41 известных цитата из книги «Джонатан Свифт. Путешествия Лемюэля Гулливера»

41 цитата из книги «Джонатан Свифт. Путешествия Лемюэля Гулливера» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В этой стране недопускается формулировать ни один закон при помощи числа слов, превышающего число букв алфавита, а в нем их насчитывается всего двадцать две; но лишь очень немногие законы достигают даже этой длины. Все они выражены в самых ясных и простых терминах, и эти люди не отличаются такой изворотливостью ума, чтобы открывать в законе несколько смыслов.

   В этой стране недопускается формулировать ни один закон при помощи числа слов, превышающего число букв алфавита, а в нем их насчитывается всего двадцать две; но лишь очень немногие законы достигают даже этой длины. Все они выражены в самых ясных и простых терминах, и эти люди не отличаются такой изворотливостью ума, чтобы открывать в законе несколько смыслов.

   — Лемюэль Гулливер · книга
2. «

   Происхождение мое очень невысокое, так как мои родители были скромные честные люди, которые едва имели возможность дать мне сносное образование.

   Происхождение мое очень невысокое, так как мои родители были скромные честные люди, которые едва имели возможность дать мне сносное образование.

   — Лемюэль Гулливер · книга
3. «

   У этих животных, как и у прочих зверей, самки общие; но особенностью их является то, что самки еху подпускают к себе самца даже во время беременности и что самцы ссорятся и дерутся с самками так же свирепо, как и друг с другом.

   У этих животных, как и у прочих зверей, самки общие; но особенностью их является то, что самки еху подпускают к себе самца даже во время беременности и что самцы ссорятся и дерутся с самками так же свирепо, как и друг с другом.

   — Хозяин · книга
4. «

   Большинство населения добывает у нас средства к существованию снабжением богачей и вообще друг друга предметами первой необходимости и роскоши. Например, когда я нахожусь у себя дома и одеваюсь как мне полагается, я ношу на своем теле работу сотни ремесленников; постройка и обстановка моего дома требуют еще большего количества рабочих, а чтобы нарядить мою жену, нужно увеличить это число еще в пять раз.

   Большинство населения добывает у нас средства к существованию снабжением богачей и вообще друг друга предметами первой необходимости и роскоши. Например, когда я нахожусь у себя дома и одеваюсь как мне полагается, я ношу на своем теле работу сотни ремесленников; постройка и обстановка моего дома требуют еще большего количества рабочих, а чтобы нарядить мою жену, нужно увеличить это число еще в пять раз.

   — Лемюэль Гулливер · книга
5. «

   Когда открывается вакансия на высокую должность, вследствие смерти или опалы (что случается часто), пять или шесть соискателей подают прошение императору разрешить им развлечь его императорское величество и двор танцами на канате; и кто прыгнет выше всех, не упавши, получает вакантную должность.

   Когда открывается вакансия на высокую должность, вследствие смерти или опалы (что случается часто), пять или шесть соискателей подают прошение императору разрешить им развлечь его императорское величество и двор танцами на канате; и кто прыгнет выше всех, не упавши, получает вакантную должность.

   — Лемюэль Гулливер · книга
6. «

   Огромное количество моих соотечественников вынуждено добывать себе пропитание нищенством, грабежом, воровством, мошенничеством, сводничеством, клятвопреступлением, лестью, подкупами, подлогами, игрой, ложью, холопством, бахвальством, торговлей избирательными голосами, отравлением, развратом и тому подобными занятиями.

   Огромное количество моих соотечественников вынуждено добывать себе пропитание нищенством, грабежом, воровством, мошенничеством, сводничеством, клятвопреступлением, лестью, подкупами, подлогами, игрой, ложью, холопством, бахвальством, торговлей избирательными голосами, отравлением, развратом и тому подобными занятиями.

   — Лемюэль Гулливер · книга
7. «

   Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общего блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им.

   Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общего блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им.
8. «

   Гуигнгнмы не понимают, каким образом разумное существо можно принудить к чему-нибудь; можно только советовать ему, увещевать его; и кто не повинуется разуму, тот не в праве притязать на звание разумного существа.

   Гуигнгнмы не понимают, каким образом разумное существо можно принудить к чему-нибудь; можно только советовать ему, увещевать его; и кто не повинуется разуму, тот не в праве притязать на звание разумного существа.

   — Лемюэль Гулливер · книга
9. «

   Король был поражен, слушая мои рассказы о столь обременительных и затяжных войнах, и вывел заключение, что мы — или народ сварливый, или же окружены дурными соседями и что наши генералы, наверное, богаче королей.

   Король был поражен, слушая мои рассказы о столь обременительных и затяжных войнах, и вывел заключение, что мы — или народ сварливый, или же окружены дурными соседями и что наши генералы, наверное, богаче королей.
10. «

    Судопроизводство над лицами, обвиняемыми в государственных преступлениях, отличается несравненно большей быстротой, и метод его гораздо похвальнее: судья первым делом осведомляется о расположении власть имущих, после чего без труда приговаривает обвиняемого к повешению или оправдывает, строго соблюдая при этом букву закона.

