50 цитат из книги «Фредрик Бакман. Вторая жизнь Уве» — топ по популярности

Ниже 50 цитат из книги «Фредрик Бакман. Вторая жизнь Уве»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   И куда оно годится, такое общество, в котором ни писать, ни кофе варить толком не умеют.

   И куда оно годится, такое общество, в котором ни писать, ни кофе варить толком не умеют.

   — Уве Линдаль · книга
2. «

   Но нет на свете ада, способного сравниться с гневом беременной, которой отказали в её надобности.

   Но нет на свете ада, способного сравниться с гневом беременной, которой отказали в её надобности.
3. «

   Странная штука — любовь. Она всегда застает тебя врасплох.

   Странная штука — любовь. Она всегда застает тебя врасплох.
4. «

   Кто знает, может, именно скорбь по неродившемуся ребёнку так сблизила двух мужиков. Но скорбь – штука опасная, в том смысле, что, если люди не разделяют её, она сама разделяет людей.

   Кто знает, может, именно скорбь по неродившемуся ребёнку так сблизила двух мужиков. Но скорбь – штука опасная, в том смысле, что, если люди не разделяют её, она сама разделяет людей.
5. «

   В жизни он не слыхал ничего чудесней её голоса. Он всегда звучал так, будто она вот-вот рассмеётся. А уж если рассмеётся, то, чудилось Уве, будто пузырьки шампанского заиграют. Сам он боялся слово сказать – выставить себя неучем и дураком. Но всё оказалось не так страшно. Она любила болтать, Уве – помалкивать. Впоследствии он предположил, что именно это имеют в виду, говоря, что они с женой дополняют друг друга.

   В жизни он не слыхал ничего чудесней её голоса. Он всегда звучал так, будто она вот-вот рассмеётся. А уж если рассмеётся, то, чудилось Уве, будто пузырьки шампанского заиграют. Сам он боялся слово сказать – выставить себя неучем и дураком. Но всё оказалось не так страшно. Она любила болтать, Уве – помалкивать. Впоследствии он предположил, что именно это имеют в виду, говоря, что они с женой дополняют друг друга.
6. «

   Она вдруг хохочет, совершенно огорошив его. Так газировка, если слишком быстро прыснуть в стакан, вспенится и польётся через край. Никак не вписывается этот хохот ни в серый бетон, ни в прямоугольную геометрию каменной плитки. Шумный, хулиганский, против всех предписаний и правил.

   Она вдруг хохочет, совершенно огорошив его. Так газировка, если слишком быстро прыснуть в стакан, вспенится и польётся через край. Никак не вписывается этот хохот ни в серый бетон, ни в прямоугольную геометрию каменной плитки. Шумный, хулиганский, против всех предписаний и правил.
7. «

   … Уве всё гадал, ну почему она выбрала его. Она ведь любит всякие абстрактные вещи – музыку там, книги, всякие чудные слова. Уве же человек дела. Ему по душе отвёртки и масляные фильтры. Он шёл по жизни, сунув руки в карманы брюк. Она – танцуя. – Одного солнечного луча довольно, чтобы прогнать все тени, – ответила она, когда он поинтересовался, откуда в ней эдакая прорва оптимизма.

   … Уве всё гадал, ну почему она выбрала его. Она ведь любит всякие абстрактные вещи – музыку там, книги, всякие чудные слова. Уве же человек дела. Ему по душе отвёртки и масляные фильтры. Он шёл по жизни, сунув руки в карманы брюк. Она – танцуя. – Одного солнечного луча довольно, чтобы прогнать все тени, – ответила она, когда он поинтересовался, откуда в ней эдакая прорва оптимизма.

   — Соня · книга
8. «

   Розовые. Твои любимые. Гардинные. В магазине сказали, гардении, балбесы, будто я не знаю, как ты их называла.

   Розовые. Твои любимые. Гардинные. В магазине сказали, гардении, балбесы, будто я не знаю, как ты их называла.

   — Уве Линдаль · книга
9. «

   Странное дело — осиротеть в шестнадцать лет. Лишиться семьи, не успев обзавестись собственной. Это совсем особенное одиночество.

