72 цитаты из книги «Энн Бронте. Незнакомка из Уайлдфелл-Холла» — топ по популярности

Собрали 72 цитаты из книги «Энн Бронте. Незнакомка из Уайлдфелл-Холла» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Снисходительность к вам, мистер Хантингдон, для меня ничего изменить не сможет, если речь идет о счастье моей племянницы.

   Снисходительность к вам, мистер Хантингдон, для меня ничего изменить не сможет, если речь идет о счастье моей племянницы.

   — Пегги Максуэлл · книга
2. «

   Уж лучше просто продать себя в рабство, чем выйти за человека вам неприятного.

   Уж лучше просто продать себя в рабство, чем выйти за человека вам неприятного.

   — Хелен Грэхем · книга
3. «

   Если ты будешь судить о молодых людях по заверениям их любящих сестер, то получишь об их характерах самое превратное представление. Худшие из них ловко умеют прятать свои пороки от глаз сестер, да и матерей тоже.

   Если ты будешь судить о молодых людях по заверениям их любящих сестер, то получишь об их характерах самое превратное представление. Худшие из них ловко умеют прятать свои пороки от глаз сестер, да и матерей тоже.

   — Пегги Максуэлл · книга
4. «

   В любви нет посредника лучше привязчивого бесхитростного малыша, который всегда готов спаять разделенные сердца, перебросить мост через угрюмый ров условностей, растопить лед холодной сдержанности и сокрушить стену пустых требований приличия и гордости.

   В любви нет посредника лучше привязчивого бесхитростного малыша, который всегда готов спаять разделенные сердца, перебросить мост через угрюмый ров условностей, растопить лед холодной сдержанности и сокрушить стену пустых требований приличия и гордости.

   — Гилберт Маркхем · книга
5. «

   Женщина, соглашаясь выслушать доводы, опровергающие ее убеждения, всегда заранее готова отвергнуть их, затворив свой внутренний слух и не признавая никакой, даже самой железной логики.

   Женщина, соглашаясь выслушать доводы, опровергающие ее убеждения, всегда заранее готова отвергнуть их, затворив свой внутренний слух и не признавая никакой, даже самой железной логики.

   — Гилберт Маркхем · книга
6. «

   Но божеству можно только поклоняться. И я поклоняюсь Аннабелле, но я ее не люблю, а вот тебя, Милисент, люблю, но не поклоняюсь тебе!

   Но божеству можно только поклоняться. И я поклоняюсь Аннабелле, но я ее не люблю, а вот тебя, Милисент, люблю, но не поклоняюсь тебе!

   — Ральф Хэттерсли · книга
7. «

   Если вы хотите, чтобы ваш сын прошел по жизни с достоинством, не старайтесь убирать камни у него из — под ног, но научите не спотыкаться о них.

   Если вы хотите, чтобы ваш сын прошел по жизни с достоинством, не старайтесь убирать камни у него из — под ног, но научите не спотыкаться о них.

   — Гилберт Маркхем · книга
8. «

   Вашу добродетельность (если вы так это называете) никто не поймет, в нее не поверят даже ваши ближайшие друзья, ибо она противоестественна, и поверить в нее могут лишь те, кому она причиняет столь жестокие муки, что им волей-неволей приходится признать ее существование.

   Вашу добродетельность (если вы так это называете) никто не поймет, в нее не поверят даже ваши ближайшие друзья, ибо она противоестественна, и поверить в нее могут лишь те, кому она причиняет столь жестокие муки, что им волей-неволей приходится признать ее существование.

   — Уолтер Харгейв · книга
9. «

   Видишь ли, милочка, красота, как и деньги, особенно привлекает наихудших мужчин и поэтому грозит той, кто ею обладает, всякими горестями.

   Видишь ли, милочка, красота, как и деньги, особенно привлекает наихудших мужчин и поэтому грозит той, кто ею обладает, всякими горестями.

   — Пегги Максуэлл · книга
10. «

    От горя нет лучше средства, чем работа.

    От горя нет лучше средства, чем работа.

    — Элиза Миллуорд · книга
11. «

    Прощай! Но помни в свой черед: Надежду сердце век таит. Ее презренье не убьет, И холодность не охладит.

    Прощай! Но помни в свой черед: Надежду сердце век таит. Ее презренье не убьет, И холодность не охладит.

    — Аннабелла Уилмот · книга
12. «

    Верность — в натуре женщины. Ей положено любить одного-единственного, слепо, нежно и вечно.

    Верность — в натуре женщины. Ей положено любить одного-единственного, слепо, нежно и вечно.

    — Артур Хантингдон · книга
13. «

    Ведь раз я люблю его так сильно, то мне легко извинить ему любовь к самому себе.

    Ведь раз я люблю его так сильно, то мне легко извинить ему любовь к самому себе.

    — Хелен Грэхем · книга
14. «

    Если они презирают меня, жертву их греха, то я могу пожалеть их за безумие и презреть их презрение.

    Если они презирают меня, жертву их греха, то я могу пожалеть их за безумие и презреть их презрение.

    — Хелен Грэхем · книга
15. «

    Возможно, мистер Хантингдон, вам кажется очень забавным будить во мне ревность. Но берегитесь, как бы не пробудить вместо нее ненависть. А если вы угасите мою любовь, заставить вновь ее вспыхнуть вам будет очень нелегко.

    Возможно, мистер Хантингдон, вам кажется очень забавным будить во мне ревность. Но берегитесь, как бы не пробудить вместо нее ненависть. А если вы угасите мою любовь, заставить вновь ее вспыхнуть вам будет очень нелегко.

    — Хелен Грэхем · книга
16. «

    Но где просыпается надежда, там всегда таится страх.

    Но где просыпается надежда, там всегда таится страх.

    — Хелен Грэхем · книга
17. «

    Если ты предпочтешь следовать дурным наклонностям (или тем, которые могут обратиться во зло), пока они не возьмут над тобой полную власть, а все хорошие подавляешь, пока они совсем не зачахнут, то винить тебе, кроме себя, будет некого.

    Если ты предпочтешь следовать дурным наклонностям (или тем, которые могут обратиться во зло), пока они не возьмут над тобой полную власть, а все хорошие подавляешь, пока они совсем не зачахнут, то винить тебе, кроме себя, будет некого.

    — Хелен Грэхем · книга
18. «

    Мне нравится наслаждаться жизнью во всей её полноте, что не дано рабам какого-нибудь одного пристрастия.

    Мне нравится наслаждаться жизнью во всей её полноте, что не дано рабам какого-нибудь одного пристрастия.

    — Артур Хантингдон · книга
19. «

    Если полное воздержание — и зло, хотя многие в этом сомневаются, то злоупотребление — еще большее зло, этого отрицать нельзя.

    Если полное воздержание — и зло, хотя многие в этом сомневаются, то злоупотребление — еще большее зло, этого отрицать нельзя.

    — Фредерик Лоренс · книга
20. «

    Ах, вам никто не мешает оставить последнее слово за собой. Только я, к сожалению, не могу повременить, чтобы его выслушать.

    Ах, вам никто не мешает оставить последнее слово за собой. Только я, к сожалению, не могу повременить, чтобы его выслушать.

    — Хелен Грэхем · книга