121 фраза из книги «Фридрих Вильгельм Ницше. Так говорил Заратустра» — избранное

Ниже 121 цитата из книги «Фридрих Вильгельм Ницше. Так говорил Заратустра»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Когда снимают у горбатого горб его, у него отнимают и дух его.

   Когда снимают у горбатого горб его, у него отнимают и дух его.

   — Заратустра · книга
2. «

   Вы жметесь к ближнему, и для этого у вас есть прекрасные слова. Но я говорю вам: ваша любовь к ближнему есть ваша дурная любовь к самим себе.

   Вы жметесь к ближнему, и для этого у вас есть прекрасные слова. Но я говорю вам: ваша любовь к ближнему есть ваша дурная любовь к самим себе.
3. «

   Остерегайся приступов своей любви! Слишком скоро протягивает одинокий руку тому, кто с ним повстречается.

   Остерегайся приступов своей любви! Слишком скоро протягивает одинокий руку тому, кто с ним повстречается.
4. «

   Ужасно быть лицом к лицу с судьею и мстителем собственного закона. Так бывает брошена звезда в пустое пространство и в ледяное дыхание одиночества.

   Ужасно быть лицом к лицу с судьею и мстителем собственного закона. Так бывает брошена звезда в пустое пространство и в ледяное дыхание одиночества.
5. «

   От всего сердца люблю я только одну жизнь и, поистине, больше всего тогда, когда ненавижу её!

   От всего сердца люблю я только одну жизнь и, поистине, больше всего тогда, когда ненавижу её!
6. «

   Я бы поверил только в такого Бога, который умел бы танцевать.

   Я бы поверил только в такого Бога, который умел бы танцевать.
7. «

   ... Женщина мало что смыслит в чести. Пусть же станет честью ее — любить всегда сильнее, чем любят ее, и в любви никогда не быть второй.

   ... Женщина мало что смыслит в чести. Пусть же станет честью ее — любить всегда сильнее, чем любят ее, и в любви никогда не быть второй.
8. «

   Там научился ты, насколько труднее уметь дарить, чем уметь брать, и что хорошо дарить есть искусство, и притом высшее, самое мудреное искусство доброты.

   Там научился ты, насколько труднее уметь дарить, чем уметь брать, и что хорошо дарить есть искусство, и притом высшее, самое мудреное искусство доброты.
9. «

   Когда-нибудь вы должны будете любить дальше себя! Начните же учиться любить!

   Когда-нибудь вы должны будете любить дальше себя! Начните же учиться любить!

   — Заратустра · книга
10. «

    Идёшь к женщине? Не забудь кнут.

    Идёшь к женщине? Не забудь кнут.
11. «

    Еще у человечества нет цели. Но скажите же мне, братья мои: если человечеству недостает еще цели, то, быть может, недостает еще и его самого?

    Еще у человечества нет цели. Но скажите же мне, братья мои: если человечеству недостает еще цели, то, быть может, недостает еще и его самого?

    — Заратустра · книга
12. «

    Твои ближние будут всегда ядовитыми мухами; то, что есть в тебе великого, — должно делать их ещё более ядовитыми и ещё более похожими на мух.

    Твои ближние будут всегда ядовитыми мухами; то, что есть в тебе великого, — должно делать их ещё более ядовитыми и ещё более похожими на мух.
13. «

    Перестают знать людей, когда живут среди них.

    Перестают знать людей, когда живут среди них.

    — Заратустра · книга
14. «

    Я заклинаю вас, братья мои, оставайтесь верны земле и не верьте тем, кто говорит вам о надземных надеждах! Они отравители, все равно, знают ли они это или нет.

    Я заклинаю вас, братья мои, оставайтесь верны земле и не верьте тем, кто говорит вам о надземных надеждах! Они отравители, все равно, знают ли они это или нет.

    — Заратустра · книга
15. «

    Если б я захотел потрясти это дерево своими руками, я бы не смог этого сделать. Но ветер, невидимый нами, терзает и гнет его, куда он хочет. Невидимые руки еще больше гнут и терзают нас.

    Если б я захотел потрясти это дерево своими руками, я бы не смог этого сделать. Но ветер, невидимый нами, терзает и гнет его, куда он хочет. Невидимые руки еще больше гнут и терзают нас.

    — Заратустра · книга
16. «

    Верят только заикающимся.

    Верят только заикающимся.
17. «

    Если бы боги существовали, как бы вынес я, что я не бог?

    Если бы боги существовали, как бы вынес я, что я не бог?
18. «

    Вы говорите мне: «жизнь тяжело нести». Но к чему была бы вам ваша гордость поутру и ваша покорность вечером? Жизнь тяжело нести; но не притворяйтесь же такими нежными! Мы все прекрасные вьючные ослы и ослицы.

    Вы говорите мне: «жизнь тяжело нести». Но к чему была бы вам ваша гордость поутру и ваша покорность вечером? Жизнь тяжело нести; но не притворяйтесь же такими нежными! Мы все прекрасные вьючные ослы и ослицы.
19. «

    Раз! О, внемли, друг! Два! Что полночь тихо скажет вдруг? Три! «Глубокий сон сморил меня, — Четыре! Из сна теперь очнулась я: Пять! Мир — так глубок, Шесть! Как день помыслить бы не смог. Семь! Мир — это скорбь до всех глубин, — Восемь! Но радость глубже бьёт ключом! Девять! Скорбь шепчет: сгинь! Десять! А радость рвётся в отчий дом, — Одиннадцать! В свой кровный, вековечный дом!» Двенадцать!

    Раз! О, внемли, друг! Два! Что полночь тихо скажет вдруг? Три! «Глубокий сон сморил меня, — Четыре! Из сна теперь очнулась я: Пять! Мир — так глубок, Шесть! Как день помыслить бы не смог. Семь! Мир — это скорбь до всех глубин, — Восемь! Но радость глубже бьёт ключом! Девять! Скорбь шепчет: сгинь! Десять! А радость рвётся в отчий дом, — Одиннадцать! В свой кровный, вековечный дом!» Двенадцать!

    — Заратустра · книга
20. «

    Являешься ли ты чистым воздухом, и одиночеством, и хлебом, и лекарством для своего друга? Иной не может избавиться от своих собственных цепей, но является избавителем для друга.

    Являешься ли ты чистым воздухом, и одиночеством, и хлебом, и лекарством для своего друга? Иной не может избавиться от своих собственных цепей, но является избавителем для друга.

    — Заратустра · книга