Топ-57 цитат из книги «Эрин Хантер. Коты-воители»

Ниже 57 цитат из книги «Эрин Хантер. Коты-воители»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ничто не может оправдать хладнокровного убийства невинной души.

   Ничто не может оправдать хладнокровного убийства невинной души.

   — Когтегрив · книга
2. «

   Некоторое время все молчали, парадизованные страхом. Первым опомнился Колченогий. — Но тучи плывут над всеми пдеменами! — нашелся он. — Почему ты решил, что это знак именно для нас?

   Некоторое время все молчали, парадизованные страхом. Первым опомнился Колченогий. — Но тучи плывут над всеми пдеменами! — нашелся он. — Почему ты решил, что это знак именно для нас?

   — Колченогий · книга
3. «

   «Лучше бы ей поскорее справится с этим, — мрачно подумал Львиносвет. — Эти способности даны ей не просто так, а с какой-то целью.»

   «Лучше бы ей поскорее справится с этим, — мрачно подумал Львиносвет. — Эти способности даны ей не просто так, а с какой-то целью.»

   — Львиносвет · книга
4. «

   Любовь не делает нас другими, она не меняет цвет нашей шерсти! Значит, ты перестал доверять дочери только из-за того, что она позволила себе полюбить?

   Любовь не делает нас другими, она не меняет цвет нашей шерсти! Значит, ты перестал доверять дочери только из-за того, что она позволила себе полюбить?

   — Бархатка · книга
5. «

   — Не беспокойся о других племенах, — посоветовала Белолапа. — Тебе нужно думать только о своих занятиях. Думать только о занятиях. Думать только о занятиях...

   — Не беспокойся о других племенах, — посоветовала Белолапа. — Тебе нужно думать только о своих занятиях. Думать только о занятиях. Думать только о занятиях...

   — Белолапа · книга
6. «

   Мне незнакома дружба. Я слишком много знаю, чтобы быть чьим-то другом. Благодари небеса, что тебе никогда не придется познать тяжесть того знания, которое обременяет меня. Я обречен жить вечно, знать все, что было и будет, и не иметь сил ничего изменить...

   Мне незнакома дружба. Я слишком много знаю, чтобы быть чьим-то другом. Благодари небеса, что тебе никогда не придется познать тяжесть того знания, которое обременяет меня. Я обречен жить вечно, знать все, что было и будет, и не иметь сил ничего изменить...

   — Утёс · книга
7. «

   — Ты просто дурак! Что ты делал на моей территории?! — Тонул. — А на своей территории ты не мог этим заниматься? — А кто бы меня там спас?

   — Ты просто дурак! Что ты делал на моей территории?! — Тонул. — А на своей территории ты не мог этим заниматься? — А кто бы меня там спас?

   — Серебрянка · книга
8. «

   Живи настоящим, перестань оглядываться на прошлое!

   Живи настоящим, перестань оглядываться на прошлое!

   — Пепелюшка · книга
9. «

   – Пожалуйста, умоляю! Не трогайте моих котят! Резко развернувшись, Листвяная Звезда увидела, как Коротышка и Уголяшка вдвоем врываются в палатку. Пестрая королева пятилась от них, закрывая телом своих детей. Крапчатая шерсть на ее загривке стояла дыбом, глаза были полны ужаса. Она вытянула вперед переднюю лапу с выпущенными когтями и лихорадочно переводила взгляд с одного воина на другого. В два прыжка Листвяная Звезда очутилась возле палатки и встала между королевой и городскими котами. – Нет! – что есть мочи завизжала она. – Нельзя нападать на котят! Это не их битва, они в ней не участвуют! Коротышка и Уголяшка непонимающе переглянулись. Затем глаза обоих сощурились, и они с подозрением уставились на Листвяную Звезду. – Значит, ты предаешь нас? – прошипел Уголяшка. Бессильное отчаяние охватило Листвяную Звезду. Она не могла сражаться с Коротышкой и Уголяшкой! Они были ее товарищами, но ведь нельзя было позволить им обидеть котят. Внезапно сбоку от нее вырос Кремнешкур. Его черная шерсть была растрепана, кровь тонкой струйкой стекала из расцарапанного лба, но ясные глаза смотрели смело и спокойно. – Нужно перенести котят в безопасное место, – сказала ему Листвяная Звезда. – Нет! – воскликнула пестрая королева. – Я не позволю вам их тронуть! Листвяная Звезда повернулась к ней и как можно спокойнее сказала: – Доверься нам, прошу тебя. Здесь им оставаться нельзя, ты же видишь, что тут творится. Они могут пострадать или даже погибнуть. Молодая королева изумленно вытаращила глаза на незнакомую ей кошку. – Но ведь ты наш враг! – возразила она. – Ты не на нашей стороне. Кремнешкур вышел вперед. – Это у взрослых котов есть стороны, а у котят сторона одна – теплое гнездышко, да живая мать, – веско сказал он. – Мы все обязаны защищать их.

