105 фраз из книги «Джонатан Свифт. Путешествия Лемюэля Гулливера» для дневника

105 цитат из книги «Джонатан Свифт. Путешествия Лемюэля Гулливера» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Зачатки разврата, кокетства, придирчивости и злословия прирождены всему женскому полу.

   Зачатки разврата, кокетства, придирчивости и злословия прирождены всему женскому полу.

   — Лемюэль Гулливер · книга
2. «

   Еху хитры, злобны, вероломны и мстительны; они сильны и дерзки, но вместе с тем трусливы, что делает их наглыми, низкими и жестокими.

   Еху хитры, злобны, вероломны и мстительны; они сильны и дерзки, но вместе с тем трусливы, что делает их наглыми, низкими и жестокими.

   — Хозяин · книга
3. «

   Когда в моих продолжительных беседах с хозяином мне приходилось упоминать о лжи и обмане, то он лишь с большим трудом понимал, что я хочу сказать. Он рассуждал так: способность речи дана нам для того, чтобы понимать друг друга и получать сведения о различных предметах; но если кто-нибудь станет утверждать то, чего нет, то назначение нашей речи совершенно извращается, потому что в этом случае тот, к кому обращена речь, не может понимать своего собеседника; и он не только не получает никакого осведомления, но оказывается в состоянии худшем, чем неведение, потому что его уверяют, что белое — черно, а длинное — коротко.

   Когда в моих продолжительных беседах с хозяином мне приходилось упоминать о лжи и обмане, то он лишь с большим трудом понимал, что я хочу сказать. Он рассуждал так: способность речи дана нам для того, чтобы понимать друг друга и получать сведения о различных предметах; но если кто-нибудь станет утверждать то, чего нет, то назначение нашей речи совершенно извращается, потому что в этом случае тот, к кому обращена речь, не может понимать своего собеседника; и он не только не получает никакого осведомления, но оказывается в состоянии худшем, чем неведение, потому что его уверяют, что белое — черно, а длинное — коротко.

   — Лемюэль Гулливер · книга
4. «

   Главная цель путешествия — просвещать людей и делать их лучшими, совершенствовать их умы как дурными, так и хорошими примерами того, что они передают касательно чужих стран.

   Главная цель путешествия — просвещать людей и делать их лучшими, совершенствовать их умы как дурными, так и хорошими примерами того, что они передают касательно чужих стран.

   — Лемюэль Гулливер · книга
5. «

   Он не мог понять, каким образом природа может научить нас скрывать то, что сама же дала нам. Ни сам он, ни его домочадцы не стыдятся никакой части своего тела.

   Он не мог понять, каким образом природа может научить нас скрывать то, что сама же дала нам. Ни сам он, ни его домочадцы не стыдятся никакой части своего тела.

   — Лемюэль Гулливер · книга
6. «

   Дворец первого министра служит питомником для взращивания подобных ему людей: пажи, лакеи, швейцары, подражая своему господину, становятся такими же министрами в своей сфере и в совершенстве изучают три составных части его искусства; наглость, ложь и подкуп.

   Дворец первого министра служит питомником для взращивания подобных ему людей: пажи, лакеи, швейцары, подражая своему господину, становятся такими же министрами в своей сфере и в совершенстве изучают три составных части его искусства; наглость, ложь и подкуп.

   — Лемюэль Гулливер · книга
7. «

   Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общего блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им.

   Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общего блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им.
8. «

   Король был поражен, слушая мои рассказы о столь обременительных и затяжных войнах, и вывел заключение, что мы — или народ сварливый, или же окружены дурными соседями и что наши генералы, наверное, богаче королей.

   Король был поражен, слушая мои рассказы о столь обременительных и затяжных войнах, и вывел заключение, что мы — или народ сварливый, или же окружены дурными соседями и что наши генералы, наверное, богаче королей.
9. «

   В свой рассказ я всегда вносил похвальное пристрастие к своему отечеству, которое Диониссий Галикарнасский столь справедливо рекомендует всем историкам; мне хотелось скрыть слабости и уродливые влияния в жизни своей родины и выставить в самом благородном свете ее красоту и добродетель.

   В свой рассказ я всегда вносил похвальное пристрастие к своему отечеству, которое Диониссий Галикарнасский столь справедливо рекомендует всем историкам; мне хотелось скрыть слабости и уродливые влияния в жизни своей родины и выставить в самом благородном свете ее красоту и добродетель.

   — Лемюэль Гулливер · книга
10. «

    Я просил вас известить меня письмом, когда прекратятся партийные распри и интриги; судьи станут просвещенными и справедливыми; стряпчие — честными, умеренными и приобретут хоть капельку здравого смысла.

    Я просил вас известить меня письмом, когда прекратятся партийные распри и интриги; судьи станут просвещенными и справедливыми; стряпчие — честными, умеренными и приобретут хоть капельку здравого смысла.
11. «

    Если вы даете пятерым еху корму, которого хватило бы для пятидесяти, то они, вместо того, чтобы спокойно приступить к еде, затевают драку, и каждый старается захватить все для себя.

    Если вы даете пятерым еху корму, которого хватило бы для пятидесяти, то они, вместо того, чтобы спокойно приступить к еде, затевают драку, и каждый старается захватить все для себя.

