57 коротких цитат из книги «Джонатан Сафран Фоер. Полная иллюминация»

57 цитат из книги «Джонатан Сафран Фоер. Полная иллюминация» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чем сильнее любишь кого-то, — пришел к выводу он, — тем труднее об этом сказать. Его удивляло, что случайные прохожие не останавливают друг друга на улице со словами я люблю тебя.

   Чем сильнее любишь кого-то, — пришел к выводу он, — тем труднее об этом сказать. Его удивляло, что случайные прохожие не останавливают друг друга на улице со словами я люблю тебя.
2. «

   И если мы действительно устремлены к светлому будущему, не надлежит ли нам сначала заглянуть в свое прошлое и примирить себя с ним?

   И если мы действительно устремлены к светлому будущему, не надлежит ли нам сначала заглянуть в свое прошлое и примирить себя с ним?
3. «

   — Это и был урок, который мы вынесли из всего происшедшего: Бога нет. Вон сколько людей в окнах. Ему пришлось заставить от нас отвернуться, чтобы нам это доказать. — Что если это было испытанием вашей веры? — сказал я. — Я не могу верить в Бога, который испытывает веру таким образом. — Что если это было не в Его власти? — Я не могу верить в Бога, который не властен такое остановить. — Что если все это было делом рук человека, а не Бога? — В человека я тоже не верю.

   — Это и был урок, который мы вынесли из всего происшедшего: Бога нет. Вон сколько людей в окнах. Ему пришлось заставить от нас отвернуться, чтобы нам это доказать. — Что если это было испытанием вашей веры? — сказал я. — Я не могу верить в Бога, который испытывает веру таким образом. — Что если это было не в Его власти? — Я не могу верить в Бога, который не властен такое остановить. — Что если все это было делом рук человека, а не Бога? — В человека я тоже не верю.
4. «

   Все есть так, как есть, потому что все было так, как было.

   Все есть так, как есть, потому что все было так, как было.
5. «

   Мы оба люди, остающиеся в сознании сильно запоздночь.

   Мы оба люди, остающиеся в сознании сильно запоздночь.
6. «

   Но пойми, что я старался наилучшайше и сделал лучшее из того, что мог, что было лучшим из того, что я мог бы сделать.

   Но пойми, что я старался наилучшайше и сделал лучшее из того, что мог, что было лучшим из того, что я мог бы сделать.

   — Саша · книга
7. «

   Если хотите знать, кто вас охраняет от людей, которые берут без спроса, то это полиция. Если хотите знать, кто вас защищает от полиции, то это люди, которые берут без спроса. И нередко это одни и те же люди.

   Если хотите знать, кто вас охраняет от людей, которые берут без спроса, то это полиция. Если хотите знать, кто вас защищает от полиции, то это люди, которые берут без спроса. И нередко это одни и те же люди.
8. «

   К вечеру он достигал желаемого: он был один в океане своего горя, один в омуте своей бесцельной вины, один, даже в своем одиночестве. Я не грущу, — снова и снова повторял он. — Я не грущу. Как будто надеялся однажды убедить себя в этом. Или обмануть. Или убедить других — единственное, что хуже самой печали, — это когда ты не можешь скрыть её от других. Я не грущу. Я не грущу. А ведь жизнь его, подобно пустой белой комнате, была полна неограниченными возможностями для счастья. Когда он засыпал, сердце сворачивалось в изножье его кровати, точно домашний зверек, живущий сам по себе. Но наутро оно вновь оказывалось в клетке, за решеткой ребер, немного отяжелевшее, ослабевшее, но, как и прежде, работающее без сбоев.

   К вечеру он достигал желаемого: он был один в океане своего горя, один в омуте своей бесцельной вины, один, даже в своем одиночестве. Я не грущу, — снова и снова повторял он. — Я не грущу. Как будто надеялся однажды убедить себя в этом. Или обмануть. Или убедить других — единственное, что хуже самой печали, — это когда ты не можешь скрыть её от других. Я не грущу. Я не грущу. А ведь жизнь его, подобно пустой белой комнате, была полна неограниченными возможностями для счастья. Когда он засыпал, сердце сворачивалось в изножье его кровати, точно домашний зверек, живущий сам по себе. Но наутро оно вновь оказывалось в клетке, за решеткой ребер, немного отяжелевшее, ослабевшее, но, как и прежде, работающее без сбоев.
9. «

   Сотни миллионов мелких дел. За что ни возьмись во вселенной, все выглядело мелким делом.

   Сотни миллионов мелких дел. За что ни возьмись во вселенной, все выглядело мелким делом.
10. «

    В тишине они постигли еще одну степень близости — общение без помощи слов.