   – Пожалуйста, умоляю! Не трогайте моих котят! Резко развернувшись, Листвяная Звезда увидела, как Коротышка и Уголяшка вдвоем врываются в палатку. Пестрая королева пятилась от них, закрывая телом своих детей. Крапчатая шерсть на ее загривке стояла дыбом, глаза были полны ужаса. Она вытянула вперед переднюю лапу с выпущенными когтями и лихорадочно переводила взгляд с одного воина на другого. В два прыжка Листвяная Звезда очутилась возле палатки и встала между королевой и городскими котами. – Нет! – что есть мочи завизжала она. – Нельзя нападать на котят! Это не их битва, они в ней не участвуют! Коротышка и Уголяшка непонимающе переглянулись. Затем глаза обоих сощурились, и они с подозрением уставились на Листвяную Звезду. – Значит, ты предаешь нас? – прошипел Уголяшка. Бессильное отчаяние охватило Листвяную Звезду. Она не могла сражаться с Коротышкой и Уголяшкой! Они были ее товарищами, но ведь нельзя было позволить им обидеть котят. Внезапно сбоку от нее вырос Кремнешкур. Его черная шерсть была растрепана, кровь тонкой струйкой стекала из расцарапанного лба, но ясные глаза смотрели смело и спокойно. – Нужно перенести котят в безопасное место, – сказала ему Листвяная Звезда. – Нет! – воскликнула пестрая королева. – Я не позволю вам их тронуть! Листвяная Звезда повернулась к ней и как можно спокойнее сказала: – Доверься нам, прошу тебя. Здесь им оставаться нельзя, ты же видишь, что тут творится. Они могут пострадать или даже погибнуть. Молодая королева изумленно вытаращила глаза на незнакомую ей кошку. – Но ведь ты наш враг! – возразила она. – Ты не на нашей стороне. Кремнешкур вышел вперед. – Это у взрослых котов есть стороны, а у котят сторона одна – теплое гнездышко, да живая мать, – веско сказал он. – Мы все обязаны защищать их.

   — Кремнешкур · книга
10. «

    — Угощайся, — великодушно предложил он сестре. — Мне все равно столько не съесть.

    — Угощайся, — великодушно предложил он сестре. — Мне все равно столько не съесть.

    — Львинолап · книга
11. «

    — Племя не может предложить тебе ни легкого пропитания, ни тепла, — продолжала Синяя Звезда. — В сезон голых веток ночи в лесу особенно трудные. От всех членов племени потребуется верность и усердие. Будет много тяжелой работы. Если понадобится, ты должен будешь защищать свое племя — порой ценой собственной жизни. И голодных ртов у нас много. Но за это ты будешь вознагражден. Ты останешься котом. Ты научишься жить в лесу. Ты почувствуешь себя настоящим котом. Сила племени, взаимопомощь котов племени всегда будут с тобой, даже если ты охотишься в одиночку.

    — Племя не может предложить тебе ни легкого пропитания, ни тепла, — продолжала Синяя Звезда. — В сезон голых веток ночи в лесу особенно трудные. От всех членов племени потребуется верность и усердие. Будет много тяжелой работы. Если понадобится, ты должен будешь защищать свое племя — порой ценой собственной жизни. И голодных ртов у нас много. Но за это ты будешь вознагражден. Ты останешься котом. Ты научишься жить в лесу. Ты почувствуешь себя настоящим котом. Сила племени, взаимопомощь котов племени всегда будут с тобой, даже если ты охотишься в одиночку.

    — Синяя звезда · книга
12. «

    Одна ошибка не должна перечеркнуть всё прошлое — а вместе с ним и будущее.

    Одна ошибка не должна перечеркнуть всё прошлое — а вместе с ним и будущее.

    — Невидимая Звезда · книга
13. «

    Но это же война, на войне без потерь не бывает! Главное, мы смогли применить на деле все навыки, которым нас обучают!

    Но это же война, на войне без потерь не бывает! Главное, мы смогли применить на деле все навыки, которым нас обучают!

