63 цитаты из книги «Энн Бронте. Незнакомка из Уайлдфелл-Холла» для поста в соцсетях

Собрали 63 цитаты из книги «Энн Бронте. Незнакомка из Уайлдфелл-Холла» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Однако я должна скрывать свою радость, пока не узнаю, следует ли мне дать волю своим чувствам или нет. Если я приду к убеждению, что мой долг — подавить их, они никого не ранят, кроме меня. Если же я докажу себе, что они оправданы, то не устрашусь ничего, даже гнева и горя лучшего моего друга на земле.

   Однако я должна скрывать свою радость, пока не узнаю, следует ли мне дать волю своим чувствам или нет. Если я приду к убеждению, что мой долг — подавить их, они никого не ранят, кроме меня. Если же я докажу себе, что они оправданы, то не устрашусь ничего, даже гнева и горя лучшего моего друга на земле.

   — Хелен Грэхем · книга
2. «

   Да кто вы такой, сударь, что возводите себя в боги и дерзаете оспаривать мое сердце у Того, Кому я обязана всем, что у меня есть, самой собой, всеми былыми и будущими дарованными мне благами — и вами в том числе, если вы и вправду благо, в чем я склонна усомниться!

   Да кто вы такой, сударь, что возводите себя в боги и дерзаете оспаривать мое сердце у Того, Кому я обязана всем, что у меня есть, самой собой, всеми былыми и будущими дарованными мне благами — и вами в том числе, если вы и вправду благо, в чем я склонна усомниться!

   — Хелен Грэхем · книга
3. «

   — У моего мужа не будет удовольствий, кроме тех, которые он сможет разделять со мной. Если же величайшим из них он не научится считать мое общество, то… то тем хуже для него, вот и все. — Раз, Эстер, таковы ваши взгляды на замужество, то и правда вам следует быть осторожной, когда вы будете выбирать, кому отдать свою руку. И самое благоразумное для вас — вовсе ее не отдавать.

   — У моего мужа не будет удовольствий, кроме тех, которые он сможет разделять со мной. Если же величайшим из них он не научится считать мое общество, то… то тем хуже для него, вот и все. — Раз, Эстер, таковы ваши взгляды на замужество, то и правда вам следует быть осторожной, когда вы будете выбирать, кому отдать свою руку. И самое благоразумное для вас — вовсе ее не отдавать.

   — Хелен Грэхем · книга
4. «

   Снисходительность к вам, мистер Хантингдон, для меня ничего изменить не сможет, если речь идет о счастье моей племянницы.

   Снисходительность к вам, мистер Хантингдон, для меня ничего изменить не сможет, если речь идет о счастье моей племянницы.

   — Пегги Максуэлл · книга
5. «

   Даже врачи, когда иного средства нет, выбирают меньшее зло, чтобы избавить больного от большего.

   Даже врачи, когда иного средства нет, выбирают меньшее зло, чтобы избавить больного от большего.

   — Гилберт Маркхем · книга
6. «

   Можно посмотреть человеку в глаза, заглянуть ему в сердце и за какой-то час узнать о его душе столько, сколько и за всю жизнь не обнаружишь, если он или она не захотят тебе открыться или у тебя не хватит ума понять то, что тебе откроется.

   Можно посмотреть человеку в глаза, заглянуть ему в сердце и за какой-то час узнать о его душе столько, сколько и за всю жизнь не обнаружишь, если он или она не захотят тебе открыться или у тебя не хватит ума понять то, что тебе откроется.

   — Гилберт Маркхем · книга
7. «

   Нет, прекрасная дама, любоваться вами издали — жребий более завидный, чем делить с вами кров!

   Нет, прекрасная дама, любоваться вами издали — жребий более завидный, чем делить с вами кров!

   — Гилберт Маркхем · книга
8. «

   Он знает, что он — мое солнце, но когда ему угодно отнимать у меня свой свет, мое небо, по его мнению, должно оставаться в полном мраке. И он не желает, чтобы этот мрак смягчался слабым сиянием месяца.

   Он знает, что он — мое солнце, но когда ему угодно отнимать у меня свой свет, мое небо, по его мнению, должно оставаться в полном мраке. И он не желает, чтобы этот мрак смягчался слабым сиянием месяца.

   — Хелен Грэхем · книга
9. «

   Ах, вам никто не мешает оставить последнее слово за собой. Только я, к сожалению, не могу повременить, чтобы его выслушать.

   Ах, вам никто не мешает оставить последнее слово за собой. Только я, к сожалению, не могу повременить, чтобы его выслушать.

