19 цитат из книги «Джордж Мартин. Пламя и кровь», которые захочется сохранить

Собрали 19 цитат из книги «Джордж Мартин. Пламя и кровь» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Другие начали эту войну, говорил лорд Криган, но он намерен закончить её, пройдя дальше на юг и уничтожив всё, что осталось от зелёных, которые посадили Эйгона II на Железный трон и боролись за него. Он низвергнет Штормовой Предел, а потом пройдёт сквозь Простор до Староместа. Как только Хайтауэры падут, он поведёт своих волков на север вдоль берегов Закатного моря, чтобы посетить Утёс Кастерли. – Смелый план, – осторожно сказал великий мейстер Орвиль, когда услышал его. Грибок предпочитает слово «безумный», но добавляет: «Эйгона-Дракона тоже называли безумным, когда он говорил о завоевании всего Вестероса». Кермит Талли отметил, что Штормовой Предел, Старомест и Утёс Кастерли были так же сильны, как и Винтерфелл Старка (если не сильнее), и не проиграют легко (если вообще проиграют), молодой Бен Блэквуд согласился и сказал: – Половина ваших людей умрёт, лорд Старк. Сероглазый Волк из Винтерфелла ответил: – Они умерли в тот день, когда мы выступили в поход, мальчик.

   Другие начали эту войну, говорил лорд Криган, но он намерен закончить её, пройдя дальше на юг и уничтожив всё, что осталось от зелёных, которые посадили Эйгона II на Железный трон и боролись за него. Он низвергнет Штормовой Предел, а потом пройдёт сквозь Простор до Староместа. Как только Хайтауэры падут, он поведёт своих волков на север вдоль берегов Закатного моря, чтобы посетить Утёс Кастерли. – Смелый план, – осторожно сказал великий мейстер Орвиль, когда услышал его. Грибок предпочитает слово «безумный», но добавляет: «Эйгона-Дракона тоже называли безумным, когда он говорил о завоевании всего Вестероса». Кермит Талли отметил, что Штормовой Предел, Старомест и Утёс Кастерли были так же сильны, как и Винтерфелл Старка (если не сильнее), и не проиграют легко (если вообще проиграют), молодой Бен Блэквуд согласился и сказал: – Половина ваших людей умрёт, лорд Старк. Сероглазый Волк из Винтерфелла ответил: – Они умерли в тот день, когда мы выступили в поход, мальчик.

   — Бенджикот Блэквуд · книга
2. «

   Септон Юстас говорит нам, что «странная эйфория» охватила Королевскую Гавань; Грибок выразился просто, что «половина города была пьяна».

   Септон Юстас говорит нам, что «странная эйфория» охватила Королевскую Гавань; Грибок выразился просто, что «половина города была пьяна».
3. «

   Но, что важнее всего, в войну вступил дом Талли. Морской Туман, опустившись в Риверране, всё же побудил сира Эльмо Талли, которого доселе никто не мог стронуть с места, созвать знамена в защиту королевы – против чаяний его прикованного к постели деда. – Ничто так не устраняет сомнения, как дракон у тебя во дворе, – сказал об этом сир Эльмо.

   Но, что важнее всего, в войну вступил дом Талли. Морской Туман, опустившись в Риверране, всё же побудил сира Эльмо Талли, которого доселе никто не мог стронуть с места, созвать знамена в защиту королевы – против чаяний его прикованного к постели деда. – Ничто так не устраняет сомнения, как дракон у тебя во дворе, – сказал об этом сир Эльмо.

   — Эльмо Талли · книга
4. «

   Простолюдинам тоже полезно видеть своего короля. И знать, что они всегда могут обратиться к нему за помощью.

   Простолюдинам тоже полезно видеть своего короля. И знать, что они всегда могут обратиться к нему за помощью.
5. «

   Пока боги молчат, говорят лорды и короли.

   Пока боги молчат, говорят лорды и короли.

   — Септон Барт · книга
6. «

   – Путешествия не будет, – объявил король, усаживаясь. – Я не собираюсь тратить год верхом на лошади, засыпая в незнакомых постелях и обмениваясь пустыми любезностями с пьяными лордами, половина которых с радостью прибила бы меня за медяк. Если кому-то захочется со мной поговорить, они найдут меня на Железном троне. Торрхен Мандерли настаивал: – Государь, – сказал он, – это путешествие очень поможет вам заполучить любовь простонародья. – Я намереваюсь дать простонародью мир, еду и правосудие. Если этого недостаточно, чтобы получить их любовь, пусть в путешествие едет Грибок. Или можем отправить танцующего медведя. Мне однажды сказали, что ничто простонародье не любит так сильно, как танцующих медведей. Можете также отменить и сегодняшний пир. Отправьте лордов по домам в их замки, а еду раздайте бедным. Полные желудки и танцующие медведи – вот какой порядок я желаю завести.

