«Джорджио Фалетти. Я убиваю» в 42 цитаты

Ниже 42 цитаты из книги «Джорджио Фалетти. Я убиваю»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Нет сокровищ, ни островов, ни географических карт — только иллюзия, пока длится жизнь. И порой иллюзия обрывается при звуке двух простых слов «Я убиваю...»

   Нет сокровищ, ни островов, ни географических карт — только иллюзия, пока длится жизнь. И порой иллюзия обрывается при звуке двух простых слов «Я убиваю...»
2. «

   — Сочувствую тебе. Мне кажется, я догадываюсь: ты не любишь людей. — А ты любишь? — Не всегда. Иногда пытаюсь понять, а если не удается, стараюсь хотя бы не судить.

   — Сочувствую тебе. Мне кажется, я догадываюсь: ты не любишь людей. — А ты любишь? — Не всегда. Иногда пытаюсь понять, а если не удается, стараюсь хотя бы не судить.
3. «

   Я человек, живущий воспоминаниями. Коллекционер. А почти все коллекционеры глупо тоскуют по вчерашнему дню, кроме тех, кто коллекционирует деньги.

   Я человек, живущий воспоминаниями. Коллекционер. А почти все коллекционеры глупо тоскуют по вчерашнему дню, кроме тех, кто коллекционирует деньги.

   — Жан-Поль Франсис · книга
4. «

   Если кто родился собакой, не станет человеком лишь по собственному желанию.

   Если кто родился собакой, не станет человеком лишь по собственному желанию.
5. «

   — Луна принадлежит всем, и каждый из нас имеет право на нее выть. — Выть на луну означает страдать. Но можно и петь при луне. Можно быть счастливым в темноте, если виден какой-нибудь свет. Поверь мне, в этом мире можно быть счастливым.

   — Луна принадлежит всем, и каждый из нас имеет право на нее выть. — Выть на луну означает страдать. Но можно и петь при луне. Можно быть счастливым в темноте, если виден какой-нибудь свет. Поверь мне, в этом мире можно быть счастливым.
6. «

   Наше безумие рано или поздно станет причиной нашей гибели.

   Наше безумие рано или поздно станет причиной нашей гибели.
7. «

   Мы все пребываем в заключении. Свою тюрьму я построил сам, но от этого выйти из нее не легче.

   Мы все пребываем в заключении. Свою тюрьму я построил сам, но от этого выйти из нее не легче.
8. «

   Вокруг него звучит музыка, движутся тела, растягиваются в улыбке губы, говорятся слова, а он тут лишь из любопытства — зная, что и этот снимок день за днем будет выцветать.

   Вокруг него звучит музыка, движутся тела, растягиваются в улыбке губы, говорятся слова, а он тут лишь из любопытства — зная, что и этот снимок день за днем будет выцветать.
9. «

   Достань солнце.

   Достань солнце.
10. «

    В туманном сне его были какие-то испорченные песочные часы, но с тех пор все сны погребены песком, рассыпанным в памяти. Здесь, в реальном мире, эти часы продолжают свой ход, и никто никогда их не сломает. Разлетятся вдребезги иллюзии, как всегда, но небьющиеся песочные часы будут отсчитывать время до бесконечности, даже если на земле не останется никого.

    В туманном сне его были какие-то испорченные песочные часы, но с тех пор все сны погребены песком, рассыпанным в памяти. Здесь, в реальном мире, эти часы продолжают свой ход, и никто никогда их не сломает. Разлетятся вдребезги иллюзии, как всегда, но небьющиеся песочные часы будут отсчитывать время до бесконечности, даже если на земле не останется никого.
11. «

    Злые люди, с которыми лучше встречаться при свете дня. Ужасные, если окажутся за спиной, в тени.

    Злые люди, с которыми лучше встречаться при свете дня. Ужасные, если окажутся за спиной, в тени.
12. «

    Твоя смерть, моя жизнь.

    Твоя смерть, моя жизнь.
13. «

    Он закрывает зонт, подставляя голову под дождь. Направляется к воротам кладбища, оставив на земле свои следы, отпечатки, слившиеся с чужими. Как всякое воспоминание, они рано или поздно тоже будут стерты.

    Он закрывает зонт, подставляя голову под дождь. Направляется к воротам кладбища, оставив на земле свои следы, отпечатки, слившиеся с чужими. Как всякое воспоминание, они рано или поздно тоже будут стерты.
14. «

    Дорогой, обрамленной плачем, шагает смерть в венке увядшем.

    Дорогой, обрамленной плачем, шагает смерть в венке увядшем.
15. «

    Теперь имена не имеют значения, теперь есть только люди и роли, им отведенные. Тот, кто убегает, и тот, кто преследует, тот, кто силен, и тот, кто слаб, тот, кто знает, и тот, кто не ведает. Тот, кто убивает, и тот, кто умирает...

    Теперь имена не имеют значения, теперь есть только люди и роли, им отведенные. Тот, кто убегает, и тот, кто преследует, тот, кто силен, и тот, кто слаб, тот, кто знает, и тот, кто не ведает. Тот, кто убивает, и тот, кто умирает...
16. «

    Мешок подобных иллюзий почти каждый простой смертный тащит на своём горбу, не замечая, что мешок-то дырявый. Содержимое мало-помалу высыпается на дорогу, а груз тем не менее кажется всё тяжелее. И наконец в один прекрасный день он обнаруживает, что мешок пуст, а жизнь прошла...

    Мешок подобных иллюзий почти каждый простой смертный тащит на своём горбу, не замечая, что мешок-то дырявый. Содержимое мало-помалу высыпается на дорогу, а груз тем не менее кажется всё тяжелее. И наконец в один прекрасный день он обнаруживает, что мешок пуст, а жизнь прошла...
17. «

    Иногда какая-нибудь глупость помогает найти ответ.

    Иногда какая-нибудь глупость помогает найти ответ.
18. «

    Ты — мне, я — тебе.

    Ты — мне, я — тебе.
19. «

    Подозрение – как крошки в постели. Пока не избавишься от них, не уснешь.

    Подозрение – как крошки в постели. Пока не избавишься от них, не уснешь.
20. «

    Невозможно заставить себя полюбить снова. Для этого мало воли, пусть даже железной: тут требуется благословение случая, то есть совокупность вещей, которую до сих пор не объяснили до конца ни тысячи лет опыта, ни какие угодно рассуждения, ни поэзия, способные лишь признать ее существование.

    Невозможно заставить себя полюбить снова. Для этого мало воли, пусть даже железной: тут требуется благословение случая, то есть совокупность вещей, которую до сих пор не объяснили до конца ни тысячи лет опыта, ни какие угодно рассуждения, ни поэзия, способные лишь признать ее существование.