26 цитат из книги «Этель Лилиан Войнич. Прерванная дружба» — читать онлайн

Собрали 26 цитат из книги «Этель Лилиан Войнич. Прерванная дружба» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Интересно, сколько может человек вынести? – Много, – угрюмо ответил Маршан. – И самого разнообразного.

   — Интересно, сколько может человек вынести? – Много, – угрюмо ответил Маршан. – И самого разнообразного.

   — Феликс Риварес · книга
2. «

   Быть держателем акций – какое приятное чувство обеспеченности!

   Быть держателем акций – какое приятное чувство обеспеченности!

   — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
3. «

   Дело в том, что мы все одиноки… Можно при случае спасти человеку жизнь или подлечить его – вот почти и всё, что один человек может сделать для другого.

   Дело в том, что мы все одиноки… Можно при случае спасти человеку жизнь или подлечить его – вот почти и всё, что один человек может сделать для другого.

   — Маршан · книга
4. «

   Сейчас я уже достаточно отвечаю за свои слова, чтобы знать, что я за них не отвечаю.

   Сейчас я уже достаточно отвечаю за свои слова, чтобы знать, что я за них не отвечаю.

   — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
5. «

   — Думать, что боишься, — лучше смерти. Действительно бояться — хуже смерти. — Значит, вы полагаете, бесстрашие — это скорее уверенность в том, что ты не боишься, а не отсутствие страха на самом деле? — Может быть, нам лучше уточнить формулировки? Что вы называете бесстрашием? — Вам лучше знать. — Но я не знаю, если только это не осмысленный страх, который не мешает видеть вещи в истинном свете. — Это для меня слишком тонко. — Разве? Видите ли, прежде чем стать клоуном, я изучал философию. Сложное сочетание, не правда ли? Вот, например, Маршан считает, что в тот вторник я вёл себя мужественно, всего лишь потому, что я лежал смирно и не жаловался. Он бы тоже лежал смирно, если бы корчиться было ещё больнее. И какие уж там жалобы, когда тебя словно сжигают живьём? Тут уж можно или визжать, как свинья, которую режут, или лежать совсем тихо. Во втором случае приобретаешь репутацию храбреца.

   — Думать, что боишься, — лучше смерти. Действительно бояться — хуже смерти. — Значит, вы полагаете, бесстрашие — это скорее уверенность в том, что ты не боишься, а не отсутствие страха на самом деле? — Может быть, нам лучше уточнить формулировки? Что вы называете бесстрашием? — Вам лучше знать. — Но я не знаю, если только это не осмысленный страх, который не мешает видеть вещи в истинном свете. — Это для меня слишком тонко. — Разве? Видите ли, прежде чем стать клоуном, я изучал философию. Сложное сочетание, не правда ли? Вот, например, Маршан считает, что в тот вторник я вёл себя мужественно, всего лишь потому, что я лежал смирно и не жаловался. Он бы тоже лежал смирно, если бы корчиться было ещё больнее. И какие уж там жалобы, когда тебя словно сжигают живьём? Тут уж можно или визжать, как свинья, которую режут, или лежать совсем тихо. Во втором случае приобретаешь репутацию храбреца.

   — Рене · книга
6. «

   …Как же будете звать меня вы? Феликсом? Это имя так же мало для меня значит, как и Риварес. Я увидел их на вывеске в Кито. Должно же у человека быть имя.

   …Как же будете звать меня вы? Феликсом? Это имя так же мало для меня значит, как и Риварес. Я увидел их на вывеске в Кито. Должно же у человека быть имя.

   — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
7. «

   – Объясни мне, Рене, что в твоей жизни стоит слов «благодарю тебя, боже»? Разве он дал тебе так много? – Что? Да каждый луч солнца, каждая травинка, летний отпуск, душистый майоран, география и больше всего ты, моя несравненная Маргарита. Мне хочется благодарить бога за всю тебя, от кончиков волос до кончиков пальцев.

