66 цитат из книги «Фредерик Бегбедер. Каникулы в коме» для вдохновения

66 цитат из книги «Фредерик Бегбедер. Каникулы в коме» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Завтра — это поцелуй в шею. Капля дождичка на лбу. Завтра — это поехавший чулок и упавшая с плеча бретелька. Завтра — день вечного Великого поста. Завтра ночь пройдет в тишине.

   Завтра — это поцелуй в шею. Капля дождичка на лбу. Завтра — это поехавший чулок и упавшая с плеча бретелька. Завтра — день вечного Великого поста. Завтра ночь пройдет в тишине.
2. «

   На лице безразлично-презрительное выражение – как у всех женщин, которых в настоящем кадрят гораздо реже, чем в прошлом.

   На лице безразлично-презрительное выражение – как у всех женщин, которых в настоящем кадрят гораздо реже, чем в прошлом.
3. «

   Он не желает ничему отдаться целиком – ведь тогда пришлось бы выбирать.

   Он не желает ничему отдаться целиком – ведь тогда пришлось бы выбирать.
4. «

   Накладывать на себя руки следует публично. Я допускаю, что при необходимости убийство может быть совершено в укромном месте, но самоубийство всегда должно быть актом эксгибиционизма.

   Накладывать на себя руки следует публично. Я допускаю, что при необходимости убийство может быть совершено в укромном месте, но самоубийство всегда должно быть актом эксгибиционизма.
5. «

   Забавный парадокс: болтуны, как правило, остаются в одиночестве.

   Забавный парадокс: болтуны, как правило, остаются в одиночестве.
6. «

   Три слагаемых успеха на «Н»: Напор, Наглость и Независимость.

   Три слагаемых успеха на «Н»: Напор, Наглость и Независимость.

   — Фредерик Бегбедер · книга
7. «

   Если хотите правду, то человек — вовсе не мыслящий тростник: человек — это мыслящий робот.

   Если хотите правду, то человек — вовсе не мыслящий тростник: человек — это мыслящий робот.
8. «

   — А он ничего внешне. — Кто? Этот карлик? — Ты ревнуешь? — Я не ревную к гномам.

   — А он ничего внешне. — Кто? Этот карлик? — Ты ревнуешь? — Я не ревную к гномам.

   — Марк Марронье · книга
9. «

   Я люблю во всем оказываться вторым. У меня к этому талант.

   Я люблю во всем оказываться вторым. У меня к этому талант.
10. «

    Каждый борется за себя, как может. Некоторые пытаются вести беседы, несмотря на шум. Им приходится часто повторять слова и постоянно напрягать притупившийся слух. Но на дискотеке кричать бесполезно. Чаще всего дело кончается тем, что собеседники невпопад обмениваются номерами телефонов, нацарапанными на тыльной стороне ладони, и откладывают беседу до лучших времен. Другие танцуют, держа в руках стаканы и вперив в них взгляд. Время от времени они сильно рискуют, поднося их к губам: при этом любое неловкое движение локтя соседа ведет к тому, что они обливают себя. Поскольку на дорожке невозможно ни пить, ни разговаривать, созерцание собственных ботинок представляется Марку вполне этически допустимым занятием. Не стоит думать, что вся абсурдность ситуации ускользнула от него. Напротив, никогда он столь ясно не осознавал свою принадлежность к классу юных идиотов из хороших семей, как в этом одиночестве посреди толпы охваченных энтузиазмом безумцев, на этом беломраморном полу, воображая себя бунтарём, при том, что принадлежит он к весьма привилегированной касте, в то время как миллионы людей спят на улице при температуре ниже 15С, подложив под себя лист гофрированного картона. Он всё это знает и именно поэтому уставился в пол.