    — Искра · книга
14. «

    — Приветствую тебя, Невидимая Звезда, — начал он. — Ты заслужила место предводительницы, и Грозовое племя желает тебе всякого благополучия. — Он тепло посмотрел на серую предводительницу. — Нам всем будет не хватать Пятнистой Звезды. Я помню ее еще с тех времен, когда был простым оруженосцем Грозового племени, — произнес Огнезвезд. Он вел себя так, словно Чернозвезд не распинался только что перед всеми племенами. — Я всегда уважал Пятнистую Звезду. Она всей душой была предана Речному племени, однако любовь к своим соплеменникам не мешала ей понимать необходимость сохранения всех лесных племен сильными и жизнестойкими. — Огнезвезд бросил выразительный взгляд на Чернозвезда и продолжал: — Когда Пятнистая Звезда была простой воительницей, ей дали имя Оцелотка. Это имя очень подходило ей, ибо Пятнистая Звезда обладала благородством, храбростью и силой этой могучей и опасной кошки.

    — Приветствую тебя, Невидимая Звезда, — начал он. — Ты заслужила место предводительницы, и Грозовое племя желает тебе всякого благополучия. — Он тепло посмотрел на серую предводительницу. — Нам всем будет не хватать Пятнистой Звезды. Я помню ее еще с тех времен, когда был простым оруженосцем Грозового племени, — произнес Огнезвезд. Он вел себя так, словно Чернозвезд не распинался только что перед всеми племенами. — Я всегда уважал Пятнистую Звезду. Она всей душой была предана Речному племени, однако любовь к своим соплеменникам не мешала ей понимать необходимость сохранения всех лесных племен сильными и жизнестойкими. — Огнезвезд бросил выразительный взгляд на Чернозвезда и продолжал: — Когда Пятнистая Звезда была простой воительницей, ей дали имя Оцелотка. Это имя очень подходило ей, ибо Пятнистая Звезда обладала благородством, храбростью и силой этой могучей и опасной кошки.

    — Огнезвёзд · книга
15. «

    — Знаешь... я во сне немного храплю, — прошептала она. — Вот и славно! — весело отозвался Мика, откусывая от рыбы очередной кусок. — Я тоже! Пёстрая Шёрстка страдальчески закатила глаза. — Надо же, как мне повезло!

    — Знаешь... я во сне немного храплю, — прошептала она. — Вот и славно! — весело отозвался Мика, откусывая от рыбы очередной кусок. — Я тоже! Пёстрая Шёрстка страдальчески закатила глаза. — Надо же, как мне повезло!

    — целительница Бабочка · книга
16. «

    — До свидания, Львинолап, — очень серьёзно ответил Ураган. — Запомни, что я тебе скажу. Жизнь меняет нас, но мы всё равно должны следовать своей дорогой.

    — До свидания, Львинолап, — очень серьёзно ответил Ураган. — Запомни, что я тебе скажу. Жизнь меняет нас, но мы всё равно должны следовать своей дорогой.

    — Ураган · книга
17. «

    — Здесь нет никакого закона, который приказывал бы нам, что делать, а чего не делать. Здесь может произойти все, что угодно. — Он бросил взгляд на Коршуна и снова посмотрел на котов. — В отличие от вашего мирка, ограниченного жалкими правилами и предсказуемостью.

    — Здесь нет никакого закона, который приказывал бы нам, что делать, а чего не делать. Здесь может произойти все, что угодно. — Он бросил взгляд на Коршуна и снова посмотрел на котов. — В отличие от вашего мирка, ограниченного жалкими правилами и предсказуемостью.

    — Звездоцап · книга
18. «

    Каждый может совершить ошибку. Если мы будем отворачиваться от тех, кто однажды оступился, то лишь заставим их ожесточиться и окончательно выбрать путь зла.

    Каждый может совершить ошибку. Если мы будем отворачиваться от тех, кто однажды оступился, то лишь заставим их ожесточиться и окончательно выбрать путь зла.

    — Древесник · книга
19. «

    Голубичка пожалела, что не засунула в мох колючку. Или не сделала еще что-нибудь, чтобы заставить старую кошку рассердиться и начать ворчать. У нее сердце разрывалось видеть ее в таком молчаливом отчаянии. — Не очень сыро? — робко спросила она. — Старые-то гнездышки получше были, — вздохнула Кисточка. — Там пахло Долгохвостом.

    Голубичка пожалела, что не засунула в мох колючку. Или не сделала еще что-нибудь, чтобы заставить старую кошку рассердиться и начать ворчать. У нее сердце разрывалось видеть ее в таком молчаливом отчаянии. — Не очень сыро? — робко спросила она. — Старые-то гнездышки получше были, — вздохнула Кисточка. — Там пахло Долгохвостом.

    — Голубка · книга
20. «

    — Сердцу настоящего воителя не нужны правила! — выпалил он. — Оно просто не способно на зло!

    — Сердцу настоящего воителя не нужны правила! — выпалил он. — Оно просто не способно на зло!

    — Воробей · книга