46 цитат из книги «Елизавета Дворецкая. Ветер с Варяжского моря», которые захочется сохранить

Собрали 46 цитат из книги «Елизавета Дворецкая. Ветер с Варяжского моря» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Его спокойный взгляд успокоил и её. Человек с нечистой душой не может так смотреть.

   Его спокойный взгляд успокоил и её. Человек с нечистой душой не может так смотреть.
2. «

   Но разум Загляды не мог смирить её сердца. Сколько раз в бедах и печалях разум подводил её и других, а спасала – любовь.

   Но разум Загляды не мог смирить её сердца. Сколько раз в бедах и печалях разум подводил её и других, а спасала – любовь.
3. «

   Когда человек кому-то нужен, он уж верно живёт на свете не зря.

   Когда человек кому-то нужен, он уж верно живёт на свете не зря.
4. «

   Незнакомый викинг, на дворе у Середы связавший ей руки, сейчас казался ей менее противен, чем Снэульв. Викинг был просто врагом – Снэульв был предателем. Вид его, голос, ещё годня утром любимый, теперь был ей страшен. Она боялась его, как боялась бы вставшего мертвеца.

   Незнакомый викинг, на дворе у Середы связавший ей руки, сейчас казался ей менее противен, чем Снэульв. Викинг был просто врагом – Снэульв был предателем. Вид его, голос, ещё годня утром любимый, теперь был ей страшен. Она боялась его, как боялась бы вставшего мертвеца.
5. «

   Всякая дорога легка для того, кто очень стремится к её концу.

   Всякая дорога легка для того, кто очень стремится к её концу.

   — Эйрик · книга
6. «

   Они назвали меня оборотнем за то, что я сам выбрал себе семью и господина! – с недетской твёрдостью говорил он. – Сам! Выбрал, а не принял тех, что дали боги от рожденья! Я не овца, чтобы стоять в том загоне, куда поставили!

   Они назвали меня оборотнем за то, что я сам выбрал себе семью и господина! – с недетской твёрдостью говорил он. – Сам! Выбрал, а не принял тех, что дали боги от рожденья! Я не овца, чтобы стоять в том загоне, куда поставили!

   — Ило · книга
7. «

   Не умея заглядывать вперёд, он не думал о возможных опасностях и поэтому казался храбрецом.

   Не умея заглядывать вперёд, он не думал о возможных опасностях и поэтому казался храбрецом.
8. «

   – Чудной какой город у нас! – воскликнула она, обернувшись, но отец её оказался на корме, и она обратилась к Осене, сидевшему возле неё на бочонке. – И не понять, где ему начало, где конец… – А где всему миру начало-конец? – спросил в ответ Осеня.

   – Чудной какой город у нас! – воскликнула она, обернувшись, но отец её оказался на корме, и она обратилась к Осене, сидевшему возле неё на бочонке. – И не понять, где ему начало, где конец… – А где всему миру начало-конец? – спросил в ответ Осеня.

   — Загляда · книга
9. «

   Он не боялся смерти, но если он погибнет, то Загляда уж верно достанется Лейву. А хорошо ли это будет для неё? В эти мгновения Снэульв сумел подумать о ней, а не о своём оскорбленном самолюбии. И сдержался. Иногда для этого нужно больше смелости и силы духа, чем для самого жестокого поединка.

   Он не боялся смерти, но если он погибнет, то Загляда уж верно достанется Лейву. А хорошо ли это будет для неё? В эти мгновения Снэульв сумел подумать о ней, а не о своём оскорбленном самолюбии. И сдержался. Иногда для этого нужно больше смелости и силы духа, чем для самого жестокого поединка.
10. «

    Коли случилось злое дело, так ищи, кому оно прибытка принесёт.

    Коли случилось злое дело, так ищи, кому оно прибытка принесёт.

    — Иоаким · книга
11. «

    Его бы заставить языком грести – ладья бы быстрее ветра побежала!

    Его бы заставить языком грести – ладья бы быстрее ветра побежала!

    — Милута · книга
12. «

    В глазах Загляды, в румянце на щеках, в каждой чёрточке её лица светилось такое счастье, какого напрасно добивался от неё Вышеслав. И может быть, способность испытывать эту радость, чистую, как блеск солнца на берёзовых ветвях, и делала Загляду краше и милее даже высокородной красавицы и умницы Прекрасы.

    В глазах Загляды, в румянце на щеках, в каждой чёрточке её лица светилось такое счастье, какого напрасно добивался от неё Вышеслав. И может быть, способность испытывать эту радость, чистую, как блеск солнца на берёзовых ветвях, и делала Загляду краше и милее даже высокородной красавицы и умницы Прекрасы.
13. «

    Многие воины славно бьются, но рассказывать об их доблести приходится другим…

    Многие воины славно бьются, но рассказывать об их доблести приходится другим…
14. «

    Он никому не навязывался с наставлениями о своём Боге, но и самого Христа многие начинали больше уважать, видя, что ему служит такой хороший человек.

    Он никому не навязывался с наставлениями о своём Боге, но и самого Христа многие начинали больше уважать, видя, что ему служит такой хороший человек.
15. «

    Человек и сам не знает, что ему под силу, когда придёт беда.

    Человек и сам не знает, что ему под силу, когда придёт беда.
16. «

    Перед взором её то и дело вставало лицо Снэульва, заслоняя всё иное. Образ его был для Загляды как драгоценный камень, спрятанный в тайниках души и освещавший для неё всё вокруг.

    Перед взором её то и дело вставало лицо Снэульва, заслоняя всё иное. Образ его был для Загляды как драгоценный камень, спрятанный в тайниках души и освещавший для неё всё вокруг.
17. «

    Страх холодным клинком пронзил душу; чувство страха было непривычно викингу и оттого поражало ещё сильнее.

    Страх холодным клинком пронзил душу; чувство страха было непривычно викингу и оттого поражало ещё сильнее.
18. «

    Он ничего не принимал близко к сердцу, был ровен, никого не ненавидел и не боялся. Он – последний в роду. Это значит – за любой его поступок отомстить можно будет только ему самому. Ему незачем бояться за брата, за отца или дядю.

    Он ничего не принимал близко к сердцу, был ровен, никого не ненавидел и не боялся. Он – последний в роду. Это значит – за любой его поступок отомстить можно будет только ему самому. Ему незачем бояться за брата, за отца или дядю.
19. «

    Время равняет с землёй города, но остаются курганы, холмы, река, трава и берёзы – всё те же, живые, не ведающие старости и смерти. И от земли, исхоженной ногами десятков поколений, согретой многовековым пламенем очагов, политой потом и кровью, тысячу лет спустя будет подниматься тёплое дыхание памяти.

    Время равняет с землёй города, но остаются курганы, холмы, река, трава и берёзы – всё те же, живые, не ведающие старости и смерти. И от земли, исхоженной ногами десятков поколений, согретой многовековым пламенем очагов, политой потом и кровью, тысячу лет спустя будет подниматься тёплое дыхание памяти.
20. «

    Перед своими домами люди всегда бьются отчаянно, любой гончар превращается в берсерка.

    Перед своими домами люди всегда бьются отчаянно, любой гончар превращается в берсерка.

    — Лейв Серебряный · книга