17 фраз из книги «Эжен Сю. Парижские тайны» для дневника

Собрали 17 цитат из книги «Эжен Сю. Парижские тайны» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Склонность к анализу, умение сравнивать и самокритичность — непременные качества живого ума. Людей бойких и гордых он заставляет во всем сомневаться и восставать против всех. Людей робких и застенчивых он заставляет сомневаться в себе и восставать против себя. Мы осуждаем первых, но они сами оправдывают себя. Мы оправдываем вторых, но они сами себя осуждают.

   Склонность к анализу, умение сравнивать и самокритичность — непременные качества живого ума. Людей бойких и гордых он заставляет во всем сомневаться и восставать против всех. Людей робких и застенчивых он заставляет сомневаться в себе и восставать против себя. Мы осуждаем первых, но они сами оправдывают себя. Мы оправдываем вторых, но они сами себя осуждают.
2. «

   Счастье делает привлекательными даже дурнушек.

   Счастье делает привлекательными даже дурнушек.
3. «

   Жизнь, какая она есть, превосходна! Если не верите, порасспросите тех, кто с тупым взглядом и громким хохотом нетвёрдым шагом выбирается на улицу после весёлой пирушки!

   Жизнь, какая она есть, превосходна! Если не верите, порасспросите тех, кто с тупым взглядом и громким хохотом нетвёрдым шагом выбирается на улицу после весёлой пирушки!
4. «

   Государство тратит каждый год миллионы на бесполезные наказания за преступления. На эти огромные средства оно содержит узников и стражников, часовых и надсмотрщиков, эшафоты и палачей. Может быть, это необходимо. Пусть будет так. Но сколько тратит государство на вознаграждения добрых людей?

   Государство тратит каждый год миллионы на бесполезные наказания за преступления. На эти огромные средства оно содержит узников и стражников, часовых и надсмотрщиков, эшафоты и палачей. Может быть, это необходимо. Пусть будет так. Но сколько тратит государство на вознаграждения добрых людей?
5. «

   Горе нелюдимо и эгоистично.

   Горе нелюдимо и эгоистично.
6. «

   Нет ничего полезнее для тела, чем холодный эгоизм; человек долго сохраняет молодость с этим куском льда в груди.

   Нет ничего полезнее для тела, чем холодный эгоизм; человек долго сохраняет молодость с этим куском льда в груди.
7. «

   А что такое стыд, позор для отверженных, которые ежедневно закаляют душу в адском горниле, которые проходят через все стадии подлости в этой школе, где они взаимно влекут друг друга к гибели, где наиболее опасные преступники считаются наиболее уважаемыми людьми? Таковы последствия современной системы наказаний.

   А что такое стыд, позор для отверженных, которые ежедневно закаляют душу в адском горниле, которые проходят через все стадии подлости в этой школе, где они взаимно влекут друг друга к гибели, где наиболее опасные преступники считаются наиболее уважаемыми людьми? Таковы последствия современной системы наказаний.
8. «

   Женщина может пожертвовать своим покоем, своей честью ради мужчины, но она никогда не простит ему, если он поставит ее в унизительное или смешное положение.

   Женщина может пожертвовать своим покоем, своей честью ради мужчины, но она никогда не простит ему, если он поставит ее в унизительное или смешное положение.
9. «

   В разгаре обрушившихся на человека невзгод наступает такая пора, когда будущее рисуется столь ужасным, что даже самые энергические натуры, не решаясь взглянуть прямо в лицо своим бедам, закрывают глаза и стараются обмануть себя безрассудными иллюзиями.

   В разгаре обрушившихся на человека невзгод наступает такая пора, когда будущее рисуется столь ужасным, что даже самые энергические натуры, не решаясь взглянуть прямо в лицо своим бедам, закрывают глаза и стараются обмануть себя безрассудными иллюзиями.
10. «

    Нет ничего более переменчивого, чем страсти толпы, её внезапные обращения от зла к добру и от добра ко злу.