    Судопроизводство над лицами, обвиняемыми в государственных преступлениях, отличается несравненно большей быстротой, и метод его гораздо похвальнее: судья первым делом осведомляется о расположении власть имущих, после чего без труда приговаривает обвиняемого к повешению или оправдывает, строго соблюдая при этом букву закона.

    — Лемюэль Гулливер · книга
11. «

    Измена зарождается в сердце прежде, чем проявляет себя в действии.

    Измена зарождается в сердце прежде, чем проявляет себя в действии.

    — лилипуты · книга
12. «

    Их слог отличается мужественностью и гладкостью, без малейшей цветистости, ибо более всего они стараются избегать нагромождения ненужных слов и разнообразия выражений.

    Их слог отличается мужественностью и гладкостью, без малейшей цветистости, ибо более всего они стараются избегать нагромождения ненужных слов и разнообразия выражений.

    — Лемюэль Гулливер · книга
13. «

    Честь, справедливость, правдивость, воздержание, солидарность, мужество, целомудрие, дружба, доброжелательство, верность; имена этих добродетелей удержались еще в большинстве европейских языков, и их можно встретить как у современных, так и древних писателей. Я могу это утверждать на основании скромных моих чтений.

    Честь, справедливость, правдивость, воздержание, солидарность, мужество, целомудрие, дружба, доброжелательство, верность; имена этих добродетелей удержались еще в большинстве европейских языков, и их можно встретить как у современных, так и древних писателей. Я могу это утверждать на основании скромных моих чтений.

    — Лемюэль Гулливер · книга
14. «

    Этот монарх живет главным образом на доходы от своих личных имений и весьма редко, в самых исключительных случаях, обращается за субсидией к подданным, которые зато обязаны по его требованию являться на войну в собственном вооружении.

    Этот монарх живет главным образом на доходы от своих личных имений и весьма редко, в самых исключительных случаях, обращается за субсидией к подданным, которые зато обязаны по его требованию являться на войну в собственном вооружении.

    — Лемюэль Гулливер · книга
15. «

    Власть, правительство, война, закон, наказание и тысяча других вещей не имели соответствующих терминов на языке гуигнгнмов.

    Власть, правительство, война, закон, наказание и тысяча других вещей не имели соответствующих терминов на языке гуигнгнмов.

    — Лемюэль Гулливер · книга
16. «

    Каждая из наций гордится древностью, красотой и выразительностью своего языка, относясь с явным презрением к языку своего соседа.

    Каждая из наций гордится древностью, красотой и выразительностью своего языка, относясь с явным презрением к языку своего соседа.

    — Лемюэль Гулливер · книга
17. «

    Неблагодарность считается у них уголовным преступлением и лилипуты по этому поводу рассуждают так: раз человек способен платить злом своему благодетелю, то он необходимо является врагом других людей, от которых он не получил никакого одолжения, а потому он достоин смерти.

    Неблагодарность считается у них уголовным преступлением и лилипуты по этому поводу рассуждают так: раз человек способен платить злом своему благодетелю, то он необходимо является врагом других людей, от которых он не получил никакого одолжения, а потому он достоин смерти.
18. «

    По его мнению, всякий, кто вместо одного колоса или одного стебля травы сумеет вырастить на том же поле два, окажет человечеству и своей родине большую услугу, чем все политики, взятые вместе.

    По его мнению, всякий, кто вместо одного колоса или одного стебля травы сумеет вырастить на том же поле два, окажет человечеству и своей родине большую услугу, чем все политики, взятые вместе.
19. «

    Войны наши бывают наиболее ожесточенными, кровавыми и продолжительными именно в тех случаях, когда они обусловлены различием мнений.

    Войны наши бывают наиболее ожесточенными, кровавыми и продолжительными именно в тех случаях, когда они обусловлены различием мнений.

    — Лемюэль Гулливер · книга
20. «

    Хозяин спросил меня, что же служит обыкновенно причиной или поводом, побуждающим одно государство воевать с другим. Я отвечал, что их несметное количество. Иногда таким поводом является честолюбие монархов, которым все бывает мало земель или людей, находящихся под их властью; иногда — испорченность министров, вовлеекающих своих государей в войну, чтобы заглушить и отвлечь жалобы подданных на их дурное управление.

    Хозяин спросил меня, что же служит обыкновенно причиной или поводом, побуждающим одно государство воевать с другим. Я отвечал, что их несметное количество. Иногда таким поводом является честолюбие монархов, которым все бывает мало земель или людей, находящихся под их властью; иногда — испорченность министров, вовлеекающих своих государей в войну, чтобы заглушить и отвлечь жалобы подданных на их дурное управление.

    — Лемюэль Гулливер · книга