    В тишине они постигли еще одну степень близости — общение без помощи слов.
11. «

    ЛЮДСКИЕ ПЕЧАЛИ: Печаль оттого, что могло бы быть

    ЛЮДСКИЕ ПЕЧАЛИ: Печаль оттого, что могло бы быть

    — Брод · книга
12. «

    — Правда, я замечательная? — спросила она однажды. — Нет, — ответил он. — Почему? — Потому что замечательных много. Можно не сомневаться, что сегодня сотни мужчин назвали своих возлюбленных замечательными, а ведь еще только полдень. Ты не как все. — То есть ты хочешь сказать, что я незамечательная? — Да.

    — Правда, я замечательная? — спросила она однажды. — Нет, — ответил он. — Почему? — Потому что замечательных много. Можно не сомневаться, что сегодня сотни мужчин назвали своих возлюбленных замечательными, а ведь еще только полдень. Ты не как все. — То есть ты хочешь сказать, что я незамечательная? — Да.
13. «

    Люби меня, потому что не существует любви, а все, что существует, я испробовал.

    Люби меня, потому что не существует любви, а все, что существует, я испробовал.
14. «

    Теперь мы разделяем тайну, а не она нас.

    Теперь мы разделяем тайну, а не она нас.

    — Алекс · книга
15. «

    ЛЮДСКИЕ ПЕЧАЛИ: Печаль оттого, что ты не можешь скрыть своей печали от родителей.

    ЛЮДСКИЕ ПЕЧАЛИ: Печаль оттого, что ты не можешь скрыть своей печали от родителей.

    — Брод · книга
16. «

    — Она спрятала вещи в лесу, но так, чтобы найти их, когда она вернётся, после этого выдвинулась в путь. Потом она возвратилась, что в собрать вещи, которые спрятала. Те, кто возвращался, были уверены, что найдут и свой дом, и своих друзей, и даже родных. Говорят, что перед концом света должен прийти Миссия. — Но это был не конец. — Конец. Просто он не пришёл. Это был урок, который мы вынесли из всего происшедшего: Бога нет. Ему пришлось заставить от нас отвернуться, чтобы нам это доказать. — Что если это было испытание вашей веры? — Я не могу верить в Бога, который испытывает веру таким образом. — Что если это было не в его власти? — Я не могу верить в Бога, который не властен такое остановить. — Что если все это было делом рук человека, а не Бога? — В человека я тоже не верю.

    — Она спрятала вещи в лесу, но так, чтобы найти их, когда она вернётся, после этого выдвинулась в путь. Потом она возвратилась, что в собрать вещи, которые спрятала. Те, кто возвращался, были уверены, что найдут и свой дом, и своих друзей, и даже родных. Говорят, что перед концом света должен прийти Миссия. — Но это был не конец. — Конец. Просто он не пришёл. Это был урок, который мы вынесли из всего происшедшего: Бога нет. Ему пришлось заставить от нас отвернуться, чтобы нам это доказать. — Что если это было испытание вашей веры? — Я не могу верить в Бога, который испытывает веру таким образом. — Что если это было не в его власти? — Я не могу верить в Бога, который не властен такое остановить. — Что если все это было делом рук человека, а не Бога? — В человека я тоже не верю.
17. «

    Бог благоволит плагиатору. Не зря же написано: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их». Бог сам первый плагиатор и есть.

    Бог благоволит плагиатору. Не зря же написано: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их». Бог сам первый плагиатор и есть.
18. «

    — На что твои призраки похожи? — Они на изнанках моих век.

    — На что твои призраки похожи? — Они на изнанках моих век.

    — Дедушка · книга
19. «

    Она была гением печали, она отдавалась ей целиком, разделяя её на бесчисленные подвиды, упиваясь её едва уловимыми оттенками. Она была призмой, преломлявшей печаль на бесконечное множество составляющих.

    Она была гением печали, она отдавалась ей целиком, разделяя её на бесчисленные подвиды, упиваясь её едва уловимыми оттенками. Она была призмой, преломлявшей печаль на бесконечное множество составляющих.
20. «

    Что же до Неуклюжены, которую я никогда не обзываю Неуклюжиной, а всегда Игорьком, то это мальчик — высший сорт. Теперь мне очевидно, что он станет мужчиной с мощью и производительностью и что его мозг будет повышенно мускулистым. Мы не ведем объемистых разговоров, потому что он такой молчаливый человек, но я уверен, что мы друзья, и не думаю, что солгу, если скажу, что друзья первостепенные.

    Что же до Неуклюжены, которую я никогда не обзываю Неуклюжиной, а всегда Игорьком, то это мальчик — высший сорт. Теперь мне очевидно, что он станет мужчиной с мощью и производительностью и что его мозг будет повышенно мускулистым. Мы не ведем объемистых разговоров, потому что он такой молчаливый человек, но я уверен, что мы друзья, и не думаю, что солгу, если скажу, что друзья первостепенные.