195 фраз из книги «Джеймс Джойс. Улисс» для дневника

195 цитат из книги «Джеймс Джойс. Улисс» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мысль, что не ты платишь — лучший соус к обеду.

   Мысль, что не ты платишь — лучший соус к обеду.
2. «

   В этой старой церковной музыке есть чудесные вещи. Папы в старину знали толк и в музыке и в искусстве, во всяческих статуях, картинах.

   В этой старой церковной музыке есть чудесные вещи. Папы в старину знали толк и в музыке и в искусстве, во всяческих статуях, картинах.

   — Леопольд Блум · книга
3. «

   Рядовой человек, когда организм реально нуждается в укреплении из-за ничтожной пары фунтов лишен возможности шире повидать мир. Каждый из них, наломавшись, черт побери, одиннадцать с лишним месяцев, заслуживал полной смены декораций после городской мясоорубки и лучше всего летом, когда мать Природа сияет во всей красе.

   Рядовой человек, когда организм реально нуждается в укреплении из-за ничтожной пары фунтов лишен возможности шире повидать мир. Каждый из них, наломавшись, черт побери, одиннадцать с лишним месяцев, заслуживал полной смены декораций после городской мясоорубки и лучше всего летом, когда мать Природа сияет во всей красе.

   — Леопольд Блум · книга
4. «

   Джеку Пауэру дано коснуться тайн: папаша у него сыщик. Если парень заставил их понервничать при аресте, то уж потом в кутузке ему покажут райские кущи. Но в конце концов их тоже нельзя винить при такой работе какая им достается.

   Джеку Пауэру дано коснуться тайн: папаша у него сыщик. Если парень заставил их понервничать при аресте, то уж потом в кутузке ему покажут райские кущи. Но в конце концов их тоже нельзя винить при такой работе какая им достается.

   — Леопольд Блум · книга
5. «

   В детстве огорчения наши мимолетны, как летний дождик.

   В детстве огорчения наши мимолетны, как летний дождик.
6. «

   Я был как он, те же косые плечи, та же нескладность. Детство мое, сгорбясь подле меня. Ушло, и не коснуться его, пускай хоть раз, хоть слегка. Мое ушло, а его потаенно, как наши взгляды. Тайны, безмолвно застывшие в темных чертогах двух наших сердец, — тайны, уставшие тиранствовать: тираны, мечтающие быть свергнутыми.

   Я был как он, те же косые плечи, та же нескладность. Детство мое, сгорбясь подле меня. Ушло, и не коснуться его, пускай хоть раз, хоть слегка. Мое ушло, а его потаенно, как наши взгляды. Тайны, безмолвно застывшие в темных чертогах двух наших сердец, — тайны, уставшие тиранствовать: тираны, мечтающие быть свергнутыми.

   — Стивен Дедал · книга
7. «

   Каждая жизнь — множество дней, чередой один за другим. Мы бредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев по духу, но всякий раз встречая самих себя.

   Каждая жизнь — множество дней, чередой один за другим. Мы бредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев по духу, но всякий раз встречая самих себя.
8. «

   Я бы желал, чтобы все люди, без различия вер и классов, имели бы скромный, но приличный доход, не что-нибудь нищенское. Это жизненно важно и вполне достижимо и притом это бы так содействовало большей сердечности между людьми. По крайней мере, такая у меня точка зрения, уж там верная или нет. Вот это я и называю патриотизмом.

   Я бы желал, чтобы все люди, без различия вер и классов, имели бы скромный, но приличный доход, не что-нибудь нищенское. Это жизненно важно и вполне достижимо и притом это бы так содействовало большей сердечности между людьми. По крайней мере, такая у меня точка зрения, уж там верная или нет. Вот это я и называю патриотизмом.

   — Леопольд Блум · книга
9. «

   Любовь. Слово, которое знают все. Любовь же любому желает добра.

   Любовь. Слово, которое знают все. Любовь же любому желает добра.

   — Мистер Супер · книга
10. «

    Приятное вечернее чувство. Скитанья кончены. Можешь расслабиться — мирные сумерки — пусть все идет своим чередом.