   — Хелен Грэхем · книга
10. «

    Но мистер Миллуорд, чудилось мне, вечно будет растолковывать нам, что не принадлежит к любителям чая, ибо перегружать желудок грязной водицей в ущерб более полезным субстанциям весьма вредно для здоровья, — и все допивать и допивать четвертую свою чашку.

    Но мистер Миллуорд, чудилось мне, вечно будет растолковывать нам, что не принадлежит к любителям чая, ибо перегружать желудок грязной водицей в ущерб более полезным субстанциям весьма вредно для здоровья, — и все допивать и допивать четвертую свою чашку.

    — Гилберт Маркхем · книга
11. «

    Хотя высокие мечты юности слишком часто сменяются пошлым практицизмом зрелости, это ведь ещё не делает их ложными.

    Хотя высокие мечты юности слишком часто сменяются пошлым практицизмом зрелости, это ведь ещё не делает их ложными.

    — Хелен Грэхем · книга
12. «

    Можно посмотреть человеку в глаза, заглянуть ему в сердце и за какой-то час узнать о его душе столько, сколько и за всю жизнь не обнаружишь, если он или она не захотят тебе открыться или у тебя не хватит ума понять то, что тебе откроется.

    Можно посмотреть человеку в глаза, заглянуть ему в сердце и за какой-то час узнать о его душе столько, сколько и за всю жизнь не обнаружишь, если он или она не захотят тебе открыться или у тебя не хватит ума понять то, что тебе откроется.

    — Гилберт Маркхем · книга
13. «

    Забыть по желанию невозможно, а питать уважение ко всем, кто его ищет, я не могу — только к тем, кто его заслуживает.

    Забыть по желанию невозможно, а питать уважение ко всем, кто его ищет, я не могу — только к тем, кто его заслуживает.

    — Хелен Грэхем · книга
14. «

    — Мне часто недостает чужого суждения, — сказала она. — Когда мое зрение и мысли слишком долго сосредоточены на каком-то предмете, я перестаю им доверять. — Это лишь одно из многих зол, которыми чревато одиночество, — заметил я.

    — Мне часто недостает чужого суждения, — сказала она. — Когда мое зрение и мысли слишком долго сосредоточены на каком-то предмете, я перестаю им доверять. — Это лишь одно из многих зол, которыми чревато одиночество, — заметил я.

    — Хелен Грэхем · книга
15. «

    Человек способен жить без денег так же весело, как черепаха без головы или оса без брюшка!

    Человек способен жить без денег так же весело, как черепаха без головы или оса без брюшка!

    — Артур Хантингдон · книга
16. «

    Бог — это Извечная Мудрость, Сила и Милосердие… и Любовь. Но если такое понятие слишком непостижимо для твоего человеческого сознания, если твой ум теряется перед бесконечной его безмерностью, то обрати мысли к Тому, Кто снизошел разделить с нами нашу природу и даже вознесся на Небеса в своей преображенной, но человеческой плоти. К Тому, в Ком сияет вся полнота Божественного Начала.

    Бог — это Извечная Мудрость, Сила и Милосердие… и Любовь. Но если такое понятие слишком непостижимо для твоего человеческого сознания, если твой ум теряется перед бесконечной его безмерностью, то обрати мысли к Тому, Кто снизошел разделить с нами нашу природу и даже вознесся на Небеса в своей преображенной, но человеческой плоти. К Тому, в Ком сияет вся полнота Божественного Начала.

    — Хелен Грэхем · книга
17. «

    Уж лучше просто продать себя в рабство, чем выйти за человека вам неприятного.

    Уж лучше просто продать себя в рабство, чем выйти за человека вам неприятного.

    — Хелен Грэхем · книга
18. «

    Так тяжело и горько, когда тебе в лицо швыряют твои же лучшие намерения и доброту!

    Так тяжело и горько, когда тебе в лицо швыряют твои же лучшие намерения и доброту!

    — Хелен Грэхем · книга
19. «

    Если жена подарила тебе свое сердце, то будь благодарен, береги его, а не разрывай в клочья и не смейся ей в лицо, потому что она не может отобрать его у тебя.

    Если жена подарила тебе свое сердце, то будь благодарен, береги его, а не разрывай в клочья и не смейся ей в лицо, потому что она не может отобрать его у тебя.

    — Хелен Грэхем · книга
20. «

    И вашу дружбу я предпочитаю любви всех прочих женщин в мире!

    И вашу дружбу я предпочитаю любви всех прочих женщин в мире!

    — Гилберт Маркхем · книга