36 цитат из книги «Фредрик Бакман. Медвежий угол»

Ниже 36 цитат из книги «Фредрик Бакман. Медвежий угол»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ку­ри­ла Ра­мо­на, а от рака умер Холь­гер. «Не бо­лезнь, а сплош­ная иро­ния», — без­за­бот­но го­во­рил Холь­гер.

   Ку­ри­ла Ра­мо­на, а от рака умер Холь­гер. «Не бо­лезнь, а сплош­ная иро­ния», — без­за­бот­но го­во­рил Холь­гер.

   — Хольгер · книга
2. «

   Как лег­ко убе­дить друг дру­га пе­ре­стать ви­деть в че­ло­ве­ке че­ло­ве­ка.

   Как лег­ко убе­дить друг дру­га пе­ре­стать ви­деть в че­ло­ве­ке че­ло­ве­ка.
3. «

   Нена­висть бы­ва­ет весь­ма вдох­нов­ля­ю­щим чув­ством. Мир пе­ре­ста­ет быть непо­нят­ным и пу­га­ю­щим, если раз­де­лить всех на дру­зей и вра­гов, на сво­их и чу­жих, хо­ро­ших и пло­хих. Са­мый про­стой спо­соб объ­еди­нить груп­пу — во­все не лю­бовь, по­то­му что лю­бовь — это труд­но, лю­бовь тре­бо­ва­тель­на. А нена­висть — это про­сто.

   Нена­висть бы­ва­ет весь­ма вдох­нов­ля­ю­щим чув­ством. Мир пе­ре­ста­ет быть непо­нят­ным и пу­га­ю­щим, если раз­де­лить всех на дру­зей и вра­гов, на сво­их и чу­жих, хо­ро­ших и пло­хих. Са­мый про­стой спо­соб объ­еди­нить груп­пу — во­все не лю­бовь, по­то­му что лю­бовь — это труд­но, лю­бовь тре­бо­ва­тель­на. А нена­висть — это про­сто.
4. «

   Насту­пи­ло но­вое утро. Оно на­сту­па­ет все­гда. Вре­мя все­гда дви­жет­ся оди­на­ко­во, это толь­ко чув­ства име­ют раз­ную ско­рость. Каж­дый день — это либо це­лая жизнь, либо один удар серд­ца, в за­ви­си­мо­сти от того, с кем ты этот день про­ве­дешь.

   Насту­пи­ло но­вое утро. Оно на­сту­па­ет все­гда. Вре­мя все­гда дви­жет­ся оди­на­ко­во, это толь­ко чув­ства име­ют раз­ную ско­рость. Каж­дый день — это либо це­лая жизнь, либо один удар серд­ца, в за­ви­си­мо­сти от того, с кем ты этот день про­ве­дешь.
5. «

   Одна из самых трудных штук, когда стареешь, – признать ошибки, которые уже слишком поздно исправить. Ведь когда ты обладаешь властью над людскими судьбами, самое страшное – ошибиться.

   Одна из самых трудных штук, когда стареешь, – признать ошибки, которые уже слишком поздно исправить. Ведь когда ты обладаешь властью над людскими судьбами, самое страшное – ошибиться.
6. «

   Пока дети маленькие, ты думаешь, что это пройдёт – сердце больше не будет сжиматься от чувства вины каждое утро, когда ты уезжаешь из дома. Но на самом деле это не проходит, становится только хуже.

   Пока дети маленькие, ты думаешь, что это пройдёт – сердце больше не будет сжиматься от чувства вины каждое утро, когда ты уезжаешь из дома. Но на самом деле это не проходит, становится только хуже.
7. «

   Две вещи с неиз­мен­ным успе­хом на­по­ми­на­ют нам о воз­расте: дети и спорт.

   Две вещи с неиз­мен­ным успе­хом на­по­ми­на­ют нам о воз­расте: дети и спорт.
8. «

   Ребёнка ничего не стоит обольстить, сказав, что если ты достаточно сильно чего-нибудь хочешь и делаешь ради этого всё возможное, то ты в своём деле станешь лучшим.

   Ребёнка ничего не стоит обольстить, сказав, что если ты достаточно сильно чего-нибудь хочешь и делаешь ради этого всё возможное, то ты в своём деле станешь лучшим.
9. «

   Важно знать, что есть те, кто тебя не оставит.

   Важно знать, что есть те, кто тебя не оставит.
10. «

    Да­вид дер­жал руку на жи­во­те сво­ей де­вуш­ки, пре­ис­пол­нен­ный люб­ви к че­ло­ве­ку, ко­то­ро­го он ни­ко­гда не ви­дел, чув­ствуя, что его жизнь пе­ре­хо­дит во власть несу­ще­ству­ю­щей люб­ви. Его мама ча­сто по­вто­ря­ла, что каж­дый ре­бе­нок — это транс­план­та­ция серд­ца. Те­перь он по­нял, что она име­ла в виду.

    Да­вид дер­жал руку на жи­во­те сво­ей де­вуш­ки, пре­ис­пол­нен­ный люб­ви к че­ло­ве­ку, ко­то­ро­го он ни­ко­гда не ви­дел, чув­ствуя, что его жизнь пе­ре­хо­дит во власть несу­ще­ству­ю­щей люб­ви. Его мама ча­сто по­вто­ря­ла, что каж­дый ре­бе­нок — это транс­план­та­ция серд­ца. Те­перь он по­нял, что она име­ла в виду.
11. «

    Ре­бён­ка ни­че­го не сто­ит обо­льстить, ска­зав, что если ты до­ста­точ­но силь­но чего-ни­будь хо­чешь и де­ла­ешь ради это­го всё воз­мож­ное, то ты в сво­ем деле ста­нешь луч­шим.

