143 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Тени в раю» — большая подборка

Собрали 143 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Тени в раю» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Эмигрантские анекдоты были мне хорошо знакомы — смесь иронии и отчаяния.

   Эмигрантские анекдоты были мне хорошо знакомы — смесь иронии и отчаяния.

   — Роберт Росс · книга
2. «

   Немцы остаются бюрократами, даже если они творят заведомо неправое дело. Им кажется, что тем самым оно становится правым.

   Немцы остаются бюрократами, даже если они творят заведомо неправое дело. Им кажется, что тем самым оно становится правым.

   — Роберт Росс · книга
3. «

   ... Но волшебство сохранятся только до тех пор, пока тебе ничего не надо. Когда тебе что-нибудь требуется, сразу возникают трудности. Очнувшись от своих философских грез, я скатываюсь до уровня школьника, отставшего от своих сверстников.

   ... Но волшебство сохранятся только до тех пор, пока тебе ничего не надо. Когда тебе что-нибудь требуется, сразу возникают трудности. Очнувшись от своих философских грез, я скатываюсь до уровня школьника, отставшего от своих сверстников.

   — Роберт Росс · книга
4. «

   Человек, который склонен к возвышенным чувства, обманывает обычно и себя и других.

   Человек, который склонен к возвышенным чувства, обманывает обычно и себя и других.

   — Наташа Петрова · книга
5. «

   Не только счастье имеет свою меру, отчаяние — тоже.

   Не только счастье имеет свою меру, отчаяние — тоже.

   — Кан · книга
6. «

   Уже осень. А осенью не следует оставаться одной. Пережить осень и так достаточно трудно.

   Уже осень. А осенью не следует оставаться одной. Пережить осень и так достаточно трудно.

   — Наташа Петрова · книга
7. «

   — Тебе нравятся слезливые дуры, которые грозятся уйти в монастырь? — Когда я здесь, не нравятся, а когда уезжаю, очень нравятся. — Нельзя иметь все сразу. — Это самая грустная сентенция из всех, какие существуют. — Не самая грустная, а самая мудрая.

   — Тебе нравятся слезливые дуры, которые грозятся уйти в монастырь? — Когда я здесь, не нравятся, а когда уезжаю, очень нравятся. — Нельзя иметь все сразу. — Это самая грустная сентенция из всех, какие существуют. — Не самая грустная, а самая мудрая.

   — Наташа Петрова · книга
8. «

   Все равно я тебя боготворю, хоть ты и находишь это опасным. Боготворить — радостно, и чем раньше этим займешься, тем лучше.

   Все равно я тебя боготворю, хоть ты и находишь это опасным. Боготворить — радостно, и чем раньше этим займешься, тем лучше.

   — Роберт Росс · книга
9. «

   Думаете, люди, пишущие о картинах, разбираются в них? Раскрываю вам тайну: о картинах вообще нельзя писать. Как и об искусстве в целом. Пишут только ради одной цели – просветить невежд. Об искусстве нельзя писать. Его можно только чувствовать.

   Думаете, люди, пишущие о картинах, разбираются в них? Раскрываю вам тайну: о картинах вообще нельзя писать. Как и об искусстве в целом. Пишут только ради одной цели – просветить невежд. Об искусстве нельзя писать. Его можно только чувствовать.
10. «

    Иметь дело с честными людьми — наказание Божье. С жуликами ты по крайней мере знаешь, как себя вести.

    Иметь дело с честными людьми — наказание Божье. С жуликами ты по крайней мере знаешь, как себя вести.

    — Кан · книга
11. «

    Почему, собственно, мы проявляем гораздо больший интерес к несчастью своих ближних, нежели к счастью? Значит ли это, что человек — завистливая скотина?

    Почему, собственно, мы проявляем гораздо больший интерес к несчастью своих ближних, нежели к счастью? Значит ли это, что человек — завистливая скотина?

    — Наташа Петрова · книга
12. «

    Когда-то моей родиной была Германия, затем Австрия, Франция, в общем — Европа, а вслед за тем Америка, и всякий раз та или иная страна становилась моей родиной только потому, что я покидал ее, а вовсе не потому, что жил в ней.

    Когда-то моей родиной была Германия, затем Австрия, Франция, в общем — Европа, а вслед за тем Америка, и всякий раз та или иная страна становилась моей родиной только потому, что я покидал ее, а вовсе не потому, что жил в ней.

    — Роберт Росс · книга
13. «

    Воспоминания — чертовски тяжелый багаж.

    Воспоминания — чертовски тяжелый багаж.

    — Меликов · книга
14. «

    В том, что ты продаёшь, вовсе не надо смыслить. Именно тогда продаёшь всего успешней. Не видя изъянов, чувствуешь себя свободнее.

    В том, что ты продаёшь, вовсе не надо смыслить. Именно тогда продаёшь всего успешней. Не видя изъянов, чувствуешь себя свободнее.

    — Наташа Петрова · книга
15. «

    Типично французское равнодушие. Они не желают тебе зла, но ты почему-то по их милости подыхаешь.

    Типично французское равнодушие. Они не желают тебе зла, но ты почему-то по их милости подыхаешь.

    — Кан · книга
16. «

    Чувства не имеют отношения к правде.

    Чувства не имеют отношения к правде.

    — Наташа Петрова · книга
17. «

    Я всегда думала, что жизнь ужасно длинная и поэтому не стоит быть все время вместе. Соскучишься.

    Я всегда думала, что жизнь ужасно длинная и поэтому не стоит быть все время вместе. Соскучишься.

    — Наташа Петрова · книга
18. «

    — Он вас обожает. — Он до того меня обожает, что у меня голова начинает болеть. Это так скучно!

    — Он вас обожает. — Он до того меня обожает, что у меня голова начинает болеть. Это так скучно!

    — Роберт Росс · книга
19. «

    На похоронах трудно избежать пафоса и тайного, глубоко запрятанного удовлетворения от того, что не ты лежишь в этом ужасном полированном ящике.

    На похоронах трудно избежать пафоса и тайного, глубоко запрятанного удовлетворения от того, что не ты лежишь в этом ужасном полированном ящике.

    — Роберт Росс · книга
20. «

    — После крабов будете есть еще мороженое? — спросил я Кана. — Я это проделал однажды. Не скажу, чтобы мне это пошло на пользу. Нельзя следовать всем влечениям сразу. — Очень мудро.

    — После крабов будете есть еще мороженое? — спросил я Кана. — Я это проделал однажды. Не скажу, чтобы мне это пошло на пользу. Нельзя следовать всем влечениям сразу. — Очень мудро.

    — Кан · книга