66 цитат из книги «Джоанн Харрис. Земляничный вор», ставших крылатыми

Собрали 66 цитат из книги «Джоанн Харрис. Земляничный вор» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Сегодня опять выслушивал исповеди. В основном очень скучные, полные всяких мелких грешков и повседневных забот. Жолин Дру не ладит с сыном, Каро Клермон нарушила пост, Франсуа Пансон втайне мечтает о даме, которая раза в два его моложе и, к счастью, понятия не имеет, что является объектом тайной страсти старика, а младший сын Лорана Дюмона, Пьер, решил шокировать меня совершенно неправдоподобными заявлениями о своих связях с преступным миром.

   Сегодня опять выслушивал исповеди. В основном очень скучные, полные всяких мелких грешков и повседневных забот. Жолин Дру не ладит с сыном, Каро Клермон нарушила пост, Франсуа Пансон втайне мечтает о даме, которая раза в два его моложе и, к счастью, понятия не имеет, что является объектом тайной страсти старика, а младший сын Лорана Дюмона, Пьер, решил шокировать меня совершенно неправдоподобными заявлениями о своих связях с преступным миром.

   — Рейно · книга
2. «

   Рисовать — значит, преодолевая трудности, вытаскивать нечто наружу.

   Рисовать — значит, преодолевая трудности, вытаскивать нечто наружу.

   — Моргана Дюбуа · книга
3. «

   Перед бурей всегда наступает момент затишья, когда ветер, словно передумав нападать, начинает изображать любовь к семейной жизни и уюту. Он то флиртует с цветущими деревьями, то шаловливо брызжет дождем из скучных серых туч. Но именно в такие мгновения напускной игривости ветер наиболее жесток и опасен. Самый страшный момент всегда тот, когда тебе начинает казаться, что опасность, возможно, уже миновала, и ветер, возможно, переменился. Вот тут-то ветер и проявляет свое истинное коварство. Вот тут-то и приходит беда.

   Перед бурей всегда наступает момент затишья, когда ветер, словно передумав нападать, начинает изображать любовь к семейной жизни и уюту. Он то флиртует с цветущими деревьями, то шаловливо брызжет дождем из скучных серых туч. Но именно в такие мгновения напускной игривости ветер наиболее жесток и опасен. Самый страшный момент всегда тот, когда тебе начинает казаться, что опасность, возможно, уже миновала, и ветер, возможно, переменился. Вот тут-то ветер и проявляет свое истинное коварство. Вот тут-то и приходит беда.

   — Вианн Роше · книга
4. «

   Вся моя жизнь — череда горьких шуток и ужасных ошибок.

   Вся моя жизнь — череда горьких шуток и ужасных ошибок.

   — Рейно · книга
5. «

   Пятьдесят — это всегда звучало для меня как глубокая старость. Пятьдесят, полстолетия. А сейчас эти пятьдесят так пугающе близки.

   Пятьдесят — это всегда звучало для меня как глубокая старость. Пятьдесят, полстолетия. А сейчас эти пятьдесят так пугающе близки.

   — Вианн Роше · книга
6. «

   Земляника, в какую землю ее ни посади, так земляникой и вырастет. Мы, конечно, можем мечтать, что она переродится в персики или груши, но ее природа предопределена свыше.

   Земляника, в какую землю ее ни посади, так земляникой и вырастет. Мы, конечно, можем мечтать, что она переродится в персики или груши, но ее природа предопределена свыше.

   — Нарсис · книга
7. «

   Если отпустишь на свободу тех, кого любишь, они сами к тебе вернутся, как только отлив сменится приливом.

   Если отпустишь на свободу тех, кого любишь, они сами к тебе вернутся, как только отлив сменится приливом.

   — Вианн Роше · книга
8. «

   Когда побываешь в стольких местах, в скольких ухитрились побывать мы с Анук, то невольно начинаешь понимать, что люди везде более или менее одинаковы.

   Когда побываешь в стольких местах, в скольких ухитрились побывать мы с Анук, то невольно начинаешь понимать, что люди везде более или менее одинаковы.

   — Вианн Роше · книга
9. «

   Такие люди, как мы, стараются не иметь никаких отличительных знаков. Мы никому не открываем ни наших шрамов, ни наших воспоминаний.

   Такие люди, как мы, стараются не иметь никаких отличительных знаков. Мы никому не открываем ни наших шрамов, ни наших воспоминаний.

   — Вианн Роше · книга
10. «

    Картины, безусловно, обладают магией. И тут никакие слова не нужны. Ведь слова могут и солгать, а картины не могут.

    Картины, безусловно, обладают магией. И тут никакие слова не нужны. Ведь слова могут и солгать, а картины не могут.

    — Розетт · книга
11. «

    Все люди разные. И некоторые просто более разные, чем другие.

    Все люди разные. И некоторые просто более разные, чем другие.

    — Розетт · книга
12. «

    Случайности эти отнюдь не случайны. Они повторяются циклично.

    Случайности эти отнюдь не случайны. Они повторяются циклично.

    — Вианн Роше · книга
13. «

    Ни одна индульгенция не бывает безвредной.

    Ни одна индульгенция не бывает безвредной.

    — Вианн Роше · книга
14. «

    Хватило бы пальцев одной руки, чтобы пересчитать тех, кто был мне действительно приятен.

    Хватило бы пальцев одной руки, чтобы пересчитать тех, кто был мне действительно приятен.

    — Нарсис · книга
15. «

    В мире Ру всякая собственность опасна; но еще более опасны длительные отношения с людьми. В мире Ру жизнь скользит мимо, как бы лишенная трения и похожая на реку: как и река, она подхватывает всякий плавучий мусор, потом тихо, осторожно выкладывает на берег и устремляется дальше.

    В мире Ру всякая собственность опасна; но еще более опасны длительные отношения с людьми. В мире Ру жизнь скользит мимо, как бы лишенная трения и похожая на реку: как и река, она подхватывает всякий плавучий мусор, потом тихо, осторожно выкладывает на берег и устремляется дальше.

    — Вианн Роше · книга
16. «

    Ну вот опять старая история о любви, которая всех преображает. Которая искупает любые грехи. Сколько раз я слышал эту историю и от исполненных надежд женщин с выбитыми зубами, и от исполненных надежд мужчин, которым в любви было отказано.

    Ну вот опять старая история о любви, которая всех преображает. Которая искупает любые грехи. Сколько раз я слышал эту историю и от исполненных надежд женщин с выбитыми зубами, и от исполненных надежд мужчин, которым в любви было отказано.

    — Рейно · книга
17. «

    Исповедь для души полезна — так говорят в народе.

    Исповедь для души полезна — так говорят в народе.

    — Нарсис · книга
18. «

    В итоге лишь власть имеет значение.

    В итоге лишь власть имеет значение.

    — Вианн Роше · книга
19. «

    Вместе с сутаной надеваешь на себя определенные официальные манеры, которые, как и сутана, в некоторых случаях служат тебе защитой.

    Вместе с сутаной надеваешь на себя определенные официальные манеры, которые, как и сутана, в некоторых случаях служат тебе защитой.

    — Рейно · книга
20. «

    Если Бог создает звезды, то с какой стати Ему беспокоиться о том, соблюдаете ли вы хотя бы Великий пост, злоупотребляете ли вином, умерли вы или еще живы...

    Если Бог создает звезды, то с какой стати Ему беспокоиться о том, соблюдаете ли вы хотя бы Великий пост, злоупотребляете ли вином, умерли вы или еще живы...

    — Рейно · книга