21 цитата из книги «Джо Шрайбер. Дарт Мол: Взаперти» для вдохновения

21 цитата из книги «Джо Шрайбер. Дарт Мол: Взаперти» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Как давно ты работаешь на Радика? — Работаю на него? — Слифер сухо усмехнулся. Усмешка вышла жуткая и невесёлая, словно нервный тик у приговорённого. — Строго говоря, я на него и сейчас не работаю. Я прибыл в «Улей-7» в качестве сотрудника МБК, но здесь я представляю интересы и некоторых других лиц. — Он сунул пальцы за воротник, стремясь ослабить его, и громко сглотнул. — Можно сказать, что господин Радик неожиданно прислал мне повестку, пока я был здесь. Насколько я понимаю, именно так это работает. — Что так работает? — Вся его империя. Зачастую кто-то обнаруживает, что служит его целям, не осознавая того.

   — Как давно ты работаешь на Радика? — Работаю на него? — Слифер сухо усмехнулся. Усмешка вышла жуткая и невесёлая, словно нервный тик у приговорённого. — Строго говоря, я на него и сейчас не работаю. Я прибыл в «Улей-7» в качестве сотрудника МБК, но здесь я представляю интересы и некоторых других лиц. — Он сунул пальцы за воротник, стремясь ослабить его, и громко сглотнул. — Можно сказать, что господин Радик неожиданно прислал мне повестку, пока я был здесь. Насколько я понимаю, именно так это работает. — Что так работает? — Вся его империя. Зачастую кто-то обнаруживает, что служит его целям, не осознавая того.

   — Дарт Мол · книга
2. «

   — Вам следует быть осторожнее при приёме наркотиков, — промолвил забрак. — Что? — Спайс убьёт вас. Если я не сделаю этого раньше.

   — Вам следует быть осторожнее при приёме наркотиков, — промолвил забрак. — Что? — Спайс убьёт вас. Если я не сделаю этого раньше.

   — Дарт Мол · книга
3. «

   Будучи криминальным авторитетом уже почти шестьсот лет, он понимал, что личности вроде Радика редко живут достаточно долго, чтобы стоило возиться с ними. Даже когда они предпринимают просто гениальные ходы для собственной безопасности — вроде исчезновения в пресловутом «Улье-7», как это сделал Радик, — всё равно их падение — лишь вопрос времени. Как бы то ни было, когда-нибудь он сделает ставку не на ту армию, заключит союз не с тем преступным синдикатом, продаст оружие не тем сепаратистам. Они вспыхивают, словно метеоры, но неизменно исчезают без следа, и о них больше никогда не слышно. В своей безграничной снисходительности и милосердии Джабба решил постоять в сторонке и позволить Радику пасть жертвой собственного успеха.

   Будучи криминальным авторитетом уже почти шестьсот лет, он понимал, что личности вроде Радика редко живут достаточно долго, чтобы стоило возиться с ними. Даже когда они предпринимают просто гениальные ходы для собственной безопасности — вроде исчезновения в пресловутом «Улье-7», как это сделал Радик, — всё равно их падение — лишь вопрос времени. Как бы то ни было, когда-нибудь он сделает ставку не на ту армию, заключит союз не с тем преступным синдикатом, продаст оружие не тем сепаратистам. Они вспыхивают, словно метеоры, но неизменно исчезают без следа, и о них больше никогда не слышно. В своей безграничной снисходительности и милосердии Джабба решил постоять в сторонке и позволить Радику пасть жертвой собственного успеха.
4. «

   Они нападали, словно животные, как будто отсутствие зрения каким-то образом сделало их слепыми к человеческому милосердию.

   Они нападали, словно животные, как будто отсутствие зрения каким-то образом сделало их слепыми к человеческому милосердию.
5. «

   — Что ещё ты здесь строишь? — О, очень многие прекрасные вещи. — Оружие? — А, вот и ещё одна загадка, не так ли? — Койл взглянул на него с лестницы, и на этот раз на его грызуньей мордочке не отразилось и следа каких-либо эмоций. — Любая вещь может стать оружием, — тихо сказал чадра-фан, — не правда ли?

   — Что ещё ты здесь строишь? — О, очень многие прекрасные вещи. — Оружие? — А, вот и ещё одна загадка, не так ли? — Койл взглянул на него с лестницы, и на этот раз на его грызуньей мордочке не отразилось и следа каких-либо эмоций. — Любая вещь может стать оружием, — тихо сказал чадра-фан, — не правда ли?

   — Дарт Мол · книга
6. «

   — Эй, братан, — окликнул его один из заключенных. — Ты что здесь ищешь? — Проблемы. — Мол обернулся и уставился на него: — У тебя они есть?

   — Эй, братан, — окликнул его один из заключенных. — Ты что здесь ищешь? — Проблемы. — Мол обернулся и уставился на него: — У тебя они есть?

   — Дарт Мол · книга
7. «

   — Я хочу сделать предложение, — промурлыкал голос Садики. — Как ты мог догадаться, таких заключённых, как ты, здесь немного. Возможно, ты единственный в своем роде. Таким образом, в духе предпринимательской инициативы, я бы хотела сделать единственную вещь, имеющую смысл. Мол сверкнул глазами на динамик: — Убить себя и спасти вселенную от проблем?

