250 цитат из книги «Джон Рональд Руэл Толкин. Властелин Колец» на каждый день

Собрали 250 цитат из книги «Джон Рональд Руэл Толкин. Властелин Колец» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мир и вправду полон опасностей, и в нем много темного, но много и прекрасного. Нет такого места, где любовь не была бы омрачена горем, но не становится ли она от этого только сильнее?

   Мир и вправду полон опасностей, и в нем много темного, но много и прекрасного. Нет такого места, где любовь не была бы омрачена горем, но не становится ли она от этого только сильнее?

   — Халдир · книга
2. «

   Когда сквозь муть осенних слез Оскалится мороз, Когда ясна ночная студь, В глуши опасен путь.

   Когда сквозь муть осенних слез Оскалится мороз, Когда ясна ночная студь, В глуши опасен путь.

   — Бильбо Бэггинс · книга
3. «

   Мудрость заключается в том, чтобы распознать необходимое, когда все прочие средства отпали, сколь безумно ни выглядело бы оно в глазах тех, кто тешится ложными надеждами.

   Мудрость заключается в том, чтобы распознать необходимое, когда все прочие средства отпали, сколь безумно ни выглядело бы оно в глазах тех, кто тешится ложными надеждами.

   — Гэндальф · книга
4. «

   Поражение неминуемо ждёт лишь того, кто отчаялся заранее, <...>. Признать неизбежность опасного пути, когда все другие дороги отрезаны, — это и есть истинная мудрость.

   Поражение неминуемо ждёт лишь того, кто отчаялся заранее, <...>. Признать неизбежность опасного пути, когда все другие дороги отрезаны, — это и есть истинная мудрость.

   — Гэндальф · книга
5. «

   Орки, на свою беду, дотащили их до Фангорна... да, мелкие камушки обрушивают горный обвал.

   Орки, на свою беду, дотащили их до Фангорна... да, мелкие камушки обрушивают горный обвал.

   — Гэндальф · книга
6. «

   Нельзя быть одновременно и тираном, и мудрецом.

   Нельзя быть одновременно и тираном, и мудрецом.

   — Гэндальф · книга
7. «

   Вам нужно имя? Что в нем проку? Скажите-ка мне, кем вы будете, если лишить вас имен?

   Вам нужно имя? Что в нем проку? Скажите-ка мне, кем вы будете, если лишить вас имен?

   — Том Бомбадил · книга
8. «

   В наше смутное и тревожное время такая простота кажется безумной. Дни всеобщего дружелюбия миновали...

   В наше смутное и тревожное время такая простота кажется безумной. Дни всеобщего дружелюбия миновали...

   — Гэндальф · книга
9. «

   Я не сражаюсь ни на чьей стороне, ведь никто не сражается на моей.

   Я не сражаюсь ни на чьей стороне, ведь никто не сражается на моей.

   — Фангорн (Древень) · книга
10. «

    — Век не забуду их когтей и огненных глазищ! — Не станете вспоминать, так, может, и забудете.

    — Век не забуду их когтей и огненных глазищ! — Не станете вспоминать, так, может, и забудете.

    — Фродо Бэггинс · книга
11. «

    – Владычица Лориэна! Галадриэль! – мечтательно воскликнул Сэм. – Вам бы непременно надо повидать ее, сударь! Я самый обыкновенный хоббит, по ремеслу садовник, в стихах дуб дубом и сочинять не умею – так, смешное что-нибудь иногда, а чтобы настоящие стихи – этого нету. А потому я не могу вам передать, какая она.

    – Владычица Лориэна! Галадриэль! – мечтательно воскликнул Сэм. – Вам бы непременно надо повидать ее, сударь! Я самый обыкновенный хоббит, по ремеслу садовник, в стихах дуб дубом и сочинять не умею – так, смешное что-нибудь иногда, а чтобы настоящие стихи – этого нету. А потому я не могу вам передать, какая она.

    — Сэмуайз Гэмджи (Сэм) · книга
12. «

    Больше свеч на стол, хозяйка! Сдвинем занавески — и за доброю едой вечер минет быстро. Стол накрыт, и ужин ждет — молоко да масло, белый хлеб и желтый мед — значит все прекрасно!

