Дарт Мол

— Твои мысли выдают тебя, мой юный ученик, — заметил он. — Ты недоумеваешь, почему я трачу время на неймодианцев. Дарт Мол поднял голову, и свет отпрянул от его лица. В то время как его учитель воплощал весь мистицизм ситхов, Мол представлял собой все то, чего следовало опасаться. — Я не могу скрыть от вас своих мыслей, господин. Неймодианцы скупы и безвольны. Я нахожу их недостойными внимания. — Ты забыл упомянуть, что они двуличны и плаксивы. — В большей степени, учитель. Сидиус едва заметно усмехнулся: — Довольно отталкивающие черты, согласен. Но они нужны нам для достижения наших целей. — Он приблизился к Молу. — А для этого мы должны уметь вести дела с любыми, даже самыми презренными существами.

— Как давно ты работаешь на Радика? — Работаю на него? — Слифер сухо усмехнулся. Усмешка вышла жуткая и невесёлая, словно нервный тик у приговорённого. — Строго говоря, я на него и сейчас не работаю. Я прибыл в «Улей-7» в качестве сотрудника МБК, но здесь я представляю интересы и некоторых других лиц. — Он сунул пальцы за воротник, стремясь ослабить его, и громко сглотнул. — Можно сказать, что господин Радик неожиданно прислал мне повестку, пока я был здесь. Насколько я понимаю, именно так это работает. — Что так работает? — Вся его империя. Зачастую кто-то обнаруживает, что служит его целям, не осознавая того.

— Посмотри, до чего ты дошёл, как крыса в пустыне. — Посмотри, что я преодолел.

Милосердие это слабость, ложь слабых, считающих себя сильными.

— Эй, братан, — окликнул его один из заключенных. — Ты что здесь ищешь? — Проблемы. — Мол обернулся и уставился на него: — У тебя они есть?

— Ты помнишь, кто ты, откуда родом? — Всегда помню! Я страх! Всегда помню! Я охотник! Всегда помню! Я подлец! Всегда помню! Я ничто!

Слабость — сама по себе наказание, так же как сила — сама по себе награда.

— Изящное оружие, — молвил Сидиус. — Скажи мне, мой юный ученик, о чем ты думал, когда создавал его? Почему двойной клинок, а не одинарный, как у джедаев? — Одинарный клинок имеет ограниченные возможности, учитель, как в атаке, так и в обороне. Мне показалось более удобным наносить удары с обеих сторон. Ситх одобрительно хмыкнул: — И ты должен помнить об этом, когда полетишь на Дорваллу, Дарт Мол. Но помни: содеянное в тайне имеет великую силу. Когда мастер создает свой клинок, он открывает свое внутреннее «я». Будь начеку. Еще слишком рано открывать наше присутствие.

— Я хочу сделать предложение, — промурлыкал голос Садики. — Как ты мог догадаться, таких заключённых, как ты, здесь немного. Возможно, ты единственный в своем роде. Таким образом, в духе предпринимательской инициативы, я бы хотела сделать единственную вещь, имеющую смысл. Мол сверкнул глазами на динамик: — Убить себя и спасти вселенную от проблем?

— Вы заплатите за свою дерзость! — «Дерзость»? Мы — пираты. Мы даже не знаем, что это значит.

— Вам следует быть осторожнее при приёме наркотиков, — промолвил забрак. — Что? — Спайс убьёт вас. Если я не сделаю этого раньше.

— Мой путь был долгим и тёмным... темнее, чем я мог вообразить. — И всё же ты выжил. — Конечно выжил. Моя ненависть смогла сохранить мой дух... даже в повреждённом теле.

Скоро... Галактика переродится. Джедаи и республика... Падут.

— Что ещё ты здесь строишь? — О, очень многие прекрасные вещи. — Оружие? — А, вот и ещё одна загадка, не так ли? — Койл взглянул на него с лестницы, и на этот раз на его грызуньей мордочке не отразилось и следа каких-либо эмоций. — Любая вещь может стать оружием, — тихо сказал чадра-фан, — не правда ли?

— Я ожидал западни. — В таком случае рад, что не разочаровал тебя.

— Ты всё такой же слабак. И тебя называют магистром? — Знаешь... когда я рубил тебя пополам, надо было рубить по горлу.