19 цитат из книги «Дмитрий Щеглов, Фаина Раневская. Судьба-шлюха» для поста в соцсетях

19 цитат из книги «Дмитрий Щеглов, Фаина Раневская. Судьба-шлюха» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь... Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б... Как ты надоела мне со своей любовью».

   ... На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь... Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б... Как ты надоела мне со своей любовью».
2. «

   «Воспоминания» — невольная сплетня.

   «Воспоминания» — невольная сплетня.
3. «

   Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.

   Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.
4. «

   Народ у нас самый даровитый, добрый и совестливый. Но практически как-то складывается так, что постоянно, процентов на восемьдесят, нас окружают идиоты, мошенники и жуткие дамы без собачек. Беда!

   Народ у нас самый даровитый, добрый и совестливый. Но практически как-то складывается так, что постоянно, процентов на восемьдесят, нас окружают идиоты, мошенники и жуткие дамы без собачек. Беда!
5. «

   Б. тогда поймет, что он делает, когда перестанет говорить текст, а начнет кровоточить сердцем.

   Б. тогда поймет, что он делает, когда перестанет говорить текст, а начнет кровоточить сердцем.
6. «

   Впервые в жизни получила ругательное анонимное письмо, а то я думала, что я такая дуся, что меня все обожают!

   Впервые в жизни получила ругательное анонимное письмо, а то я думала, что я такая дуся, что меня все обожают!
7. «

   Среди моих бумаг нет ничего, что бы напоминало денежные знаки.

   Среди моих бумаг нет ничего, что бы напоминало денежные знаки.
8. «

   Кто-то заметил: «Никто не хочет слушать, все хотят говорить». А стоит ли говорить?

   Кто-то заметил: «Никто не хочет слушать, все хотят говорить». А стоит ли говорить?
9. «

   Я обязана друзьям, которые оказывают мне честь своим посещением, и глубоко благодарна друзьям, которые лишают меня этой чести.

   Я обязана друзьям, которые оказывают мне честь своим посещением, и глубоко благодарна друзьям, которые лишают меня этой чести.
10. «

    Влюблялась в Шоу. Больше всего в жизни я любила влюбляться: Качалов, Павла Леонтьевна, Бабель, Ахматова, Блок (его лично не знала), Михоэлс — прелесть человек. Екатерина Павловна Пешкова, М. Ф. Андреевна мне были симпатичны. Бывала у обеих. Макс Волошин, Марина Цветаева, чудо — Марина. Обожала Е. В. Гельцер. Мне везло на людей.

    Влюблялась в Шоу. Больше всего в жизни я любила влюбляться: Качалов, Павла Леонтьевна, Бабель, Ахматова, Блок (его лично не знала), Михоэлс — прелесть человек. Екатерина Павловна Пешкова, М. Ф. Андреевна мне были симпатичны. Бывала у обеих. Макс Волошин, Марина Цветаева, чудо — Марина. Обожала Е. В. Гельцер. Мне везло на людей.
11. «

    Старухи бывают ехидны, а к концу жизни бывают и стервы, и сплетницы, и негодяйки.

    Старухи бывают ехидны, а к концу жизни бывают и стервы, и сплетницы, и негодяйки.
12. «

    Есть же такие дураки, которые завидуют «известности». Врагу не пожелаю проклятой известности. В том, что вас все знают, все узнают, есть для меня что-то глубоко оскорбляющее, завидую безмятежной жизни любой маникюрши.

    Есть же такие дураки, которые завидуют «известности». Врагу не пожелаю проклятой известности. В том, что вас все знают, все узнают, есть для меня что-то глубоко оскорбляющее, завидую безмятежной жизни любой маникюрши.
13. «

    Учительница подарила медальон, на нём было написано: «Лень — мать всех пороков». С гордостью носила медальон.

    Учительница подарила медальон, на нём было написано: «Лень — мать всех пороков». С гордостью носила медальон.
14. «

    Как все влюбленные, была противная и гнусная, грозилась скорой смертью, а тот, в ком надо было вызвать тревогу, — лукаво посмеивался.

    Как все влюбленные, была противная и гнусная, грозилась скорой смертью, а тот, в ком надо было вызвать тревогу, — лукаво посмеивался.
15. «

    Несчастной я стала в шесть лет. Гувернантка повела в приезжий «зверинец». В маленькой комнате в клетке сидела худая лисица с человечьими глазами. Рядом на столе стояло корыто, в нём плавали два крошечных дельфина. Вошли пьяные, шумные оборванцы и стали тыкать в дельфиний глаз, из которого брызнула кровь. Сейчас мне 76 лет. Все 70 лет я этим мучаюсь.

    Несчастной я стала в шесть лет. Гувернантка повела в приезжий «зверинец». В маленькой комнате в клетке сидела худая лисица с человечьими глазами. Рядом на столе стояло корыто, в нём плавали два крошечных дельфина. Вошли пьяные, шумные оборванцы и стали тыкать в дельфиний глаз, из которого брызнула кровь. Сейчас мне 76 лет. Все 70 лет я этим мучаюсь.
16. «

    Я кончаю жизнь банально-стародевически: обожаю котенка и цветочки до страсти.

    Я кончаю жизнь банально-стародевически: обожаю котенка и цветочки до страсти.
17. «

    Я в точности помню его слова, обращенные к молодым актерам: «Друзья мои, милые юноши, в свободное время путешествуйте, а в кармане у вас должна быть только зубная щетка. Смотрите, наблюдайте, учитесь».

    Я в точности помню его слова, обращенные к молодым актерам: «Друзья мои, милые юноши, в свободное время путешествуйте, а в кармане у вас должна быть только зубная щетка. Смотрите, наблюдайте, учитесь».
18. «

    Еще один напрасно прожитый день никому не нужной моей жизни.

    Еще один напрасно прожитый день никому не нужной моей жизни.
19. «

    Борис Пастернак слушал, как я читаю «Беззащитное существо», и хохотал по-жеребячьи. Анна Андреевна говорила: «Фаина, вам 11 лет и никогда не будет 12. А ему всего 4 годика».

    Борис Пастернак слушал, как я читаю «Беззащитное существо», и хохотал по-жеребячьи. Анна Андреевна говорила: «Фаина, вам 11 лет и никогда не будет 12. А ему всего 4 годика».