    Нет ничего более переменчивого, чем страсти толпы, её внезапные обращения от зла к добру и от добра ко злу.
11. «

    Читатель должен приготовиться к тому, что он станет свидетелем самых жестоких сцен.

    Читатель должен приготовиться к тому, что он станет свидетелем самых жестоких сцен.
12. «

    Привычка к страданиям, к бедам столь велика у некоторых, людей, что их разум отказывается допустить возможность иного, более светлого будущего.

    Привычка к страданиям, к бедам столь велика у некоторых, людей, что их разум отказывается допустить возможность иного, более светлого будущего.
13. «

    Странный, фатальный символ! Мы представляем себе правосудие богиней с повязкой на глазах; в одной руке – карающий меч, в другой – весы, на которых взвешиваются доводы защиты и обвинения. Но это не облик правосудия. Это облик закона, вернее человека, который карает или милует по своему усмотрению. Правосудие держало бы в одной руке шпагу, а в другой – корону, чтобы одной рукой поражать злодеев, а другой – увенчивать праведников.

    Странный, фатальный символ! Мы представляем себе правосудие богиней с повязкой на глазах; в одной руке – карающий меч, в другой – весы, на которых взвешиваются доводы защиты и обвинения. Но это не облик правосудия. Это облик закона, вернее человека, который карает или милует по своему усмотрению. Правосудие держало бы в одной руке шпагу, а в другой – корону, чтобы одной рукой поражать злодеев, а другой – увенчивать праведников.
14. «

    Возвышенная любовь, если даже на нее не отвечают взаимностью, находит известное утешение в нежной дружбе, в чувстве уважения, которым женщина, достойная обожания, неизменно вознаграждает любящего ее человека, если она не может ответить ему более нежным чувством. Если такая награда и не утешает горе злосчастного возлюбленного, если его отчаяние столь же неисцелимо, как и его любовь, он может, по крайней мере, открыто признаваться в своей несчастной любви и даже гордиться ею... Но чем можно вознаградить дикую страсть, плотское влечение, которое доходит до неистовства?

    Возвышенная любовь, если даже на нее не отвечают взаимностью, находит известное утешение в нежной дружбе, в чувстве уважения, которым женщина, достойная обожания, неизменно вознаграждает любящего ее человека, если она не может ответить ему более нежным чувством. Если такая награда и не утешает горе злосчастного возлюбленного, если его отчаяние столь же неисцелимо, как и его любовь, он может, по крайней мере, открыто признаваться в своей несчастной любви и даже гордиться ею... Но чем можно вознаградить дикую страсть, плотское влечение, которое доходит до неистовства?
15. «

    Я счастлив, что природа не создала вас художником — все они исчадья ада!

    Я счастлив, что природа не создала вас художником — все они исчадья ада!

    — Альфред Пипле · книга
16. «

    ... постоянно слыша эту старую пустозвонную погремушку, блестящую и громкую, видя этот надутый мыльный пузырь, великолепно разукрашенный, но никчемный, который являет собой театральную и ребячливую сторону верховной власти, монсеньор еще острее чувствует всю тщету этого бесплодного великолепия и, в силу контраста, ему приходят при созерцании блистательного камергера самые серьезные и плодотворные мысли.

    ... постоянно слыша эту старую пустозвонную погремушку, блестящую и громкую, видя этот надутый мыльный пузырь, великолепно разукрашенный, но никчемный, который являет собой театральную и ребячливую сторону верховной власти, монсеньор еще острее чувствует всю тщету этого бесплодного великолепия и, в силу контраста, ему приходят при созерцании блистательного камергера самые серьезные и плодотворные мысли.

    — Вальтер Мэрф · книга
17. «

    Долг общества — предупреждать зло и не только поддерживать, но и вознаграждать добро.

    Долг общества — предупреждать зло и не только поддерживать, но и вознаграждать добро.