«Эрин Хантер. Коты-воители» в 60 цитат

Ниже 60 цитат из книги «Эрин Хантер. Коты-воители»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Пятнистая Звезда была доблестной предводительницей, — начала она. Коты согласно закивали и зашептались, а Невидимая Звезда продолжала: — Она была храброй, преданной и была готова на все ради своих соплеменников.

   — Пятнистая Звезда была доблестной предводительницей, — начала она. Коты согласно закивали и зашептались, а Невидимая Звезда продолжала: — Она была храброй, преданной и была готова на все ради своих соплеменников.

   — Невидимая Звезда · книга
2. «

   Каждый может совершить ошибку. Если мы будем отворачиваться от тех, кто однажды оступился, то лишь заставим их ожесточиться и окончательно выбрать путь зла.

   Каждый может совершить ошибку. Если мы будем отворачиваться от тех, кто однажды оступился, то лишь заставим их ожесточиться и окончательно выбрать путь зла.

   — Древесник · книга
3. «

   Прежде чем отойти, она долго смотрела вслед Грачу, который помчался за дичью для упрямого старика. Она солгала Медунице. Что поделать, если даже целители не знают лекарства от разбитого сердца.

   Прежде чем отойти, она долго смотрела вслед Грачу, который помчался за дичью для упрямого старика. Она солгала Медунице. Что поделать, если даже целители не знают лекарства от разбитого сердца.
4. «

   Воин есть воин, живой он или мертвый.

   Воин есть воин, живой он или мертвый.

   — Звездоцап · книга
5. «

   Нет судьбы почётнее, чем отдать свою жизнь, спасая других!

   Нет судьбы почётнее, чем отдать свою жизнь, спасая других!

   — Серое Крыло · книга
6. «

   Лучше проявить излишнюю предосторожность, чем потом плакать о своей беспечности!

   Лучше проявить излишнюю предосторожность, чем потом плакать о своей беспечности!

   — Ольхогрив · книга
7. «

   Разделённая преданность — верный путь к предательству!

   Разделённая преданность — верный путь к предательству!

   — Пятнистая Звезда · книга
8. «

   Великодушие забывается, зато остается долгое эхо слабости.

   Великодушие забывается, зато остается долгое эхо слабости.

   — Огнезвёзд · книга
9. «

   Судьба — это не дорога, с которой кот не может ни шагу ступить в сторону. Всегда есть выбор, и сердце порой говорит гораздо громче разума. В глубине души я всегда знала, как должна поступить, поэтому я и вернулась в племя. Львиносвет, как бы там ни было, я верю, что в глубине своего сердца ты тоже знаешь правильный ответ. Слушай свое сердце, ибо в нем заключено твое истинное предназначение.

   Судьба — это не дорога, с которой кот не может ни шагу ступить в сторону. Всегда есть выбор, и сердце порой говорит гораздо громче разума. В глубине души я всегда знала, как должна поступить, поэтому я и вернулась в племя. Львиносвет, как бы там ни было, я верю, что в глубине своего сердца ты тоже знаешь правильный ответ. Слушай свое сердце, ибо в нем заключено твое истинное предназначение.

   — Листвичка · книга
10. «

    Порой приходится идти на риск, чтобы поступить правильно.

    Порой приходится идти на риск, чтобы поступить правильно.

    — Эхо · книга
11. «

    Доверие сложно заслужить, но очень легко потерять.

    Доверие сложно заслужить, но очень легко потерять.

    — Листвичка · книга
12. «

    — Сердцу настоящего воителя не нужны правила! — выпалил он. — Оно просто не способно на зло!

    — Сердцу настоящего воителя не нужны правила! — выпалил он. — Оно просто не способно на зло!

    — Воробей · книга
13. «

    Быстролап… И Безликая... Мы все трое так мечтали об этом дне… А теперь я буду один.

    Быстролап… И Безликая... Мы все трое так мечтали об этом дне… А теперь я буду один.

    — Терновник · книга
14. «

    В бою мольбы не в чести.

    В бою мольбы не в чести.

    — Остролап · книга
15. «

    — Сейчас пора Голых деревьев… — начал Солнцесвет. «Да что ты говоришь?» — Мы должны стараться изо всех сил, чтобы прокормить свое племя. Но ты даже не пытаешься ничего сделать. Ты ведешь себя так, словно делаешь всем одолжение, все задания выполняешь кое-как, хотя я знаю, что ты способна на большее. Порой мне кажется, что я напрасно теряю время, пытаясь хоть чему-нибудь тебя научить. Ты постоянно грубишь товарищам, и они тебя сторонятся. А теперь, когда все коты должны лезть из шкуры вон, чтобы обеспечить племя едой, ты даже охотиться перестала. Такое впечатление, будто лапы у тебя сделаны из камня, а голова набита перьями! Слова Солнцесвета жалили больнее крапивы, и Синелапка невольно втянула голову в плечи. — Почему соплеменники должны заботиться о тебе, если ты отказываешься заботиться о них?

