18 цитат из книги «Габриэль Гарсиа Маркес. Любовь во время чумы» — читать онлайн

18 цитат из книги «Габриэль Гарсиа Маркес. Любовь во время чумы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... время в старости — не горизонтальный поток, а бездонный колодец, в который утекает память.

   ... время в старости — не горизонтальный поток, а бездонный колодец, в который утекает память.
2. «

   Главное в жизни общества — уметь управляться со страхом, главное в жизни супругов — уметь управляться со скукой.

   Главное в жизни общества — уметь управляться со страхом, главное в жизни супругов — уметь управляться со скукой.

   — Фермина Даса · книга
3. «

   Так было всегда: запах горького миндаля наводил на мысль о несчастной любви.

   Так было всегда: запах горького миндаля наводил на мысль о несчастной любви.
4. «

   Она была рядом с ним почти двадцать лет, однако же в этом сонном городе, где каждому было известно все, вплоть до государственных секретов, об их отношениях не знал никто.

   Она была рядом с ним почти двадцать лет, однако же в этом сонном городе, где каждому было известно все, вплоть до государственных секретов, об их отношениях не знал никто.
5. «

   Слабым никогда не войти в царство любви, законы в этом царстве суровы, женщины отдают себя лишь смелым и решительным мужчинам, они сулят им надежность, а это то, что нужно женщинам в жизни.

   Слабым никогда не войти в царство любви, законы в этом царстве суровы, женщины отдают себя лишь смелым и решительным мужчинам, они сулят им надежность, а это то, что нужно женщинам в жизни.

   — Трансито Ариса · книга
6. «

   Ничто так не характеризует человека больше, чем то, как он умирает.

   Ничто так не характеризует человека больше, чем то, как он умирает.
7. «

   Флорентино Ариса, напротив, ни на миг не переставал думать о ней с той поры, как Фермина Даса бесповоротно отвергла его после их бурной и трудной любви; а с той поры прошли пятьдесят один год, девять месяцев и четыре дня.

   Флорентино Ариса, напротив, ни на миг не переставал думать о ней с той поры, как Фермина Даса бесповоротно отвергла его после их бурной и трудной любви; а с той поры прошли пятьдесят один год, девять месяцев и четыре дня.
8. «

   Какая жалость, что еще попадаются люди, кончающие с собой не из-за несчастной любви.

   Какая жалость, что еще попадаются люди, кончающие с собой не из-за несчастной любви.
9. «

   Совсем другой, наверное, могла бы стать жизнь для них обоих, знай они заведомо, что в семейной жизни куда легче уклониться от катастроф, нежели от досадных мелочных пустяков.

   Совсем другой, наверное, могла бы стать жизнь для них обоих, знай они заведомо, что в семейной жизни куда легче уклониться от катастроф, нежели от досадных мелочных пустяков.
10. «

    Он вроде первенца, работаешь на него всю жизнь, всем для него жертвуешь, а потом, в решающий момент, он делает то, что сам пожелает.

    Он вроде первенца, работаешь на него всю жизнь, всем для него жертвуешь, а потом, в решающий момент, он делает то, что сам пожелает.

    — Хувеналь Урбино · книга
11. «

    В восемьдесят один год он имел достаточно ясную голову, чтобы понимать: теперь к этому миру его привязывают лишь слабые ниточки, которые могут, не причинив боли, оборваться просто от того, что во сне он перевернется на другой бок, и если он делал все возможное. чтобы сохранить их, то лишь потому, что боялся в потемках смерти не найти Бога.

    В восемьдесят один год он имел достаточно ясную голову, чтобы понимать: теперь к этому миру его привязывают лишь слабые ниточки, которые могут, не причинив боли, оборваться просто от того, что во сне он перевернется на другой бок, и если он делал все возможное. чтобы сохранить их, то лишь потому, что боялся в потемках смерти не найти Бога.
12. «

    Предстояло научить ее думать о любви, как о благодати, которая вовсе не является средством для чего-то, но есть сама по себе начало и конец всего.

    Предстояло научить ее думать о любви, как о благодати, которая вовсе не является средством для чего-то, но есть сама по себе начало и конец всего.
13. «

    Начиная писать, он был готов подвергнуть свое терпение величайшему испытанию, во всяком случае, ждать до тех пор, пока не станет совершенно очевидно, что он теряет время уникальным, не укладывающимся в голове образом.

    Начиная писать, он был готов подвергнуть свое терпение величайшему испытанию, во всяком случае, ждать до тех пор, пока не станет совершенно очевидно, что он теряет время уникальным, не укладывающимся в голове образом.
14. «

    Любовь, как ничто другое, — природный талант. Или умеешь это от рождения, или не сумеешь никогда.

    Любовь, как ничто другое, — природный талант. Или умеешь это от рождения, или не сумеешь никогда.

    — Сара Норьега · книга
15. «

    Ответь ему «да». Даже если умираешь от страха, даже если потом раскаешься, потому что будешь каяться всю жизнь, если сейчас ответишь ему «нет».

    Ответь ему «да». Даже если умираешь от страха, даже если потом раскаешься, потому что будешь каяться всю жизнь, если сейчас ответишь ему «нет».
16. «

    Его личный ад, длившийся более полувека, уготовал ему еще много смертельных испытаний, которые он намеревался встретить с еще большим жаром, большими страданиями и большей любовью, чем все предыдущие, потому что они — последние.

    Его личный ад, длившийся более полувека, уготовал ему еще много смертельных испытаний, которые он намеревался встретить с еще большим жаром, большими страданиями и большей любовью, чем все предыдущие, потому что они — последние.
17. «

    «Ты обращаешься со мной так, словно я какой-то там», — говорил он. А она, рассмеявшись смехом вольной самки, отвечала: «Наоборот, словно тебя никакого тут».

    «Ты обращаешься со мной так, словно я какой-то там», — говорил он. А она, рассмеявшись смехом вольной самки, отвечала: «Наоборот, словно тебя никакого тут».

    — Флорентино Ариза · книга
18. «

    Тайная жизнь с мужчиной, который никогда не принадлежал ей полностью, жизнь, в которой не однажды случались мгновенные вспышки счастья, не так уж плоха. Наоборот: его жизненный опыт свидетельствовал, что, возможно, как раз это придавало ей прелесть.

    Тайная жизнь с мужчиной, который никогда не принадлежал ей полностью, жизнь, в которой не однажды случались мгновенные вспышки счастья, не так уж плоха. Наоборот: его жизненный опыт свидетельствовал, что, возможно, как раз это придавало ей прелесть.

    — Хувеналь Урбино · книга