26 фраз из книги «Дмитрий Глуховский. Текст», которые запомнились

Собрали 26 цитат из книги «Дмитрий Глуховский. Текст» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Теперь телефон такое в людях видел, что человек бы не разглядел. Можно стало вернуться, проверить себя.

   Теперь телефон такое в людях видел, что человек бы не разглядел. Можно стало вернуться, проверить себя.
2. «

   А школьная любовь — комнатная, станешь её пересаживать из горшка во взрослую жизнь — сорняки забьют.

   А школьная любовь — комнатная, станешь её пересаживать из горшка во взрослую жизнь — сорняки забьют.
3. «

   По трезвости смерть слишком непостижима. Она, как и любовь, только пьяным настоящей кажется.

   По трезвости смерть слишком непостижима. Она, как и любовь, только пьяным настоящей кажется.
4. «

   Даже когда тело совсем разрушено, сильный дух может его излечить. Тело – земное, оно просто биология и химия, а человек, все-таки, это гораздо больше. Когда дух болеет, то и тело гниет. А когда человек свой дух очищает, то и тело чуть ли не воскресает.

   Даже когда тело совсем разрушено, сильный дух может его излечить. Тело – земное, оно просто биология и химия, а человек, все-таки, это гораздо больше. Когда дух болеет, то и тело гниет. А когда человек свой дух очищает, то и тело чуть ли не воскресает.
5. «

   Пока люди не искусают, на мир любую красивую теорию примерить можно. Любую сопливую. А потом уже верится только в то, что с тобой до сих пор бывало.

   Пока люди не искусают, на мир любую красивую теорию примерить можно. Любую сопливую. А потом уже верится только в то, что с тобой до сих пор бывало.
6. «

   Был ноль. Вода превращалась в лёд, а лёд в воду. От нулевого воздуха страх пошёл таять, а вместо него стал копиться по капле отмороженный гнев. За что с Ильей всё так? Почему жизнь в углу прошла и в углу кончается? Почему такое бессилие у него против мира? Где справедливость в том, что ему от наказания не отвертеться? Почему человека убить – получается, а простить – нет? Почему всё в руках у живоглотов? Почему, кроме как руки на себя наложить, другого побега нет, а за самоубийство – в ад? Ну ты бог или хозяин скотобойни?! Терпеть. Голову прятать в руки, шею втягивать в плечи. Как на зоне – не выделяться, не спорить, не возражать. Дали метлу – мести. Сказали отвернуться – отворачиваться. С богом договариваться только о том, чтобы кумовья стучать не заставили. Блатных обходить. Вертухаев обходить. В глаза не смотреть. Ждать свободы. Да где она?!

   Был ноль. Вода превращалась в лёд, а лёд в воду. От нулевого воздуха страх пошёл таять, а вместо него стал копиться по капле отмороженный гнев. За что с Ильей всё так? Почему жизнь в углу прошла и в углу кончается? Почему такое бессилие у него против мира? Где справедливость в том, что ему от наказания не отвертеться? Почему человека убить – получается, а простить – нет? Почему всё в руках у живоглотов? Почему, кроме как руки на себя наложить, другого побега нет, а за самоубийство – в ад? Ну ты бог или хозяин скотобойни?! Терпеть. Голову прятать в руки, шею втягивать в плечи. Как на зоне – не выделяться, не спорить, не возражать. Дали метлу – мести. Сказали отвернуться – отворачиваться. С богом договариваться только о том, чтобы кумовья стучать не заставили. Блатных обходить. Вертухаев обходить. В глаза не смотреть. Ждать свободы. Да где она?!

   — Илья · книга
7. «

   Ничто так не объединяет, как совместное грехопадение. В сауну к блядям – лучший тимбилдинг!

   Ничто так не объединяет, как совместное грехопадение. В сауну к блядям – лучший тимбилдинг!

   — Денис Сергеевич · книга
8. «

   Говорят: встает перед глазами. Но это неправда, конечно. Вспыхивает на мгновение. Удержать невозможно. Нельзя разглядеть в подробностях. Нельзя вспомнить, что за минуту до было, что после. Образы-обрывки, пятна на сетчатке, не картины, а ощущения. Где их видишь на самом деле? Где они вообще? И куда тают?

   Говорят: встает перед глазами. Но это неправда, конечно. Вспыхивает на мгновение. Удержать невозможно. Нельзя разглядеть в подробностях. Нельзя вспомнить, что за минуту до было, что после. Образы-обрывки, пятна на сетчатке, не картины, а ощущения. Где их видишь на самом деле? Где они вообще? И куда тают?
9. «

   Слишком много было по пути стрелок, и всякий раз мы не туда съезжали. И вот рельсы привели нас с тобой туда, куда привели. Депо: начало и конец.

