18 цитат из книги «Франсуаза Саган. Смутная улыбка» с глубоким смыслом

Собрали 18 цитат из книги «Франсуаза Саган. Смутная улыбка» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Куда более разумно всё-таки наделять какими-то качествами других, чем признавать свои недостатки.

   Куда более разумно всё-таки наделять какими-то качествами других, чем признавать свои недостатки.
2. «

   Жить, в конце концов, значило устраиваться как-нибудь так, чтобы быть максимально довольным. Но и это не так легко.

   Жить, в конце концов, значило устраиваться как-нибудь так, чтобы быть максимально довольным. Но и это не так легко.
3. «

   А мне они [морщинки] кажутся восхитительными. Надо прожить много ночей, побывать во многих странах, увидеть много лиц, чтобы получить эти две крошечные черточки... Вам они идут. И потом, они оживляют лицо. Я не знаю, но, по-моему, это красиво, выразительно, это волнует. Я терпеть не могу гладкие лица.

   А мне они [морщинки] кажутся восхитительными. Надо прожить много ночей, побывать во многих странах, увидеть много лиц, чтобы получить эти две крошечные черточки... Вам они идут. И потом, они оживляют лицо. Я не знаю, но, по-моему, это красиво, выразительно, это волнует. Я терпеть не могу гладкие лица.
4. «

   И я представила себе этот окончательный разрыв в виде письма Люку, изящного, благородного, объясняющего ему, что все кончено. Но письмо интересовало меня лишь в той мере, в какой его изящество и благородство снова приводили меня к Люку. Едва я мысленно пускала в ход это жестокое средство и порывала с Люком, как немедленно начинала думать о примирении.

   И я представила себе этот окончательный разрыв в виде письма Люку, изящного, благородного, объясняющего ему, что все кончено. Но письмо интересовало меня лишь в той мере, в какой его изящество и благородство снова приводили меня к Люку. Едва я мысленно пускала в ход это жестокое средство и порывала с Люком, как немедленно начинала думать о примирении.
5. «

   Всегда приятно видеть весёлыми людей, которым мы причинил огорчение.

   Всегда приятно видеть весёлыми людей, которым мы причинил огорчение.
6. «

   Я не могла сказать, что всюду вижу или, по крайней мере, хочу увидеть его машину, что я без конца начинаю набирать его номер телефона, но не доканчиваю, что, возвращаясь, я лихорадочно расспрашиваю консьержку, что все сводится к нему и что я просто ненавижу себя. Я ни на что не имела права. Ни на что, даже если в этот момент рядом со мной его лицо, руки, его нежный голос, все это невыносимое прошлое.

   Я не могла сказать, что всюду вижу или, по крайней мере, хочу увидеть его машину, что я без конца начинаю набирать его номер телефона, но не доканчиваю, что, возвращаясь, я лихорадочно расспрашиваю консьержку, что все сводится к нему и что я просто ненавижу себя. Я ни на что не имела права. Ни на что, даже если в этот момент рядом со мной его лицо, руки, его нежный голос, все это невыносимое прошлое.
7. «

   Очень любопытно наблюдать, как жизнь ставит свою подпись под параграфами романтических соглашений.

   Очень любопытно наблюдать, как жизнь ставит свою подпись под параграфами романтических соглашений.
8. «

   Лучше быть счастливой или несчастной, чем вообще ничего.

   Лучше быть счастливой или несчастной, чем вообще ничего.

   — Доминика · книга
9. «

   Отчаяние – это холодная дрожь, нервный смешок, неотвязная апатия.

   Отчаяние – это холодная дрожь, нервный смешок, неотвязная апатия.
10. «

    Всегда приятно видеть веселыми людей, которым мы причинили огорчение. Это меньше расстраивает.

    Всегда приятно видеть веселыми людей, которым мы причинили огорчение. Это меньше расстраивает.
11. «

    Стиль юной холодной дикарки — «Мои зубы белей, чем снег, моё сердце черней, чем ночь» .

    Стиль юной холодной дикарки — «Мои зубы белей, чем снег, моё сердце черней, чем ночь» .
12. «

    Я думала: «Люк не любит меня», и сердце начинало глухо щемить. Я повторяла себе это и снова чувствовала боль, порой довольно острую. Тогда мне казалось, что какого-то успеха я достигла: раз я могу управлять этой глухой болью, преданной, вооруженной до зубов, готовой явиться по первому зову, стало быть, я ею распоряжаюсь. Я говорила: «Люк не любит меня», и все сжималось у меня внутри. Но притом что я могла почти всегда вызывать эту боль по своему желанию, я не могла помешать ей непроизвольно возникнуть во время лекции или за завтраком, захватить меня врасплох и заставить мучиться. И не могла больше помешать этому повседневному и оправданному ощущению тоски и амебности собственного существования среди постоянных дождей, утренней усталости, пресных лекций, разговоров. Я страдала. Я говорила себе, что страдаю, с иронией, любопытством, не знаю как еще, лишь бы избежать жалкой очевидности неразделенной любви.

    Я думала: «Люк не любит меня», и сердце начинало глухо щемить. Я повторяла себе это и снова чувствовала боль, порой довольно острую. Тогда мне казалось, что какого-то успеха я достигла: раз я могу управлять этой глухой болью, преданной, вооруженной до зубов, готовой явиться по первому зову, стало быть, я ею распоряжаюсь. Я говорила: «Люк не любит меня», и все сжималось у меня внутри. Но притом что я могла почти всегда вызывать эту боль по своему желанию, я не могла помешать ей непроизвольно возникнуть во время лекции или за завтраком, захватить меня врасплох и заставить мучиться. И не могла больше помешать этому повседневному и оправданному ощущению тоски и амебности собственного существования среди постоянных дождей, утренней усталости, пресных лекций, разговоров. Я страдала. Я говорила себе, что страдаю, с иронией, любопытством, не знаю как еще, лишь бы избежать жалкой очевидности неразделенной любви.
13. «

    Отчаяние — какое странное чувство; и странно, что после этого выживают.

    Отчаяние — какое странное чувство; и странно, что после этого выживают.
14. «

    Опыт — это сумма совершенных ошибок, а также ошибок, которых, увы, не удалось совершить.

    Опыт — это сумма совершенных ошибок, а также ошибок, которых, увы, не удалось совершить.
15. «

    В двадцать лет ещё можно позволить себе беспричинный смех.

    В двадцать лет ещё можно позволить себе беспричинный смех.
16. «

    Если бы я был способен хоть на что-нибудь, я бы полюбил тебя.

    Если бы я был способен хоть на что-нибудь, я бы полюбил тебя.
17. «

    Я — женщина, любившая мужчину. Это так просто: не из-за чего тут меняться в лице.

    Я — женщина, любившая мужчину. Это так просто: не из-за чего тут меняться в лице.

    — Доминика · книга
18. «

    Женщины с претензиями сразу же становятся смешны; мужчинам же это придает обманчивую мужественность.

    Женщины с претензиями сразу же становятся смешны; мужчинам же это придает обманчивую мужественность.