    Больше свеч на стол, хозяйка! Сдвинем занавески — и за доброю едой вечер минет быстро. Стол накрыт, и ужин ждет — молоко да масло, белый хлеб и желтый мед — значит все прекрасно!

    — Том Бомбадил · книга
13. «

    Я бы рад был спасти Шир, если у меня получится, хотя подчас тутошний народ кажется таким тупоголовым! Ничем их не проймешь! Вот и мелькала у меня мыслишка: шарахнуть бы их землетрясением, что ли, или драконов напустить для их же блага... Но теперь я так не думаю. Мне кажется, знай я, что где-то за спиной у меня родной Шир, что опасность ему не угрожает и живется там по-прежнему привольно – скитаться мне будет хоть чуточку, да легче. Я буду знать, что где-то еще есть клочок твердой, надежной земли, пусть мне самому уже не суждено ступить на него...

    Я бы рад был спасти Шир, если у меня получится, хотя подчас тутошний народ кажется таким тупоголовым! Ничем их не проймешь! Вот и мелькала у меня мыслишка: шарахнуть бы их землетрясением, что ли, или драконов напустить для их же блага... Но теперь я так не думаю. Мне кажется, знай я, что где-то за спиной у меня родной Шир, что опасность ему не угрожает и живется там по-прежнему привольно – скитаться мне будет хоть чуточку, да легче. Я буду знать, что где-то еще есть клочок твердой, надежной земли, пусть мне самому уже не суждено ступить на него...

    — Фродо Бэггинс · книга
14. «

    Враг появится только в миг последней победы. До тех пор он воюет руками других. Так делают все великие правители, если они мудры.

    Враг появится только в миг последней победы. До тех пор он воюет руками других. Так делают все великие правители, если они мудры.

    — Дэнетор · книга
15. «

    Старыми ногами он твердо стоит на земле, в его пальцах живет мастерство, а в костях мудрость, и на мир он смотрит открытыми глазами.

    Старыми ногами он твердо стоит на земле, в его пальцах живет мастерство, а в костях мудрость, и на мир он смотрит открытыми глазами.

    — Том Бомбадил · книга
16. «

    Половину из вас я знаю вполовину хуже, чем хотел бы; а другую половину люблю вполовину меньше, чем она того заслуживает.

    Половину из вас я знаю вполовину хуже, чем хотел бы; а другую половину люблю вполовину меньше, чем она того заслуживает.

    — Бильбо Бэггинс · книга
17. «

    А трактир как стоял, так и стоит, и трактирщик по-прежнему важная персона. Там у него собираются лентяи, болтуны, завзятые сплетники всякого роста, находят приют Следопыты и прочие бродяги.

    А трактир как стоял, так и стоит, и трактирщик по-прежнему важная персона. Там у него собираются лентяи, болтуны, завзятые сплетники всякого роста, находят приют Следопыты и прочие бродяги.
18. «

    Я постарался вселить в вас надежду. Но надеяться – ещё не значит победить.

    Я постарался вселить в вас надежду. Но надеяться – ещё не значит победить.

    — Гэндальф · книга
19. «

    Не обзывай сам себя, Смеагорл. Это очень глупо, даже если заслуженно.

    Не обзывай сам себя, Смеагорл. Это очень глупо, даже если заслуженно.

    — Фродо Бэггинс · книга
20. «

    Обернувшись, они увидели, как яснеют дальние вершины над Великой Рекой. Рассвет обнажил небеса. Багряное солнце вставало над черными враждебными высями. А впереди, на западе, по бескрайней равнине стелилась муть; однако ночь отступала и таяла на глазах, и пробуждалась многоцветная земля.

    Обернувшись, они увидели, как яснеют дальние вершины над Великой Рекой. Рассвет обнажил небеса. Багряное солнце вставало над черными враждебными высями. А впереди, на западе, по бескрайней равнине стелилась муть; однако ночь отступала и таяла на глазах, и пробуждалась многоцветная земля.