25 коротких цитат из книги «Дмитрий Емец. Таня Гроттер и проклятие некромага»

Ниже 25 цитат из книги «Дмитрий Емец. Таня Гроттер и проклятие некромага»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Не стоит думать о тех, кто лишь занимает место в памяти, не давая ничего взамен.

   Не стоит думать о тех, кто лишь занимает место в памяти, не давая ничего взамен.
2. «

   Глупо, когда люди тащатся по жизни, пыхтя и стеная, какие они ответственные и перегруженные! Неси свой крест с улыбкой, помогая другим нести их кресты — вот это вызывает уважение! И плевать, что ноги у тебя стёрты в кровь, а плечи устали!

   Глупо, когда люди тащатся по жизни, пыхтя и стеная, какие они ответственные и перегруженные! Неси свой крест с улыбкой, помогая другим нести их кресты — вот это вызывает уважение! И плевать, что ноги у тебя стёрты в кровь, а плечи устали!

   — Ягун · книга
3. «

   Проблема выбора – самая большая женская проблема. Мы так боимся ошибиться, видим в каждом решении так много разных «за» и «против», что предпочитаем, чтобы выбор делали за нас. Так гораздо удобнее. Но это не всегда срабатывает. Пока две вежливые домашние собачки стоят возле косточки, повиливая хвостиками и пытаясь определиться с ощущениями, насколько они голодны, чтобы есть нестерильную пищу в неподобающем месте, подскакивает голодный уличный барбос – и хвать!... Косточка достается ему. В общем, в любой ситуации ключ ко всему – решимость.

   Проблема выбора – самая большая женская проблема. Мы так боимся ошибиться, видим в каждом решении так много разных «за» и «против», что предпочитаем, чтобы выбор делали за нас. Так гораздо удобнее. Но это не всегда срабатывает. Пока две вежливые домашние собачки стоят возле косточки, повиливая хвостиками и пытаясь определиться с ощущениями, насколько они голодны, чтобы есть нестерильную пищу в неподобающем месте, подскакивает голодный уличный барбос – и хвать!... Косточка достается ему. В общем, в любой ситуации ключ ко всему – решимость.

   — Медузия Горгонова · книга
4. «

   Некромаг подобен стреле, выпущенной в цель. Если цель по какой-то причине исчезает, существование стрелы теряет смысл.

   Некромаг подобен стреле, выпущенной в цель. Если цель по какой-то причине исчезает, существование стрелы теряет смысл.
5. «

   В жизни всегда масса причин, чтобы не делать чего-то: не бороться, не рисковать, поджать лапки и скиснуть, когда нужно бороться и достигать. Всегда вперед! Разочарование от несделанного – самое большое разочарование.

   В жизни всегда масса причин, чтобы не делать чего-то: не бороться, не рисковать, поджать лапки и скиснуть, когда нужно бороться и достигать. Всегда вперед! Разочарование от несделанного – самое большое разочарование.

   — Сарданапал Черноморов · книга
6. «

   Настоящие друзья умеют уважать чужое одиночество! Правда, если человек слишком начинает любить одиночество, рано или поздно он остается без друзей. Друзья, они, понимаешь, существа капризные. Им нравится, когда их гладят по шерстке и дают сахар.

   Настоящие друзья умеют уважать чужое одиночество! Правда, если человек слишком начинает любить одиночество, рано или поздно он остается без друзей. Друзья, они, понимаешь, существа капризные. Им нравится, когда их гладят по шерстке и дают сахар.

   — Ягун · книга
7. «

   Друзей не убивают! Это неприкосновенный продуктовый запас!

   Друзей не убивают! Это неприкосновенный продуктовый запас!

   — Ягун · книга
8. «

   Ты как никогда близка к унынию, девочка. Ты висишь на краю крыши в кромешном мраке, сама не ведя что внизу. То ли небольшая высота и стог соломы, то ли пропасть с камнями на дне. Руки устали. Подняться наверх уже невозможно. Значит надо рискнуть и сделать рывок. А там одно из двух: или сорвёшься, или выберешься.

   Ты как никогда близка к унынию, девочка. Ты висишь на краю крыши в кромешном мраке, сама не ведя что внизу. То ли небольшая высота и стог соломы, то ли пропасть с камнями на дне. Руки устали. Подняться наверх уже невозможно. Значит надо рискнуть и сделать рывок. А там одно из двух: или сорвёшься, или выберешься.

   — Медузия Горгонова · книга
9. «

   В этом мире вообще все просто. Стучи — откроют, проси — дадут, добивайся — получишь. Все зависит только от температуры желания. Не спускай пар в носик чайника — и давление воли станет таким сильным, что разнесет любой котёл.

   В этом мире вообще все просто. Стучи — откроют, проси — дадут, добивайся — получишь. Все зависит только от температуры желания. Не спускай пар в носик чайника — и давление воли станет таким сильным, что разнесет любой котёл.

   — Глеб Бейбарсов · книга
10. «

    Не позволяй малодушию играть в твоей песочнице. Всякому время от времени хочется сдаться. Тогда пускай первым этого захочет твой противник.