    — Сейчас пора Голых деревьев… — начал Солнцесвет. «Да что ты говоришь?» — Мы должны стараться изо всех сил, чтобы прокормить свое племя. Но ты даже не пытаешься ничего сделать. Ты ведешь себя так, словно делаешь всем одолжение, все задания выполняешь кое-как, хотя я знаю, что ты способна на большее. Порой мне кажется, что я напрасно теряю время, пытаясь хоть чему-нибудь тебя научить. Ты постоянно грубишь товарищам, и они тебя сторонятся. А теперь, когда все коты должны лезть из шкуры вон, чтобы обеспечить племя едой, ты даже охотиться перестала. Такое впечатление, будто лапы у тебя сделаны из камня, а голова набита перьями! Слова Солнцесвета жалили больнее крапивы, и Синелапка невольно втянула голову в плечи. — Почему соплеменники должны заботиться о тебе, если ты отказываешься заботиться о них?

    — Солнцесвет · книга
16. «

    Живи только днём сегодняшним, пусть не тревожат тебя призраки прошлого. На тебе лежит долг перед племенем. Смирись и прими его.

    Живи только днём сегодняшним, пусть не тревожат тебя призраки прошлого. На тебе лежит долг перед племенем. Смирись и прими его.

    — Щербатая · книга
17. «

    Рождение было давно, преданность существует сейчас. Ее надо доказывать каждым патрулем, каждым куском дичи принесённой в лагерь, каждой битвой.

    Рождение было давно, преданность существует сейчас. Ее надо доказывать каждым патрулем, каждым куском дичи принесённой в лагерь, каждой битвой.

    — Огнезвёзд · книга
18. «

    — Угощайся, — великодушно предложил он сестре. — Мне все равно столько не съесть.

    — Угощайся, — великодушно предложил он сестре. — Мне все равно столько не съесть.

    — Львинолап · книга
19. «

    — Ты сделала великое дело. Твоя сестра гордилась бы тобой. Но Буран уже стал воином — сказал Желудь. — Теперь ты можешь подумать и о своей жизни. — Может быть, — прошептала Синегривка. — Но это невозможно. — Что? — Мы. — Почему? — с болью спросил Желудь. Синегривка удивленно подняла глаза. «Неужели он не понимает?» — Мы принадлежим к разным племенам, — прошептала она. «И у меня есть особое предназначение, которое не оставляет места для семьи! — напомнила она себе. — Я должна возглавить свое племя и стать огнем, который озарит лес». Эти мысли разрывали ей сердце. Синегривка попыталась отбросить их, но они никуда не уходили. Впервые в жизни ее будущее предназначение показалось Синегривке тяжелым, холодным и пустым, как одиночество. Она крепче прижалась к Желудю, чтобы его тепло прогнало грусть. — Если мы будем встречаться тайком, как сегодня, — прошептала она, — все закончится бедой. — Для меня единственная беда, — прошептал Желудь, — это жить без тебя.

    — Ты сделала великое дело. Твоя сестра гордилась бы тобой. Но Буран уже стал воином — сказал Желудь. — Теперь ты можешь подумать и о своей жизни. — Может быть, — прошептала Синегривка. — Но это невозможно. — Что? — Мы. — Почему? — с болью спросил Желудь. Синегривка удивленно подняла глаза. «Неужели он не понимает?» — Мы принадлежим к разным племенам, — прошептала она. «И у меня есть особое предназначение, которое не оставляет места для семьи! — напомнила она себе. — Я должна возглавить свое племя и стать огнем, который озарит лес». Эти мысли разрывали ей сердце. Синегривка попыталась отбросить их, но они никуда не уходили. Впервые в жизни ее будущее предназначение показалось Синегривке тяжелым, холодным и пустым, как одиночество. Она крепче прижалась к Желудю, чтобы его тепло прогнало грусть. — Если мы будем встречаться тайком, как сегодня, — прошептала она, — все закончится бедой. — Для меня единственная беда, — прошептал Желудь, — это жить без тебя.

    — Синегривка · книга
20. «

    Не место красит кота, а кот место!

    Не место красит кота, а кот место!

    — целительница Бабочка · книга