    Приятное вечернее чувство. Скитанья кончены. Можешь расслабиться — мирные сумерки — пусть все идет своим чередом.

    — Леопольд Блум · книга
11. «

    Некоторые верят, что после смерти мы будем снова жить в другом теле и что уже жили раньше. Это называется перевоплощение. Что все мы уже жили раньше, тысячи лет назад, на земле или на какой-нибудь другой планете. Они считают, мы забыли про это. А некоторые говорят, будто помнят свои прожитые жизни.

    Некоторые верят, что после смерти мы будем снова жить в другом теле и что уже жили раньше. Это называется перевоплощение. Что все мы уже жили раньше, тысячи лет назад, на земле или на какой-нибудь другой планете. Они считают, мы забыли про это. А некоторые говорят, будто помнят свои прожитые жизни.

    — Леопольд Блум · книга
12. «

    Я бы не отказался официантом в шикарном отеле. Чаевые, вечерние туалеты, полуобнаженные дамы.

    Я бы не отказался официантом в шикарном отеле. Чаевые, вечерние туалеты, полуобнаженные дамы.

    — Леопольд Блум · книга
13. «

    Грэфтон-стрит яркопестрыми навесами дразнила чувства его. Набивной муслин, шелколеди, величественные матроны, звяканье сбруи и глухозвук стукопыт по раскаленным булыжникам.

    Грэфтон-стрит яркопестрыми навесами дразнила чувства его. Набивной муслин, шелколеди, величественные матроны, звяканье сбруи и глухозвук стукопыт по раскаленным булыжникам.

    — Леопольд Блум · книга
14. «

    Они тоже бьются – сердца героев.

    Они тоже бьются – сердца героев.
15. «

    По смыслу здесь правосудие а на поверку о том как каждый пожирает всех кого может. В конечном счете такова и есть жизнь.

    По смыслу здесь правосудие а на поверку о том как каждый пожирает всех кого может. В конечном счете такова и есть жизнь.

    — Леопольд Блум · книга
16. «

    Спеши скорей, мой скромный труд, К надменной публике на суд. Как горький рок тебя постиг Английский немощный язык.

    Спеши скорей, мой скромный труд, К надменной публике на суд. Как горький рок тебя постиг Английский немощный язык.

    — Мистер Супер · книга
17. «

    Несчастий сам изведав, тем, кто в нужде, я научился помогать.

    Несчастий сам изведав, тем, кто в нужде, я научился помогать.
18. «

    Когда перед нами поэзия «Короля Лира» — что нам до того, как жил поэт? Обыденная жизнь — ее наши слуги могли бы прожить за нас. Вынюхивать закулисные сплетни: поэт пил, поэт был в долгах. У нас есть «Король Лир» и он бессмертен.

    Когда перед нами поэзия «Короля Лира» — что нам до того, как жил поэт? Обыденная жизнь — ее наши слуги могли бы прожить за нас. Вынюхивать закулисные сплетни: поэт пил, поэт был в долгах. У нас есть «Король Лир» и он бессмертен.

    — Стивен Дедал · книга
19. «

    Летний вечер уж начинал окутывать мир своей таинственной поволокой. Солнце клонилось к западу, и последние лучи, увы, столь быстротечного дня нежно медлили на прощанье, лаская гладь моря и песчаного пляжа.

    Летний вечер уж начинал окутывать мир своей таинственной поволокой. Солнце клонилось к западу, и последние лучи, увы, столь быстротечного дня нежно медлили на прощанье, лаская гладь моря и песчаного пляжа.
20. «

    Меня отталкивают насилие и нетерпимость в любом их виде. Этим ничего не остановишь и ничего не добьешься. Революция должна совершаться в рассрочку. Это же полная, вопиющая бессмыслица – ненавидеть людей за то, что они живут, так сказать, не на нашей улице и болтают не на нашем наречии.

    Меня отталкивают насилие и нетерпимость в любом их виде. Этим ничего не остановишь и ничего не добьешься. Революция должна совершаться в рассрочку. Это же полная, вопиющая бессмыслица – ненавидеть людей за то, что они живут, так сказать, не на нашей улице и болтают не на нашем наречии.

    — Леопольд Блум · книга