по другому руслу, кажутся теперь недосягаемо прекрасными. Хотя бы потому, что невозможно вернуться туда, откуда ты однажды ушёл. В решающий момент – и это потом особенно терзает – одно слово, один жест, одно движение – и всё, поезд жизни пошёл по другому пути. Сказать «Да» вместо «Нет» или, напротив, сказать «Нет» вместо «Да». Или уйти, или не уйти. И вот человек потом всю жизнь раз за разом возвращается памятью к этому моменту и совершает ТОТ САМЫЙ ПОСТУПОК.

   Моменты, когда можно было сделать выбор и пустить жизнь по другому руслу, кажутся теперь недосягаемо прекрасными. Хотя бы потому, что невозможно вернуться туда, откуда ты однажды ушёл. В решающий момент – и это потом особенно терзает – одно слово, один жест, одно движение – и всё, поезд жизни пошёл по другому пути. Сказать «Да» вместо «Нет» или, напротив, сказать «Нет» вместо «Да». Или уйти, или не уйти. И вот человек потом всю жизнь раз за разом возвращается памятью к этому моменту и совершает ТОТ САМЫЙ ПОСТУПОК.

   — Шурасик · книга
7. «

   Прощай, крыша! Здравствуй, дядя Зигмунд! Дай мне ключик от палаты № 6, чтобы запереться там от всех психов!

   Прощай, крыша! Здравствуй, дядя Зигмунд! Дай мне ключик от палаты № 6, чтобы запереться там от всех психов!

   — Гробыня Склепова · книга
8. «

   В общем, мораль такая: дружи, люби, да только слишком больших надежд не возлагай и спиной не поворачивайся. Мало ли что.

   В общем, мораль такая: дружи, люби, да только слишком больших надежд не возлагай и спиной не поворачивайся. Мало ли что.

   — Гробыня Склепова · книга
9. «

   Это было нелегко! Я убил на это вагон дипломатии и три тележки такта!

   Это было нелегко! Я убил на это вагон дипломатии и три тележки такта!

   — Ягун · книга
10. «

    Много восклицательных знаков — первый признак истерички.

    Много восклицательных знаков — первый признак истерички.

    — Жикин · книга
11. «

    Какая я тебе прелесть? Прополощи глаза в формалине, дядя!

    Какая я тебе прелесть? Прополощи глаза в формалине, дядя!

    — Гробыня Склепова · книга
12. «

    Глупо быть скрягой, который всю жизнь копит деньги для того лишь, чтобы их, снисходительно посмеиваясь, истратили его менее бережливые потомки.

    Глупо быть скрягой, который всю жизнь копит деньги для того лишь, чтобы их, снисходительно посмеиваясь, истратили его менее бережливые потомки.
13. «

    — Что будем делать с гостями, Абдулла? — спросил Ягун. Джинн отвел рассеянный взгляд от книжных корешков. — О, вечные врата, что за вопрос? Яд у меня на столе, неужели самому трудно взять?

    — Что будем делать с гостями, Абдулла? — спросил Ягун. Джинн отвел рассеянный взгляд от книжных корешков. — О, вечные врата, что за вопрос? Яд у меня на столе, неужели самому трудно взять?

    — Ягун · книга
14. «

    Прыщи — это буреломные мысли, пир идей! Мыслям тесно внутри и они расцветают снаружи!

    Прыщи — это буреломные мысли, пир идей! Мыслям тесно внутри и они расцветают снаружи!

    — Шурасик · книга
15. «

    Все важные вещи в этом мире происходят именно за четверть часа! За это время может рухнуть государство, можно встретиться и навеки влюбиться, можно расстаться, можно распрощаться с одними ценностями и обрести другие! И всё это за жалкие пятнадцать минут! Время порой бывает очень наполненным!

    Все важные вещи в этом мире происходят именно за четверть часа! За это время может рухнуть государство, можно встретиться и навеки влюбиться, можно расстаться, можно распрощаться с одними ценностями и обрести другие! И всё это за жалкие пятнадцать минут! Время порой бывает очень наполненным!

    — Шурасик · книга
16. «

    Человечество так низко пало, даже я за ним не успеваю.

    Человечество так низко пало, даже я за ним не успеваю.

    — Дядя Герман · книга
17. «

    Итак, выбор: красивый финал или бесславная старость?

    Итак, выбор: красивый финал или бесславная старость?

    — Ягун · книга
18. «

    Мы страдаем, мы мечтаем о чем-то, а потом это оказывается фальшью, ерундой. И становится ясно, что усилия абсолютно не стоили жертв. И тогда в финальный момент мы бываем разочарованы. Так что, возможно, стоит, прибежав первым, остановиться у самой ленточки, не оборвав её.

    Мы страдаем, мы мечтаем о чем-то, а потом это оказывается фальшью, ерундой. И становится ясно, что усилия абсолютно не стоили жертв. И тогда в финальный момент мы бываем разочарованы. Так что, возможно, стоит, прибежав первым, остановиться у самой ленточки, не оборвав её.

    — Шурасик · книга
19. «

    Преувеличение своих заслуг — основа всякой интелектуальной деятельности.

    Преувеличение своих заслуг — основа всякой интелектуальной деятельности.

    — Ржевский · книга
20. «

    Между двадцатью шестью и двадцатью годами разница — шесть лет, а между десятью и шестнадцатью — шестьдесят.

    Между двадцатью шестью и двадцатью годами разница — шесть лет, а между десятью и шестнадцатью — шестьдесят.