    — Хозяин · книга
12. «

    Мы часто познаем на опыте, с каким упрямством и легкомыслием молодежь не хочет слушаться трезвых советов старших.

    Мы часто познаем на опыте, с каким упрямством и легкомыслием молодежь не хочет слушаться трезвых советов старших.

    — Лемюэль Гулливер · книга
13. «

    Истина всегда находит доступ в рассудительный ум.

    Истина всегда находит доступ в рассудительный ум.

    — Лемюэль Гулливер · книга
14. «

    Мне не нужно было ограждать себя от обмана и насилия, здесь не было франтов, буянов, пьяниц, проституток и венерических болезней; не было сварливых, бесстыдных, расточительны жен; не было негодяев, поднявшихся из грязи благодаря своим порокам, и благородных людей, брошенных в грязь за свои добродетели.

    Мне не нужно было ограждать себя от обмана и насилия, здесь не было франтов, буянов, пьяниц, проституток и венерических болезней; не было сварливых, бесстыдных, расточительны жен; не было негодяев, поднявшихся из грязи благодаря своим порокам, и благородных людей, брошенных в грязь за свои добродетели.

    — Лемюэль Гулливер · книга
15. «

    Бедные нации алчны, богатые — надменны, а надменность и алчность всегда не в ладах.

    Бедные нации алчны, богатые — надменны, а надменность и алчность всегда не в ладах.

    — Лемюэль Гулливер · книга
16. «

    Часто мне приходилось читать о великих услугах, оказанным монархам и отечеству, и я исполнился желанием увидеть людей, которыми эти услуги были оказаны. Однако мне ответили, что имена их невозможно найти в архивах, за исключением немногих, которых история изобразила отъявленнейшими мошенниками и предателями.

    Часто мне приходилось читать о великих услугах, оказанным монархам и отечеству, и я исполнился желанием увидеть людей, которыми эти услуги были оказаны. Однако мне ответили, что имена их невозможно найти в архивах, за исключением немногих, которых история изобразила отъявленнейшими мошенниками и предателями.

    — Лемюэль Гулливер · книга
17. «

    Самые высокие умственные дарования не могут заменить нравственных достоинств. Нет ничего опаснее как поручать важные должности таким даровитым людям. Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, всегда может быть исправлена. Но деятельность человека с дурными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки и безнаказанно предаваться им, представляет огромную опасность для общественного блага.

    Самые высокие умственные дарования не могут заменить нравственных достоинств. Нет ничего опаснее как поручать важные должности таким даровитым людям. Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, всегда может быть исправлена. Но деятельность человека с дурными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки и безнаказанно предаваться им, представляет огромную опасность для общественного блага.

    — Лемюэль Гулливер · книга
18. «

    Я когда-то был почти разорен продолжтельным процессом в верховном суде, несмотря на то, что процесс был мной выигран с присуждением мне судебных издержек.

    Я когда-то был почти разорен продолжтельным процессом в верховном суде, несмотря на то, что процесс был мной выигран с присуждением мне судебных издержек.
19. «

    Из сказанного вами не видно, чтобы для занятия у вас высокого положения требовалось обладание какими-нибудь достоинствами; еще менее видно, чтобы людей жаловали высокими званиями на основании их добродетелей, чтобы духовенство получало повышение за свое благочестие или ученость, военные — за свою храбрость и благородное поведение, судьи — за свою неподкупность, сенаторы — за любовь к отечеству и государственные советники — за свою мудрость.

    Из сказанного вами не видно, чтобы для занятия у вас высокого положения требовалось обладание какими-нибудь достоинствами; еще менее видно, чтобы людей жаловали высокими званиями на основании их добродетелей, чтобы духовенство получало повышение за свое благочестие или ученость, военные — за свою храбрость и благородное поведение, судьи — за свою неподкупность, сенаторы — за любовь к отечеству и государственные советники — за свою мудрость.

    — Король · книга
20. «

    Воспитательные заведения для мальчиков благородного или знатного происхождения находятся под руководством солидных и образованных педагогов. Одежда и пища детей отличаются скромностью и простотой. Они воспитываются в правилах чести, справедливости, храбрости; в них развивают скромность, милосердие, религиозные чувства и любовь к отечеству. Воспитательные заведения для детей рядового дворянства, купцов и ремесленников устроены по тому же образцу, с тою лишь разницею, что дети, предназначенные быть ремесленниками, с одиннадцати лет обучаются мастерству, между тем, как дети знатных особ продолжают общее образование до пятнадцати лет.

    Воспитательные заведения для мальчиков благородного или знатного происхождения находятся под руководством солидных и образованных педагогов. Одежда и пища детей отличаются скромностью и простотой. Они воспитываются в правилах чести, справедливости, храбрости; в них развивают скромность, милосердие, религиозные чувства и любовь к отечеству. Воспитательные заведения для детей рядового дворянства, купцов и ремесленников устроены по тому же образцу, с тою лишь разницею, что дети, предназначенные быть ремесленниками, с одиннадцати лет обучаются мастерству, между тем, как дети знатных особ продолжают общее образование до пятнадцати лет.