   – Путешествия не будет, – объявил король, усаживаясь. – Я не собираюсь тратить год верхом на лошади, засыпая в незнакомых постелях и обмениваясь пустыми любезностями с пьяными лордами, половина которых с радостью прибила бы меня за медяк. Если кому-то захочется со мной поговорить, они найдут меня на Железном троне. Торрхен Мандерли настаивал: – Государь, – сказал он, – это путешествие очень поможет вам заполучить любовь простонародья. – Я намереваюсь дать простонародью мир, еду и правосудие. Если этого недостаточно, чтобы получить их любовь, пусть в путешествие едет Грибок. Или можем отправить танцующего медведя. Мне однажды сказали, что ничто простонародье не любит так сильно, как танцующих медведей. Можете также отменить и сегодняшний пир. Отправьте лордов по домам в их замки, а еду раздайте бедным. Полные желудки и танцующие медведи – вот какой порядок я желаю завести.

   — Эйгон Таргариен · книга
7. «

   Грибок говорил верно: полчища изголодавшихся крыс, когда они в достаточном числе, в самом деле валят и быков, и медведей, и львов. Не важно, скольких сможет убить бык или медведь – крыс всегда больше.

   Грибок говорил верно: полчища изголодавшихся крыс, когда они в достаточном числе, в самом деле валят и быков, и медведей, и львов. Не важно, скольких сможет убить бык или медведь – крыс всегда больше.
8. «

   Лорд Аларик потерял жену тремя годами ранее. Когда королева выразила сожаление, что ей не довелось познакомиться с леди Старк, северянин возразил: – Она из дома Мормонтов с Медвежьего острова, и вы б не стали называть её «леди». Но ещё двенадцатилетней она оборонялась топором от стаи волков и двоих убила, после чего пошила себе плащ из их шкур.

   Лорд Аларик потерял жену тремя годами ранее. Когда королева выразила сожаление, что ей не довелось познакомиться с леди Старк, северянин возразил: – Она из дома Мормонтов с Медвежьего острова, и вы б не стали называть её «леди». Но ещё двенадцатилетней она оборонялась топором от стаи волков и двоих убила, после чего пошила себе плащ из их шкур.

   — Аларик Старк · книга
9. «

   Я, конечно, дурак, но не настолько дурак, чтоб оставаться с этим дураком.

   Я, конечно, дурак, но не настолько дурак, чтоб оставаться с этим дураком.

   — Грибок · книга
10. «

    Говорили, что в придворных одеждах лорд Бенджикот выглядел сущим мальчишкой – высоким для своих лет, но худощавым, с нежным лицом и застенчивым и непритязательным видом; одетый же в кольчугу и броню, Кровавый Бен становился совсем иным человеком – тем, кто в тринадцать лет видел битв больше, чем многие люди за всю свою жизнь.

    Говорили, что в придворных одеждах лорд Бенджикот выглядел сущим мальчишкой – высоким для своих лет, но худощавым, с нежным лицом и застенчивым и непритязательным видом; одетый же в кольчугу и броню, Кровавый Бен становился совсем иным человеком – тем, кто в тринадцать лет видел битв больше, чем многие люди за всю свою жизнь.
11. «

    Её милость предавали столь многие и столь часто, что она легко верила наихудшему о ком угодно. Вероломством её милость было уже не удивить. Она стала ожидать этого даже от тех, кого сильнее всего любила.

    Её милость предавали столь многие и столь часто, что она легко верила наихудшему о ком угодно. Вероломством её милость было уже не удивить. Она стала ожидать этого даже от тех, кого сильнее всего любила.

    — Септон Юстас · книга
12. «

    Сиру Райаму Редвину далеко было до септона Барта, и прославленное мастерство владения копьём мало помогало рыцарю на посту десницы. «Не всякую трудность можно преодолеть, тыкая в неё палкой», таковы были знаменитые слова великого мейстера Аллара.

    Сиру Райаму Редвину далеко было до септона Барта, и прославленное мастерство владения копьём мало помогало рыцарю на посту десницы. «Не всякую трудность можно преодолеть, тыкая в неё палкой», таковы были знаменитые слова великого мейстера Аллара.

