16 сильных цитат из книги «Фридрих Шиллер. Разбойники»

16 цитат из книги «Фридрих Шиллер. Разбойники» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Кто ничего не боится — не менее силен, чем тот, кого боятся все.

   Кто ничего не боится — не менее силен, чем тот, кого боятся все.

   — Франц · книга
2. «

   Люди! Люди! Лживые, коварные ехидны! Их слезы — вода! Их сердца — железо! Поцелуй на устах — и кинжал в сердце!

   Люди! Люди! Лживые, коварные ехидны! Их слезы — вода! Их сердца — железо! Поцелуй на устах — и кинжал в сердце!

   — Карл Моор · книга
3. «

   Вселенная — одна семья, и один отец там, наверху!

   Вселенная — одна семья, и один отец там, наверху!

   — Максимилиан граф фон Моор · книга
4. «

   Существуют, конечно, некие общепринятые понятия, придуманные людьми, чтобы поддерживать пульс миропорядка. Честное имя — право же ценная монета: можно неплохо поживиться, умело пуская ее в оборот. Совесть — это отличное пугало, чтобы отгонять воробьев от вишневых деревьев, или, вернее, ловко составленный вексель, который выпутает из беды и банкрота.

   Существуют, конечно, некие общепринятые понятия, придуманные людьми, чтобы поддерживать пульс миропорядка. Честное имя — право же ценная монета: можно неплохо поживиться, умело пуская ее в оборот. Совесть — это отличное пугало, чтобы отгонять воробьев от вишневых деревьев, или, вернее, ловко составленный вексель, который выпутает из беды и банкрота.

   — Франц · книга
5. «

   Господь ничего не забывает, он умеет все связать воедино.

   Господь ничего не забывает, он умеет все связать воедино.

   — Максимилиан граф фон Моор · книга
6. «

   Могу ли я признавать любовь, которая не основана на уважении к моему «я»?

   Могу ли я признавать любовь, которая не основана на уважении к моему «я»?

   — Франц · книга
7. «

   Философы и медики утверждают, что состояние духа и работа всего человеческого организма находятся в тесной взаимосвязи. Страсти подрывают жизненную силу, не в меру отягощенный дух клонит к земле свою оболочку — тело.

   Философы и медики утверждают, что состояние духа и работа всего человеческого организма находятся в тесной взаимосвязи. Страсти подрывают жизненную силу, не в меру отягощенный дух клонит к земле свою оболочку — тело.

   — Франц · книга
8. «

   К тому, что силы растут с нуждой... Вот почему я никогда не трушу, когда доходит до крайности. Мужество растет с опасностью: чем туже приходится, тем больше сил.

   К тому, что силы растут с нуждой... Вот почему я никогда не трушу, когда доходит до крайности. Мужество растет с опасностью: чем туже приходится, тем больше сил.

   — Шпигельберг · книга
9. «

   Можно обмануться, верь мне, можно принять за твердость духа то, что в конце концов только отчаяние.

   Можно обмануться, верь мне, можно принять за твердость духа то, что в конце концов только отчаяние.

   — Карл Моор · книга
10. «

    Всемогущему богу, которого ты, глупец и злодей, изгоняешь из его же творения, нет нужды оправдывать себя устами праха. Он также велик в твоих жестокостях, как и в улыбке всепобеждающей добродетели.

    Всемогущему богу, которого ты, глупец и злодей, изгоняешь из его же творения, нет нужды оправдывать себя устами праха. Он также велик в твоих жестокостях, как и в улыбке всепобеждающей добродетели.

    — пастор Мозер · книга
11. «

    Честного человека можно сделать из любого пня. Но мошенника — это дело посложнее!

    Честного человека можно сделать из любого пня. Но мошенника — это дело посложнее!

    — Шпигельберг · книга
12. «

    Люди — порождение ехиден и крокодилов!

    Люди — порождение ехиден и крокодилов!
13. «

    Люди, люди! Порождение крокодилов! Ваши слезы — вода! Ваши сердца — твердый булат! Поцелуи — кинжалы в грудь!

    Люди, люди! Порождение крокодилов! Ваши слезы — вода! Ваши сердца — твердый булат! Поцелуи — кинжалы в грудь!

    — Карл Моор · книга
14. «

    О, я глупец, мечтавший исправить свет злодеяниями и блюсти законы беззаконием. Я называл это мщением и правом. Я дерзал, о провидение, стачивать зазубрины твоего меча, сглаживать твои пристрастия! Но... О жалкое ребячество!

    О, я глупец, мечтавший исправить свет злодеяниями и блюсти законы беззаконием. Я называл это мщением и правом. Я дерзал, о провидение, стачивать зазубрины твоего меча, сглаживать твои пристрастия! Но... О жалкое ребячество!

    — Карл Моор · книга
15. «

    У меня все права быть недовольным природой, и, клянусь честью, я воспользуюсь ими. Зачем не я первый вышел из материнского чрева? Зачем не единственный? Зачем природа взвалила на меня это бремя уродства? Именно на меня? Словно она обанкротилась перед моим рождением. Почему именно мне достался этот лапландский нос? Этот рот как у негра? Эти готтентотские глаза? В самом деле, мне кажется, что она у всех людских пород взяла самое мерзкое, смешала в кучу и испекла меня из такого теста. Ад и смерть! Кто дал ей право одарить его всем, все отняв у меня? Разве может кто-нибудь задобрить ее, еще не родившись, или разобидеть, еще не увидев света? Почему она так предвзято взялась за дело? Нет, нет! Я несправедлив к ней. Высадив нас, нагих и жалких, на берегу этого безграничного океана — жизни, она дала нам изобретательный ум. Плыви, кто может плыть, а неловкий — тони! Меня она ничем не снабдила в дорогу. Все, чем бы я ни стал, будет делом моих рук. У всех одинаковые права на большое и малое. Притязание разбивается о притязание, стремление о стремление, мощь о мощь. Право на стороне победителя, а закон для нас — лишь пределы наших сил.

    У меня все права быть недовольным природой, и, клянусь честью, я воспользуюсь ими. Зачем не я первый вышел из материнского чрева? Зачем не единственный? Зачем природа взвалила на меня это бремя уродства? Именно на меня? Словно она обанкротилась перед моим рождением. Почему именно мне достался этот лапландский нос? Этот рот как у негра? Эти готтентотские глаза? В самом деле, мне кажется, что она у всех людских пород взяла самое мерзкое, смешала в кучу и испекла меня из такого теста. Ад и смерть! Кто дал ей право одарить его всем, все отняв у меня? Разве может кто-нибудь задобрить ее, еще не родившись, или разобидеть, еще не увидев света? Почему она так предвзято взялась за дело? Нет, нет! Я несправедлив к ней. Высадив нас, нагих и жалких, на берегу этого безграничного океана — жизни, она дала нам изобретательный ум. Плыви, кто может плыть, а неловкий — тони! Меня она ничем не снабдила в дорогу. Все, чем бы я ни стал, будет делом моих рук. У всех одинаковые права на большое и малое. Притязание разбивается о притязание, стремление о стремление, мощь о мощь. Право на стороне победителя, а закон для нас — лишь пределы наших сил.

    — Франц · книга
16. «

    К чему эта страстная жажда райского счастья? К чему этот идеал недостижимого совершенства?

    К чему эта страстная жажда райского счастья? К чему этот идеал недостижимого совершенства?

    — Карл Моор · книга