   — Я хочу сделать предложение, — промурлыкал голос Садики. — Как ты мог догадаться, таких заключённых, как ты, здесь немного. Возможно, ты единственный в своем роде. Таким образом, в духе предпринимательской инициативы, я бы хотела сделать единственную вещь, имеющую смысл. Мол сверкнул глазами на динамик: — Убить себя и спасти вселенную от проблем?

   — Садики Блирр · книга
8. «

   Слабость — сама по себе наказание, так же как сила — сама по себе награда.

   Слабость — сама по себе наказание, так же как сила — сама по себе награда.

   — Дарт Мол · книга
9. «

   Червь намеревался съесть её живьём. Мол встретил взгляд Восы. Он увидел, что даже сейчас, несомненно в последние минуты её жизни, в ней не было и намёка на страх. Наблюдая за ней, Мол понял, что к гневу, который он разжёг в себе, примешивается незнакомое чувство сопричастности — примитивное, но непреодолимое. Она не была джедаем. Она не была ситхом. Она была кем-то совершенно другим, и идея предоставить этому червю право оборвать её жизнь в данный момент казалась недопустимой. Для Мола — недопустимой. Сегодня — недопустимой.

   Червь намеревался съесть её живьём. Мол встретил взгляд Восы. Он увидел, что даже сейчас, несомненно в последние минуты её жизни, в ней не было и намёка на страх. Наблюдая за ней, Мол понял, что к гневу, который он разжёг в себе, примешивается незнакомое чувство сопричастности — примитивное, но непреодолимое. Она не была джедаем. Она не была ситхом. Она была кем-то совершенно другим, и идея предоставить этому червю право оборвать её жизнь в данный момент казалась недопустимой. Для Мола — недопустимой. Сегодня — недопустимой.
10. «

    — Мне не нужно знать подробности задания, которое ты выполнял в «Улье-7». Я знаю, что ты служишь высшим целям, намного более важным, чем твои собственные. — Как и ты, — отозвался Мол. Он ждал, что она станет отрицать это, заявив, будто «Бандо Гора» служат лишь своим собственным интересам, но вместо этого Воса снова кивнула: — Возможно, это так. И всё же, когда я смотрю на тебя, когда вспоминаю, как мы с тобой вместе дрались с червём, я не могу не задаться вопросом... — Нет! — рыкнул он. — Я просто хотела сказать... — Она запнулась, тщательно взвешивая слова. — Сейчас мы с тобой — не те, кем когда-то были. Кто знает, где мы можем оказаться в конечном итоге? Взгляд жёлтых глаз забрака, сверкнув, на долю секунды пересёкся со взглядом женщины. Мол ощутил нечто настолько знакомое, что это казалось невероятным, — более опасное, сильнее затягивающее в ловушку, чем весь «Улей-7», — и немедленно отринул это.

    — Мне не нужно знать подробности задания, которое ты выполнял в «Улье-7». Я знаю, что ты служишь высшим целям, намного более важным, чем твои собственные. — Как и ты, — отозвался Мол. Он ждал, что она станет отрицать это, заявив, будто «Бандо Гора» служат лишь своим собственным интересам, но вместо этого Воса снова кивнула: — Возможно, это так. И всё же, когда я смотрю на тебя, когда вспоминаю, как мы с тобой вместе дрались с червём, я не могу не задаться вопросом... — Нет! — рыкнул он. — Я просто хотела сказать... — Она запнулась, тщательно взвешивая слова. — Сейчас мы с тобой — не те, кем когда-то были. Кто знает, где мы можем оказаться в конечном итоге? Взгляд жёлтых глаз забрака, сверкнув, на долю секунды пересёкся со взглядом женщины. Мол ощутил нечто настолько знакомое, что это казалось невероятным, — более опасное, сильнее затягивающее в ловушку, чем весь «Улей-7», — и немедленно отринул это.

    — Дарт Мол · книга
11. «

    Ты вырубил того жуткого громилу меньше чем за пять стандартных минут, не так ли? Чтобы так драться, брату нужны умения зловещие и жуткие, однако! И мы задаемся вопросом, кто учит убийцу убивать?

    Ты вырубил того жуткого громилу меньше чем за пять стандартных минут, не так ли? Чтобы так драться, брату нужны умения зловещие и жуткие, однако! И мы задаемся вопросом, кто учит убийцу убивать?

    — Койл · книга
12. «

    — Выглядите шикарно, как всегда. Откройте секрет, как вам удается не стареть даже на день? У вас особая диета? — Да, — сухо отозвался Хлорус. — Я исключил из рациона необоснованную лесть.

    — Выглядите шикарно, как всегда. Откройте секрет, как вам удается не стареть даже на день? У вас особая диета? — Да, — сухо отозвался Хлорус. — Я исключил из рациона необоснованную лесть.

    — Садики Блирр · книга
13. «

    Мальчик не боец — это заметит и слепой. Он достаточно быстр, я полагаю, и с каждым днем становится сильнее… но он не убийца. Этому нельзя научить.