    Ре­бён­ка ни­че­го не сто­ит обо­льстить, ска­зав, что если ты до­ста­точ­но силь­но чего-ни­будь хо­чешь и де­ла­ешь ради это­го всё воз­мож­ное, то ты в сво­ем деле ста­нешь луч­шим.
12. «

    Мно­го­лет­ний брак — дело нелег­кое. На­столь­ко нелег­кое, что боль­шин­ство из тех, кто с этим зна­ком, ино­гда за­да­ют­ся во­про­сом: «Мы все еще вме­сте по­то­му, что это лю­бовь, или мне про­сто не под силу за­но­во от­кры­вать­ся но­во­му че­ло­ве­ку?»

    Мно­го­лет­ний брак — дело нелег­кое. На­столь­ко нелег­кое, что боль­шин­ство из тех, кто с этим зна­ком, ино­гда за­да­ют­ся во­про­сом: «Мы все еще вме­сте по­то­му, что это лю­бовь, или мне про­сто не под силу за­но­во от­кры­вать­ся но­во­му че­ло­ве­ку?»
13. «

    Лишь в пят­на­дцать лет че­ло­ве­ку мо­жет так нестер­пи­мо хо­теть­ся сбе­жать из дома.

    Лишь в пят­на­дцать лет че­ло­ве­ку мо­жет так нестер­пи­мо хо­теть­ся сбе­жать из дома.
14. «

    Одно из са­мых ужас­ных свойств горя — в том, что если ты не го­рю­ешь, то чув­ству­ешь себя эго­и­стом.

    Одно из са­мых ужас­ных свойств горя — в том, что если ты не го­рю­ешь, то чув­ству­ешь себя эго­и­стом.
15. «

    Есть чет­кая раз­ни­ца меж­ду детьми, жи­ву­щи­ми в се­мьях, где день­ги мо­гут за­кон­чить­ся и где день­ги не кон­ча­ют­ся ни­ко­гда. Кро­ме того, нема­ло­важ­но, в ка­ком воз­расте ты это по­ни­ма­ешь.

    Есть чет­кая раз­ни­ца меж­ду детьми, жи­ву­щи­ми в се­мьях, где день­ги мо­гут за­кон­чить­ся и где день­ги не кон­ча­ют­ся ни­ко­гда. Кро­ме того, нема­ло­важ­но, в ка­ком воз­расте ты это по­ни­ма­ешь.
16. «

    Да, так и бы­ва­ет с сы­но­вья­ми, чьи отцы слиш­ком уда­ря­ли по вис­ки: либо глу­шат не про­сы­хая, либо во­об­ще не пьют. Сред­не­го не дано.

    Да, так и бы­ва­ет с сы­но­вья­ми, чьи отцы слиш­ком уда­ря­ли по вис­ки: либо глу­шат не про­сы­хая, либо во­об­ще не пьют. Сред­не­го не дано.

    — Рамона · книга
17. «

    Самое весёлое в битве за успех — то, что она не кончается никогда.

    Самое весёлое в битве за успех — то, что она не кончается никогда.
18. «

    Любовь ро­ди­те­ля к ре­бен­ку стран­ная шту­ка. Вся­кая дру­гая лю­бовь — к дру­гим лю­дям — с чего-то на­чи­на­ет­ся. Но это­го че­ло­ве­ка мы лю­би­ли це­лую веч­ность, лю­би­ли еще до того, как он по­явил­ся на свет. Сколь­ко ни го­товь­ся, но пер­вое мгно­ве­ние для всех ма­те­рей и от­цов — все­гда шок: ко­гда вол­на чувств за­хле­сты­ва­ет тебя и зем­ля ухо­дит из-под ног. По­нять это невоз­мож­но, по­то­му что не с чем срав­нить. Все рав­но что пы­тать­ся опи­сать ощу­ще­ние от пес­ка меж­ду паль­ца­ми ног или от сне­жи­нок на язы­ке тому, кто всю жизнь про­жил в тем­ной ком­на­те. Душа пе­ре­во­ра­чи­ва­ет­ся.

    Любовь ро­ди­те­ля к ре­бен­ку стран­ная шту­ка. Вся­кая дру­гая лю­бовь — к дру­гим лю­дям — с чего-то на­чи­на­ет­ся. Но это­го че­ло­ве­ка мы лю­би­ли це­лую веч­ность, лю­би­ли еще до того, как он по­явил­ся на свет. Сколь­ко ни го­товь­ся, но пер­вое мгно­ве­ние для всех ма­те­рей и от­цов — все­гда шок: ко­гда вол­на чувств за­хле­сты­ва­ет тебя и зем­ля ухо­дит из-под ног. По­нять это невоз­мож­но, по­то­му что не с чем срав­нить. Все рав­но что пы­тать­ся опи­сать ощу­ще­ние от пес­ка меж­ду паль­ца­ми ног или от сне­жи­нок на язы­ке тому, кто всю жизнь про­жил в тем­ной ком­на­те. Душа пе­ре­во­ра­чи­ва­ет­ся.
19. «

    Нет ничего сложнее, чем признаться в собственном лицемерии.

    Нет ничего сложнее, чем признаться в собственном лицемерии.
20. «

    Если хо­чешь, что­бы под­ро­сток за­мкнул­ся в себе, пред­ло­жи ему: «Мо­жет, по­го­во­рим?»

    Если хо­чешь, что­бы под­ро­сток за­мкнул­ся в себе, пред­ло­жи ему: «Мо­жет, по­го­во­рим?»