   Слишком много было по пути стрелок, и всякий раз мы не туда съезжали. И вот рельсы привели нас с тобой туда, куда привели. Депо: начало и конец.
10. «

    Почему тогда этот тон? Может, устали от тревоги по ту сторону провода. Восемь утра, а уже усталость. Еще со вчера и со всегда. Это такой служебный тон, чтобы случаем не подцепить от звонящих несчастье. Маска врачебная.

    Почему тогда этот тон? Может, устали от тревоги по ту сторону провода. Восемь утра, а уже усталость. Еще со вчера и со всегда. Это такой служебный тон, чтобы случаем не подцепить от звонящих несчастье. Маска врачебная.
11. «

    Все, конечно, делают люди. С кем будешь, такой город и увидишь.

    Все, конечно, делают люди. С кем будешь, такой город и увидишь.
12. «

    Ты не сердитый дух в нашей квартире, не захлопнувшаяся дверь, не эхо в переходе, это просто я по тебе соскучился. Ты умерла, тебя нет. Тебе все равно, где тебя закопают. Ты не можешь ничего запретить мне, не можешь ни за что меня отругать. Мне одиноко от этой свободы, мне тоскливо без твоей брани. Но все, что ты можешь сделать мне – не разговаривать со мной.

    Ты не сердитый дух в нашей квартире, не захлопнувшаяся дверь, не эхо в переходе, это просто я по тебе соскучился. Ты умерла, тебя нет. Тебе все равно, где тебя закопают. Ты не можешь ничего запретить мне, не можешь ни за что меня отругать. Мне одиноко от этой свободы, мне тоскливо без твоей брани. Но все, что ты можешь сделать мне – не разговаривать со мной.
13. «

    Ребенок от пропавшего отца – это инвалидность, Нин. А от убитого – урна с пеплом на кухонном столе.

    Ребенок от пропавшего отца – это инвалидность, Нин. А от убитого – урна с пеплом на кухонном столе.
14. «

    Сны отлично прошлое показывают. До слез.

    Сны отлично прошлое показывают. До слез.
15. «

    Под ванной дежурил таракан, усы торчали. Ждал, пока Илья вышибет себе мозги, чтобы отвести его душу в ад.

    Под ванной дежурил таракан, усы торчали. Ждал, пока Илья вышибет себе мозги, чтобы отвести его душу в ад.
16. «

    Всегда хотелось такую: смешливую, живую, электрическую. Чтобы только дотронулся – сразу искра и волосы дыбом. А Вера ток не проводила.

    Всегда хотелось такую: смешливую, живую, электрическую. Чтобы только дотронулся – сразу искра и волосы дыбом. А Вера ток не проводила.
17. «

    А могли одни на двоих наушники и сцепленные светящиеся браслетики удержать вместе двух людей, которых вселенская гравитация растаскивала по разным орбитам? Неизвестно.

    А могли одни на двоих наушники и сцепленные светящиеся браслетики удержать вместе двух людей, которых вселенская гравитация растаскивала по разным орбитам? Неизвестно.
18. «

    У меня теория есть на эту тему. Вот у меня есть вся моя энергия, да? И я её хочу отдавать только тебе. Потому что ты мой. И пока я её всю тебе отдаю, у нас с тобой всё будет хорошо. Мы будем вместе, и с тобой ничего плохого не случится. Это как такое защитное поле в фантастике. Как невидимый купол над нами. Над тобой. А если я начну отдавать ещё кому-то частичку своей энергии, то это поле сразу ослабнет. Нас и к друг другу не будет притягивать, и в куполе будут трещины. И тогда он может рухнуть нам на головы. Мне — и тебе. А я этого не хочу. Я этого боюсь. Я ведь люблю всё-таки.

    У меня теория есть на эту тему. Вот у меня есть вся моя энергия, да? И я её хочу отдавать только тебе. Потому что ты мой. И пока я её всю тебе отдаю, у нас с тобой всё будет хорошо. Мы будем вместе, и с тобой ничего плохого не случится. Это как такое защитное поле в фантастике. Как невидимый купол над нами. Над тобой. А если я начну отдавать ещё кому-то частичку своей энергии, то это поле сразу ослабнет. Нас и к друг другу не будет притягивать, и в куполе будут трещины. И тогда он может рухнуть нам на головы. Мне — и тебе. А я этого не хочу. Я этого боюсь. Я ведь люблю всё-таки.

    — Нина · книга
19. «

    Я живой, живые все время опаздывают, мать, а вот мертвые-то как раз никуда не спешат.

    Я живой, живые все время опаздывают, мать, а вот мертвые-то как раз никуда не спешат.

    — Илья · книга
20. «

    Москва днём казалась гордой, а ночью — несчастной.

    Москва днём казалась гордой, а ночью — несчастной.