13 цитат из книги «Джон Стейнбек. Квартал Тортилья-Флэт» — коротко и по делу

Ниже 13 цитат из книги «Джон Стейнбек. Квартал Тортилья-Флэт»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Слишком часто шёлковые чулки, которые мы дарим женщинам, связывают нас по рукам и ногам.

   Слишком часто шёлковые чулки, которые мы дарим женщинам, связывают нас по рукам и ногам.

   — Дэнни · книга
2. «

   Нет, пока человек умирает, его могут любить, ненавидеть, оплакивать, но стоит ему умереть, и он превращается в главное украшение официального общественного празднества, исполненного всяческих сложных формальностей.

   Нет, пока человек умирает, его могут любить, ненавидеть, оплакивать, но стоит ему умереть, и он превращается в главное украшение официального общественного празднества, исполненного всяческих сложных формальностей.
3. «

   Сперва ему немного докучали клопы, но когда они привыкли к его вкусу, а он свыкся с их укусами, недоразумения между ними прекратились.

   Сперва ему немного докучали клопы, но когда они привыкли к его вкусу, а он свыкся с их укусами, недоразумения между ними прекратились.
4. «

   Душа омытая и спасённая — это душа, которой вдвойне угрожает опасность, ибо весь мир ополчается против такой души.

   Душа омытая и спасённая — это душа, которой вдвойне угрожает опасность, ибо весь мир ополчается против такой души.
5. «

   Ночь была холодна и надменна, ее теплая жизнь исчезла без следа, и она горько и грозно напоминала человеку, что он одинок в мире и одинок среди себе подобных и что нигде его не ждет утешение.

   Ночь была холодна и надменна, ее теплая жизнь исчезла без следа, и она горько и грозно напоминала человеку, что он одинок в мире и одинок среди себе подобных и что нигде его не ждет утешение.
6. «

   В гражданской жизни человека наказывают за то, что он делает; однако военные уставы добавляют к этому совершенно новый принцип — они наказывают человека и за то, чего он не делает.

   В гражданской жизни человека наказывают за то, что он делает; однако военные уставы добавляют к этому совершенно новый принцип — они наказывают человека и за то, чего он не делает.
7. «

   Душа, способная на величайшее добро, способна также и на величайшее зло.

   Душа, способная на величайшее добро, способна также и на величайшее зло.
8. «

   Вечер приближается так же незаметно, как старость к счастливому человеку.

   Вечер приближается так же незаметно, как старость к счастливому человеку.
9. «

   Тересина часто исповедовалась. Отец Рамон приходил из-за нее в отчаяние. Ведь он прекрасно видел, что в то время как руки, колени и губы Тересины каялись в прошлом грехе, её томные потупленные глаза, сверкнув из-под опущенных ресниц, обещали свершение нового.

   Тересина часто исповедовалась. Отец Рамон приходил из-за нее в отчаяние. Ведь он прекрасно видел, что в то время как руки, колени и губы Тересины каялись в прошлом грехе, её томные потупленные глаза, сверкнув из-под опущенных ресниц, обещали свершение нового.
10. «

    Смерть — это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.

    Смерть — это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.
11. «

    Большой Джо был неспособен долго владеть каким-либо имуществом, но зато умел поистине гениально обменять любую попавшую ему в руки вещь на вино.

    Большой Джо был неспособен долго владеть каким-либо имуществом, но зато умел поистине гениально обменять любую попавшую ему в руки вещь на вино.
12. «

    Немножко любви — это как немножко вина. Но от их избытка человек может заболеть.

    Немножко любви — это как немножко вина. Но от их избытка человек может заболеть.

    — Пабло · книга
13. «

    Солнечное утро — это время тихой радости. <...> Эти часы — не для спешки, не для суеты. Утро — время неторопливых, глубоких, золотых мыслей.

    Солнечное утро — это время тихой радости. <...> Эти часы — не для спешки, не для суеты. Утро — время неторопливых, глубоких, золотых мыслей.