    — Мейстер Аллар · книга
13. «

    Слова – ветер, – говорит Грибок, – но сильный ветер может повалить могучие дубы, и шёпот красивых девушек может изменить судьбу королевств.

    Слова – ветер, – говорит Грибок, – но сильный ветер может повалить могучие дубы, и шёпот красивых девушек может изменить судьбу королевств.

    — Грибок · книга
14. «

    – У правителя должны быть умная голова и чистое сердце, – такой была её знаменитая отповедь королю. – Член для этого совсем не важен. Если ваша милость полагает, что женщинам недостаёт ума, чтобы управлять страной, ясно, что и мои услуги вам без надобности.

    – У правителя должны быть умная голова и чистое сердце, – такой была её знаменитая отповедь королю. – Член для этого совсем не важен. Если ваша милость полагает, что женщинам недостаёт ума, чтобы управлять страной, ясно, что и мои услуги вам без надобности.

    — Алисанна Таргариен · книга
15. «

    Вороны полетели на Драконий Камень: там в подземельях и погребах под стражей хранились яйца таргариеновских драконов; иные из них были настолько стары, что обратились в камень. Тамошний мейстер отобрал семь наиболее многообещающих яиц – в честь Семерых богов – и отправил в Королевскую Гавань. Король Эйгон держал их в собственных покоях, но ни из одного так и не вылупился дракон. Грибок рассказывает, будто бы его милость целые сутки просидел на «большом пурпурном с золотом яйце», надеясь высидеть, «но ровно с таким же успехом, как если бы это был пурпурный с золотом кусок дерьма».

    Вороны полетели на Драконий Камень: там в подземельях и погребах под стражей хранились яйца таргариеновских драконов; иные из них были настолько стары, что обратились в камень. Тамошний мейстер отобрал семь наиболее многообещающих яиц – в честь Семерых богов – и отправил в Королевскую Гавань. Король Эйгон держал их в собственных покоях, но ни из одного так и не вылупился дракон. Грибок рассказывает, будто бы его милость целые сутки просидел на «большом пурпурном с золотом яйце», надеясь высидеть, «но ровно с таким же успехом, как если бы это был пурпурный с золотом кусок дерьма».

    — Грибок · книга
16. «

    Старомест имел достаточно сил, чтобы возобновить войну; не хватило только желания.

    Старомест имел достаточно сил, чтобы возобновить войну; не хватило только желания.
17. «

    Великие лорды дали бы нам ещё два года войны, – заявляет дурак в своем свидетельстве, – именно женщины заключили мир. Чёрная Али, Дева из Долины, Три Вдовы и близняшки-драконы были теми, кто положил конец кровопролитию; и не мечами или ядом, а воронами, словами и поцелуями.

    Великие лорды дали бы нам ещё два года войны, – заявляет дурак в своем свидетельстве, – именно женщины заключили мир. Чёрная Али, Дева из Долины, Три Вдовы и близняшки-драконы были теми, кто положил конец кровопролитию; и не мечами или ядом, а воронами, словами и поцелуями.

    — Грибок · книга
18. «

    Цитадель называет воспоследовавшее побоище битвой на Королевском тракте. Сами участники сражения потом называли его попросту Мутным Месивом.

    Цитадель называет воспоследовавшее побоище битвой на Королевском тракте. Сами участники сражения потом называли его попросту Мутным Месивом.
19. «

    Не состоявшись как оруженосец, он так и не стал рыцарем, не унаследовав воинского мастерства своих отца и старшего брата. Какое-то время отец подумывал отправить его в Старомест ковать мейстерскую цепь, но его собственный мейстер сказал, что мальчик не слишком умен и пишет и читает с трудом. Впоследствии, когда Рейну Таргариен спрашивали, почему она выбрала себе столь неподходящего супруга, она отвечала: – Он был добр ко мне.

    Не состоявшись как оруженосец, он так и не стал рыцарем, не унаследовав воинского мастерства своих отца и старшего брата. Какое-то время отец подумывал отправить его в Старомест ковать мейстерскую цепь, но его собственный мейстер сказал, что мальчик не слишком умен и пишет и читает с трудом. Впоследствии, когда Рейну Таргариен спрашивали, почему она выбрала себе столь неподходящего супруга, она отвечала: – Он был добр ко мне.

    — Рейна Таргариен · книга