   Странное дело — осиротеть в шестнадцать лет. Лишиться семьи, не успев обзавестись собственной. Это совсем особенное одиночество.
10. «

    Так и поплыли его дни, медленно и размеренно. И вот однажды утром он встретил её. Каштановые волосы, синие глазищи, красные туфли и большая золотая заколка. С того самого дня Уве утратил покой и сон.

    Так и поплыли его дни, медленно и размеренно. И вот однажды утром он встретил её. Каштановые волосы, синие глазищи, красные туфли и большая золотая заколка. С того самого дня Уве утратил покой и сон.
11. «

    Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно — на то, чтобы жить.

    Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно — на то, чтобы жить.
12. «

    Да, бывает трудно признать, что ошибался. Особенно когда ошибался так долго.

    Да, бывает трудно признать, что ошибался. Особенно когда ошибался так долго.
13. «

    – Кого-кого, а меня не проведёшь, мой милый, – игриво улыбалась она, забираясь к нему в охапку. – Ты тоже танцуешь, Уве, но внутри себя, когда никто не видит. Вот за это я тебя и люблю. Хочешь ты этого или нет.

    – Кого-кого, а меня не проведёшь, мой милый, – игриво улыбалась она, забираясь к нему в охапку. – Ты тоже танцуешь, Уве, но внутри себя, когда никто не видит. Вот за это я тебя и люблю. Хочешь ты этого или нет.

    — Соня · книга
14. «

    Когда в дверь звонят в первый раз, он уверен: ослышался. И именно поэтому решает не открывать. Но звонок повторяется — и Уве понимает: нет, не ослышался. И именно поэтому решает не открывать.

    Когда в дверь звонят в первый раз, он уверен: ослышался. И именно поэтому решает не открывать. Но звонок повторяется — и Уве понимает: нет, не ослышался. И именно поэтому решает не открывать.
15. «

    Ссора закипела — не унять. Прямо два чайника на плите — кто кого пересвистит.

    Ссора закипела — не унять. Прямо два чайника на плите — кто кого пересвистит.
16. «

    Но скорбь — штука опасная, в том смысле, что, если люди не разделяют её, она сама разделяет людей.

    Но скорбь — штука опасная, в том смысле, что, если люди не разделяют её, она сама разделяет людей.
17. «

    Со смертью отца Уве все отчетливей видел разницу между людьми, которые заняты делом, и теми, кто ничего не делает. Между теми, что работают, и теми, которые только болтают.

    Со смертью отца Уве все отчетливей видел разницу между людьми, которые заняты делом, и теми, кто ничего не делает. Между теми, что работают, и теми, которые только болтают.
18. «

    И вдруг обнаружил: дома ему по душе. Их можно понять умом. Их можно рассчитать, начертить на бумаге. Они протекут, если не латать им крышу. Они рухнут, если не укреплять фундамент. Они справедливы, эти дома, всегда платят тебе тем, что ты заслужил. Не то, что люди.

    И вдруг обнаружил: дома ему по душе. Их можно понять умом. Их можно рассчитать, начертить на бумаге. Они протекут, если не латать им крышу. Они рухнут, если не укреплять фундамент. Они справедливы, эти дома, всегда платят тебе тем, что ты заслужил. Не то, что люди.
19. «

    Дом медленно, но верно приобретал божеский вид. Шуруп за шурупом, дощечка за дощечкой. Похвалиться было не перед кем, да оно и не требовалось. Хорошая работа сама себя хвалит, говаривал отец, и Уве был совершенно с ним согласен.

    Дом медленно, но верно приобретал божеский вид. Шуруп за шурупом, дощечка за дощечкой. Похвалиться было не перед кем, да оно и не требовалось. Хорошая работа сама себя хвалит, говаривал отец, и Уве был совершенно с ним согласен.
20. «

    А её смех — как забыть ощущение, будто кто-то босыми ножками пробегает по твоему сердцу.

    А её смех — как забыть ощущение, будто кто-то босыми ножками пробегает по твоему сердцу.