    Не позволяй малодушию играть в твоей песочнице. Всякому время от времени хочется сдаться. Тогда пускай первым этого захочет твой противник.

    — Ванька Валялкин · книга
11. «

    Я бедная девушка, у которой плохо с арифметикой! Выше двух для меня сразу начинается высшая математика!

    Я бедная девушка, у которой плохо с арифметикой! Выше двух для меня сразу начинается высшая математика!

    — Таня Гроттер · книга
12. «

    Обязаны ли мы тем, кто приручили, если прирученные требуют за свое приручение слишком много?

    Обязаны ли мы тем, кто приручили, если прирученные требуют за свое приручение слишком много?
13. «

    На самом деле всё очень просто. Только дураки всё усложняют. Наша любовь будет продолжаться до тех пор, пока мы сможем прощать друг другу собственное несовершенство. Умные и зоркие люди мгновенно находят друг у друга кучу недостатков. Любовь же кормится иллюзиями, как младенец материнским молоком. Таким образом, отказ от идеала – разрешить тому, кто рядом, быть не идеальным – первый созидательный шаг ума.

    На самом деле всё очень просто. Только дураки всё усложняют. Наша любовь будет продолжаться до тех пор, пока мы сможем прощать друг другу собственное несовершенство. Умные и зоркие люди мгновенно находят друг у друга кучу недостатков. Любовь же кормится иллюзиями, как младенец материнским молоком. Таким образом, отказ от идеала – разрешить тому, кто рядом, быть не идеальным – первый созидательный шаг ума.

    — Ванька Валялкин · книга
14. «

    Сомнений нет, все в этом мире чем-то оплачивается. Посмотрите, как счастилва и расслаблена собака, у которой нет кости. А вот та же собака с костью, которую она не может проглотить. Рычит, лает, прячет, всех подозревает. Несчастнейшее животное во вселенной.

    Сомнений нет, все в этом мире чем-то оплачивается. Посмотрите, как счастилва и расслаблена собака, у которой нет кости. А вот та же собака с костью, которую она не может проглотить. Рычит, лает, прячет, всех подозревает. Несчастнейшее животное во вселенной.

    — Таня Гроттер · книга
15. «

    Можно вопрос — милый и ненавязчивый, как я сам?

    Можно вопрос — милый и ненавязчивый, как я сам?

    — Ягун · книга
16. «

    В пятнадцать-шестнадцать лет дико меняются ценности. Вместе с ценностями меняется и отношение к людям. Ты как-то вдруг понимаешь, что в жизни полно лжи, а большая часть красивых слоев просто пудра на гнойных прыщах человечества. И вообще, спасение мира осуществляется исключительно по пятницам, в вечернее время. Во все же остальное время мир неплохо проживет и так.

    В пятнадцать-шестнадцать лет дико меняются ценности. Вместе с ценностями меняется и отношение к людям. Ты как-то вдруг понимаешь, что в жизни полно лжи, а большая часть красивых слоев просто пудра на гнойных прыщах человечества. И вообще, спасение мира осуществляется исключительно по пятницам, в вечернее время. Во все же остальное время мир неплохо проживет и так.

    — Таня Гроттер · книга
17. «

    — Если я кому и завидую, так только Ваньке. — Почему? — Потому, что Ванька очень созидательный, бесконечно творческий. Хочет Валялкин того или нет, но он никогда не сможет остановиться. После Ваньки везде остается лес, а после Бейбарсова — лишь пожарище. Вот только лес сажать не романтично, еще бы — стоишь потный, по уши в глине, лопатой махаешь, а на огонь смотреть всем нравится. Искры, страсть, жар и пепелище в финале.

    — Если я кому и завидую, так только Ваньке. — Почему? — Потому, что Ванька очень созидательный, бесконечно творческий. Хочет Валялкин того или нет, но он никогда не сможет остановиться. После Ваньки везде остается лес, а после Бейбарсова — лишь пожарище. Вот только лес сажать не романтично, еще бы — стоишь потный, по уши в глине, лопатой махаешь, а на огонь смотреть всем нравится. Искры, страсть, жар и пепелище в финале.

    — Ягун · книга
18. «

    — Но должен же быть смысл! — Тем, кому смысл что-то должен, он прощает.

    — Но должен же быть смысл! — Тем, кому смысл что-то должен, он прощает.

    — Таня Гроттер · книга
19. «

    Глаза как море. По ним пробегают волны. Они меняются, отражают всякий случайный, предмет, всякую случайную мысль. Если не привыкнуть к собственному волнению глаз, не уловить их ритм, их непредсказуемую игру, не убрать всё лишнее — ничего прочитать в глазах нельзя.

    Глаза как море. По ним пробегают волны. Они меняются, отражают всякий случайный, предмет, всякую случайную мысль. Если не привыкнуть к собственному волнению глаз, не уловить их ритм, их непредсказуемую игру, не убрать всё лишнее — ничего прочитать в глазах нельзя.

    — Ленка · книга
20. «

    Ответственность – это та же шоколадка. Ее лучше разделить на всех…

    Ответственность – это та же шоколадка. Ее лучше разделить на всех…

    — Гробыня Склепова · книга