    Мальчик не боец — это заметит и слепой. Он достаточно быстр, я полагаю, и с каждым днем становится сильнее… но он не убийца. Этому нельзя научить.

    — Артаган Труакс · книга
14. «

    У любого кошмара есть свой собственный кошмар.

    У любого кошмара есть свой собственный кошмар.

    — Койл · книга
15. «

    Болезненное, но необходимое напоминание, Дарт Сидиус. Существа, подобные нам с тобой, те, кто способен обладать почти неограниченной властью, сталкиваются с парадоксальным риском забыть, что существуют в Галактике некоторые вещи, которые мы не способны контролировать.

    Болезненное, но необходимое напоминание, Дарт Сидиус. Существа, подобные нам с тобой, те, кто способен обладать почти неограниченной властью, сталкиваются с парадоксальным риском забыть, что существуют в Галактике некоторые вещи, которые мы не способны контролировать.

    — Дарт Плэгас · книга
16. «

    Щёлкнул выключатель. Из рукояти вырвался узкий красный луч. Он был тоньше тех, что доводилось видеть Молу, и не гудел, а потрескивал и неровно шипел от основания до кончика. Странные колеблющиеся сгустки плазмы, корчась, ползли по клинку вверх и вниз, словно сотни полупрозрачных змей. В целом меч выглядел ещё неувереннее, чем человек, держащий его.

    Щёлкнул выключатель. Из рукояти вырвался узкий красный луч. Он был тоньше тех, что доводилось видеть Молу, и не гудел, а потрескивал и неровно шипел от основания до кончика. Странные колеблющиеся сгустки плазмы, корчась, ползли по клинку вверх и вниз, словно сотни полупрозрачных змей. В целом меч выглядел ещё неувереннее, чем человек, держащий его.
17. «

    — Прежде чем вдаваться в детали, ты должен поклясться в абсолютной верности. Разумеется, у тебя будет полная независимость, роскошная квартира и высокая зарплата, точно отражающая реальную ценность нашей деятельности. Кто знает? — Её голос уже не был столь решителен, что-то в нем дрогнуло — Мол прекрасно это расслышал, хотя не мог видеть её лицо. — Ты даже можешь отыскать то, что ищешь всё это время. Что скажешь? — Ты забываешь одну деталь, — сказал Мол, прижимаясь к стене напротив передатчика. — Какую? — Это место, в котором ты живёшь... — Да? — Это всё равно тюрьма.

    — Прежде чем вдаваться в детали, ты должен поклясться в абсолютной верности. Разумеется, у тебя будет полная независимость, роскошная квартира и высокая зарплата, точно отражающая реальную ценность нашей деятельности. Кто знает? — Её голос уже не был столь решителен, что-то в нем дрогнуло — Мол прекрасно это расслышал, хотя не мог видеть её лицо. — Ты даже можешь отыскать то, что ищешь всё это время. Что скажешь? — Ты забываешь одну деталь, — сказал Мол, прижимаясь к стене напротив передатчика. — Какую? — Это место, в котором ты живёшь... — Да? — Это всё равно тюрьма.

    — Садики Блирр · книга
18. «

    «Покончи с ним. Прямо сейчас». Мол выпрямился. Раздавшийся в голове голос принадлежал ему самому — суровое эхо его обучения. Но в интонации безошибочно угадывался учитель — отголоски безжалостных инструкций, часов, дней, лет нескончаемых тренировок, нескончаемой боли. Сидиус всегда будет рядом.

    «Покончи с ним. Прямо сейчас». Мол выпрямился. Раздавшийся в голове голос принадлежал ему самому — суровое эхо его обучения. Но в интонации безошибочно угадывался учитель — отголоски безжалостных инструкций, часов, дней, лет нескончаемых тренировок, нескончаемой боли. Сидиус всегда будет рядом.
19. «

    Неровный стук собственного сердца отдавался в ушах, поэтому невозможно было сказать, преследует его тварь или же осталась на месте, переваривая добычу, и тут Смайт обнаружил, что ему это не так уж и важно. Если она его сожрёт, он погибнет, если не сожрёт, весь остаток жизни ему будут сниться кошмары, что его сожрали. Ни тот, ни другой из вариантов не вызывал желания пережить его.

    Неровный стук собственного сердца отдавался в ушах, поэтому невозможно было сказать, преследует его тварь или же осталась на месте, переваривая добычу, и тут Смайт обнаружил, что ему это не так уж и важно. Если она его сожрёт, он погибнет, если не сожрёт, весь остаток жизни ему будут сниться кошмары, что его сожрали. Ни тот, ни другой из вариантов не вызывал желания пережить его.
20. «

    — Юнец буквально молится на тебя. Там, в тюрьме, он разглядел в тебе нечто такое... — Галактика достаточно быстро его отрезвит, — произнёс Мол. — Если раньше не убьёт.

    — Юнец буквально молится на тебя. Там, в тюрьме, он разглядел в тебе нечто такое... — Галактика достаточно быстро его отрезвит, — произнёс Мол. — Если раньше не убьёт.

    — Комари Воса · книга