    Каждый борется за себя, как может. Некоторые пытаются вести беседы, несмотря на шум. Им приходится часто повторять слова и постоянно напрягать притупившийся слух. Но на дискотеке кричать бесполезно. Чаще всего дело кончается тем, что собеседники невпопад обмениваются номерами телефонов, нацарапанными на тыльной стороне ладони, и откладывают беседу до лучших времен. Другие танцуют, держа в руках стаканы и вперив в них взгляд. Время от времени они сильно рискуют, поднося их к губам: при этом любое неловкое движение локтя соседа ведет к тому, что они обливают себя. Поскольку на дорожке невозможно ни пить, ни разговаривать, созерцание собственных ботинок представляется Марку вполне этически допустимым занятием. Не стоит думать, что вся абсурдность ситуации ускользнула от него. Напротив, никогда он столь ясно не осознавал свою принадлежность к классу юных идиотов из хороших семей, как в этом одиночестве посреди толпы охваченных энтузиазмом безумцев, на этом беломраморном полу, воображая себя бунтарём, при том, что принадлежит он к весьма привилегированной касте, в то время как миллионы людей спят на улице при температуре ниже 15С, подложив под себя лист гофрированного картона. Он всё это знает и именно поэтому уставился в пол.
11. «

    — Анна, запомни главное: самые скучные минуты в жизни любого мужчины — между эякуляцией и следующей эрекцией.

    — Анна, запомни главное: самые скучные минуты в жизни любого мужчины — между эякуляцией и следующей эрекцией.
12. «

    ...он хочет пирожное с абрикосовым конфитюром, очень липкое, чтобы съесть его, сидя на песке и глядя на волны, – неважно где. Конфитюр будет течь у него по пальцам, и его нужно будет слизывать, все это море сахара, пока оно не превратилось в карамельку под лучами солнца. В небе глупо пролетит самолет, волоча за собой рекламу крема для загара, и в ответ он размажет абрикосовый конфитюр по своему лицу, и отразившиеся от него ультрафиолетовые лучи срикошетят обратно в мировой эфир.

    ...он хочет пирожное с абрикосовым конфитюром, очень липкое, чтобы съесть его, сидя на песке и глядя на волны, – неважно где. Конфитюр будет течь у него по пальцам, и его нужно будет слизывать, все это море сахара, пока оно не превратилось в карамельку под лучами солнца. В небе глупо пролетит самолет, волоча за собой рекламу крема для загара, и в ответ он размажет абрикосовый конфитюр по своему лицу, и отразившиеся от него ультрафиолетовые лучи срикошетят обратно в мировой эфир.
13. «

    Вообразите, что было бы, если бы библиотекари стали сами писать книги, а хранители музеев – рисовать.

    Вообразите, что было бы, если бы библиотекари стали сами писать книги, а хранители музеев – рисовать.
14. «

    У него всегда при себе паспорт, чтобы в любой момент отправиться куда угодно. Именно поэтому он никуда и не едет.

    У него всегда при себе паспорт, чтобы в любой момент отправиться куда угодно. Именно поэтому он никуда и не едет.
15. «

    Сегодня весь мир дро**т! Мастурбация – новый опиум для народа! Онанисты всех стран, соединяйтесь! Добьемся мы освобождения своею собственной рукой!

    Сегодня весь мир дро**т! Мастурбация – новый опиум для народа! Онанисты всех стран, соединяйтесь! Добьемся мы освобождения своею собственной рукой!
16. «

    Вечеринка, которая начинается с давки у дверей, притом что внутри нет ни души, это – правильная вечеринка.

    Вечеринка, которая начинается с давки у дверей, притом что внутри нет ни души, это – правильная вечеринка.
17. «

    Как только в мир пришел СПИД, все стало супер сексуальным, вот только трах***ся почти перестали.

    Как только в мир пришел СПИД, все стало супер сексуальным, вот только трах***ся почти перестали.
18. «

    С чего это все вы решили уподобить меня себе?

    С чего это все вы решили уподобить меня себе?
19. «

    Вы не замечали ни разу, что именно те люди, которые боятся показаться смешными, чаще всего кажутся смешными?

    Вы не замечали ни разу, что именно те люди, которые боятся показаться смешными, чаще всего кажутся смешными?

    — Марк Марронье · книга
20. «

    Теорема Трёх Зачем проста — в ответе на третий подряд вопрос, начинающийся с «зачем?», каждый подвергшийся тестированию, в том или ином виде, вспоминает о смерти.

    Теорема Трёх Зачем проста — в ответе на третий подряд вопрос, начинающийся с «зачем?», каждый подвергшийся тестированию, в том или ином виде, вспоминает о смерти.