40 цитат из книги «Фредерик Бегбедер. 99 франков» с глубоким смыслом

40 цитат из книги «Фредерик Бегбедер. 99 франков» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если хочешь удержаться на поверхности воды, необходимо, чтобы под ногами был провал.

   Если хочешь удержаться на поверхности воды, необходимо, чтобы под ногами был провал.
2. «

   Решено пока ничего не решать.

   Решено пока ничего не решать.
3. «

   Прямо не верится, до какого идиотства можно довести пятидесятилетнего мужика, имея тонкую талию и умея работать языком.

   Прямо не верится, до какого идиотства можно довести пятидесятилетнего мужика, имея тонкую талию и умея работать языком.
4. «

   Каждая мелочь обретает ценность, когда главное утрачивает смысл.

   Каждая мелочь обретает ценность, когда главное утрачивает смысл.
5. «

   Скоро государства сменятся фирмами. И мы перестанем быть гражданами той или иной страны, мы будем жить в торговых марках – Майкрософтии или Макдоналдии – и зваться келвинкляйнитянами или ивсенлоранцами.

   Скоро государства сменятся фирмами. И мы перестанем быть гражданами той или иной страны, мы будем жить в торговых марках – Майкрософтии или Макдоналдии – и зваться келвинкляйнитянами или ивсенлоранцами.
6. «

   Мы накачиваемся «дурью»: нам уже мало алкоголя и музыки, чтобы разговаривать друг с другом.

   Мы накачиваемся «дурью»: нам уже мало алкоголя и музыки, чтобы разговаривать друг с другом.
7. «

   Пропаганда утрачивает силу, как только становится явной.

   Пропаганда утрачивает силу, как только становится явной.
8. «

   Реклама — это техника запудривания мозгов, изобретённая в 1899 г. американцем Альбертом Дэвисом Ласкером, а в тридцатые годы нашего века её блестяще усовершенствовал некий Йозеф Геббельс — с целью убедить немецкий народ посжигать всех евреев.

   Реклама — это техника запудривания мозгов, изобретённая в 1899 г. американцем Альбертом Дэвисом Ласкером, а в тридцатые годы нашего века её блестяще усовершенствовал некий Йозеф Геббельс — с целью убедить немецкий народ посжигать всех евреев.
9. «

   Почему мы понимаем, что любим человека, только после того, как он ушёл?

   Почему мы понимаем, что любим человека, только после того, как он ушёл?
10. «

    Я её больше не люблю, но всегда буду любить, хотя любил недостаточно сильно, притом что всегда любил, не любя так, как нужно было любить.

    Я её больше не люблю, но всегда буду любить, хотя любил недостаточно сильно, притом что всегда любил, не любя так, как нужно было любить.
11. «

    Когда кто-то решается наконец сказать тебе правду в лицо, это значит, что уже ПОЧТИ слишком поздно.

    Когда кто-то решается наконец сказать тебе правду в лицо, это значит, что уже ПОЧТИ слишком поздно.

    — Октав · книга
12. «

    И если я вечно уходил из дому по вечерам, то лишь потому, что готовился к бессоным ночам у твоей кроватки.

    И если я вечно уходил из дому по вечерам, то лишь потому, что готовился к бессоным ночам у твоей кроватки.

    — Октав · книга
13. «

    И вот она целует тебя — напоследок, — и ты выпускаешь ее хрупкое запястье. Ты даешь ей уйти, потому что ты всегда всем даешь уйти.

    И вот она целует тебя — напоследок, — и ты выпускаешь ее хрупкое запястье. Ты даешь ей уйти, потому что ты всегда всем даешь уйти.
14. «

    Я знаю много злых мужчин, которые притворяются добренькими, но ты — редкая птица: добрый, а изображаешь злого.

    Я знаю много злых мужчин, которые притворяются добренькими, но ты — редкая птица: добрый, а изображаешь злого.
15. «

    Я — тот самый тип, что продаёт вам разное дерьмо. Тот, что заставляет вас мечтать о вещах, которых у вас никогда не будет. О вечно лазурных небесах, о неизменно соблазнительных красотках, об идеальном счастье, подкрашенном в PhotoShop'e...

    Я — тот самый тип, что продаёт вам разное дерьмо. Тот, что заставляет вас мечтать о вещах, которых у вас никогда не будет. О вечно лазурных небесах, о неизменно соблазнительных красотках, об идеальном счастье, подкрашенном в PhotoShop'e...

    — Октав · книга
16. «

    Самые безумные — это разумеется, те, кто считает себя самыми нормальными.

    Самые безумные — это разумеется, те, кто считает себя самыми нормальными.
17. «

    Никогда не считайте людей дураками, но никогда не забывайте, что они и есть дураки.

    Никогда не считайте людей дураками, но никогда не забывайте, что они и есть дураки.
18. «

    Мы все — проститутки. Девяносто пять процентов людей согласились бы переспать с кем угодно за десять тысяч франков.

    Мы все — проститутки. Девяносто пять процентов людей согласились бы переспать с кем угодно за десять тысяч франков.
19. «

    После тридцати все мы одеваемся плотной броней: пережив несколько любовных катастроф, женщины бегут от этой опасности, встречаясь с надёжными пожилыми олухами; мужчины, также опасаясь любви, утешаются с «лолитами» или проститутками; каждый сидит в своей скорлупке, никто не хочет оказаться смешным или несчастным. Ты скорбишь о том возрасте, когда любовь не причиняла боли. В шестнадцать лет ты ухаживал за девчонками, бросал их (или они бросали тебя) и не маялся никакими особыми комплексами: раз-два и дело в шляпе. Так отчего же с годами всё это приобретает такое значение? По логике вещей, должно быть наоборот: драмы в отрочестве, пустяки — после тридцати. Но, увы! — не получается.

    После тридцати все мы одеваемся плотной броней: пережив несколько любовных катастроф, женщины бегут от этой опасности, встречаясь с надёжными пожилыми олухами; мужчины, также опасаясь любви, утешаются с «лолитами» или проститутками; каждый сидит в своей скорлупке, никто не хочет оказаться смешным или несчастным. Ты скорбишь о том возрасте, когда любовь не причиняла боли. В шестнадцать лет ты ухаживал за девчонками, бросал их (или они бросали тебя) и не маялся никакими особыми комплексами: раз-два и дело в шляпе. Так отчего же с годами всё это приобретает такое значение? По логике вещей, должно быть наоборот: драмы в отрочестве, пустяки — после тридцати. Но, увы! — не получается.
20. «

    Есть нечто худшее, чем жизнь с тобой, — это жизнь без тебя.

    Есть нечто худшее, чем жизнь с тобой, — это жизнь без тебя.