   – Объясни мне, Рене, что в твоей жизни стоит слов «благодарю тебя, боже»? Разве он дал тебе так много? – Что? Да каждый луч солнца, каждая травинка, летний отпуск, душистый майоран, география и больше всего ты, моя несравненная Маргарита. Мне хочется благодарить бога за всю тебя, от кончиков волос до кончиков пальцев.

   — Маргарита де Мартерель · книга
8. «

   Иным взамен удачи даётся ясность понимания.

   Иным взамен удачи даётся ясность понимания.

   — Этьен де Мартерель · книга
9. «

   …Человеку приходится считаться со слабостями собственной натуры: так уж он устроен, что не может жить совсем без привязанностей.

   …Человеку приходится считаться со слабостями собственной натуры: так уж он устроен, что не может жить совсем без привязанностей.
10. «

    — Ах, Рене, Рене, вы навсегда останетесь ребенком! — Вежливый намек на то, что я навсегда останусь ослом? — Скажем — херувимом.

    — Ах, Рене, Рене, вы навсегда останетесь ребенком! — Вежливый намек на то, что я навсегда останусь ослом? — Скажем — херувимом.

    — Рене · книга
11. «

    Франсуаза, женщина бесхитростная да к тому же не имевшая ни минуты свободного времени, не обременяла себя отвлечёнными размышлениями о разнице между долгом матери и долгом отца и не раздумывая рисковала жизнью, оберегая в то же время от болезни своего мужа. Жизнь выдающегося учёного была слишком драгоценна, чтобы подвергать её опасности. Он же ни во что не вмешивался – не из трусости, а просто потому, что он вообще никогда ни во что не вмешивался.

    Франсуаза, женщина бесхитростная да к тому же не имевшая ни минуты свободного времени, не обременяла себя отвлечёнными размышлениями о разнице между долгом матери и долгом отца и не раздумывая рисковала жизнью, оберегая в то же время от болезни своего мужа. Жизнь выдающегося учёного была слишком драгоценна, чтобы подвергать её опасности. Он же ни во что не вмешивался – не из трусости, а просто потому, что он вообще никогда ни во что не вмешивался.
12. «

    Тот, кто подслушивает, ничего хорошего о себе не услышит.

    Тот, кто подслушивает, ничего хорошего о себе не услышит.

    — Маргарита де Мартерель · книга
13. «

    …Когда человек спасает многих, то среди них может оказаться и несколько мелких душонок.

    …Когда человек спасает многих, то среди них может оказаться и несколько мелких душонок.

    — Рене де Мартерель · книга
14. «

    …Когда мы притворяемся, что расположены к людям, которых на самом деле ненавидим, то становимся к ним ещё более несправедливыми.

    …Когда мы притворяемся, что расположены к людям, которых на самом деле ненавидим, то становимся к ним ещё более несправедливыми.

    — Маргарита де Мартерель · книга
15. «

    Если ты когда-нибудь повстречаешь человека, и он покажется тебе... непохожим на тебя и на других... одного из тех редких людей, которые проходят среди нас как ослепительные звезды... постарайся не забыть, что знать таких людей — большое счастье, но любить их опасно.

    Если ты когда-нибудь повстречаешь человека, и он покажется тебе... непохожим на тебя и на других... одного из тех редких людей, которые проходят среди нас как ослепительные звезды... постарайся не забыть, что знать таких людей — большое счастье, но любить их опасно.
16. «

    Ведь богу всё равно. Он привык спасать мир ценой чужих страданий.

    Ведь богу всё равно. Он привык спасать мир ценой чужих страданий.

    — Феликс Риварес · книга
17. «

    …Признания в любви нельзя повторять.

    …Признания в любви нельзя повторять.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
18. «

    …Мир так демократичен! Даже камеру смертника приходится делить с другими.

    …Мир так демократичен! Даже камеру смертника приходится делить с другими.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
19. «

    Когда человек загнан в угол, он способен на всё.

    Когда человек загнан в угол, он способен на всё.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
20. «

    В большинстве своем люди относятся к тебе хорошо, лишь когда ты не доверяешь им и не показываешь, что тебе больно.

    В большинстве своем люди относятся к тебе хорошо, лишь когда ты не доверяешь им и не показываешь, что тебе больно.