15 коротких цитат из книги «Галина Гончарова. Эльфы, волшебники и биолухи»

15 цитат из книги «Галина Гончарова. Эльфы, волшебники и биолухи» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вот с моими студентами хоть крокодил заговорит — они не удивятся! Зато могут споить в мгновение ока и продать в зоопарк за хорошие бабки в евро.

   Вот с моими студентами хоть крокодил заговорит — они не удивятся! Зато могут споить в мгновение ока и продать в зоопарк за хорошие бабки в евро.
2. «

   — Непробиваемая самоуверенность! — Великолепная вещь, особенно в отсутствие денег, внешности и связей!

   — Непробиваемая самоуверенность! — Великолепная вещь, особенно в отсутствие денег, внешности и связей!

   — Тина · книга
3. «

   Все складывалось слишком хорошо. Стоило бы насторожиться, но куда там! Я была счастлива, как после прослушивания очередного выступления Жириновского!

   Все складывалось слишком хорошо. Стоило бы насторожиться, но куда там! Я была счастлива, как после прослушивания очередного выступления Жириновского!
4. «

   Флакончик с ядом лежал у меня в кармане куртки, я держала его в руке и чувствовала, как он холодит пальцы. Он так и не согрелся в руке. И никогда не согреется. Смерть всегда холодна, даже если тебя сжигают на костре.

   Флакончик с ядом лежал у меня в кармане куртки, я держала его в руке и чувствовала, как он холодит пальцы. Он так и не согрелся в руке. И никогда не согреется. Смерть всегда холодна, даже если тебя сжигают на костре.
5. «

   — Неужели ты не желаешь отомстить? — удивилась я. — Желаю. Но это как-то слишком жестоко. Я пожала плечами. Жестоко! Не жил он в России во время перестройки. Узнал бы, что такое настоящая жестокость.

   — Неужели ты не желаешь отомстить? — удивилась я. — Желаю. Но это как-то слишком жестоко. Я пожала плечами. Жестоко! Не жил он в России во время перестройки. Узнал бы, что такое настоящая жестокость.

   — Тина · книга
6. «

   В руках Ника материализовался большой букет из нераспустившихся белых роз. — Возьми, — Ник осторожно отделил от букета одну розу. Цветок тут же распустился, наполняя комнату восхитительным ароматом. — Это доверие. — Он точно так же передал второй цветок. — Это восхищение. — Третий. — Это понимание. Уважение. Искренность. Дружба. Тепло. Взаимовыручка. Прощение. Нежность. Страсть. Уверенность. Любовь. Глупость. Злость. Мстительность. Эгоизм. Недоверие. Надменность. — С каждым словом Ник вручал Орланде по розе, пока в руках у женщины не оказался весь букет. — Теперь понятно?— Нет. Такого ответа Ник и ожидал.— Все просто, Орланда. Это то, что мы вручаем другому человеку, когда любим. Понимаешь? Мы вручаем все, что у нас есть, все хорошее и плохое, светлые и темные стороны своей души в руки другого человека. А он может либо принять, либо оттолкнуть этот дар. Или принять, но ничего не дать взамен. Тогда нам будет очень больно.

   В руках Ника материализовался большой букет из нераспустившихся белых роз. — Возьми, — Ник осторожно отделил от букета одну розу. Цветок тут же распустился, наполняя комнату восхитительным ароматом. — Это доверие. — Он точно так же передал второй цветок. — Это восхищение. — Третий. — Это понимание. Уважение. Искренность. Дружба. Тепло. Взаимовыручка. Прощение. Нежность. Страсть. Уверенность. Любовь. Глупость. Злость. Мстительность. Эгоизм. Недоверие. Надменность. — С каждым словом Ник вручал Орланде по розе, пока в руках у женщины не оказался весь букет. — Теперь понятно?— Нет. Такого ответа Ник и ожидал.— Все просто, Орланда. Это то, что мы вручаем другому человеку, когда любим. Понимаешь? Мы вручаем все, что у нас есть, все хорошее и плохое, светлые и темные стороны своей души в руки другого человека. А он может либо принять, либо оттолкнуть этот дар. Или принять, но ничего не дать взамен. Тогда нам будет очень больно.
7. «

   Я не совру, если скажу, что каждый день был для нас праздником. Тем более, что мы были очень неприхотливы. Солнце светит, птички чего-то там орут, мы живы и здоровы — разве это не повод устроить праздник?

   Я не совру, если скажу, что каждый день был для нас праздником. Тем более, что мы были очень неприхотливы. Солнце светит, птички чего-то там орут, мы живы и здоровы — разве это не повод устроить праздник?
8. «

   — Тварь! — Все мы твари божии. — парировала я. — Но ты — особенно!

   — Тварь! — Все мы твари божии. — парировала я. — Но ты — особенно!

   — Оля · книга
9. «

   Сейчас здесь процветает христианство, почти как у вас несколько веков назад. Общий лозунг: «Загнать всех в рай», для непроникшихся — с добавлением: “любыми методами”. К методам относятся пытки, казни, очищение водой и костром, а также искоренение всех иных форм жизни, то есть оборотней, вампиров, эльфов, гномов, в общем, всех, кто больше одарен природой.

   Сейчас здесь процветает христианство, почти как у вас несколько веков назад. Общий лозунг: «Загнать всех в рай», для непроникшихся — с добавлением: “любыми методами”. К методам относятся пытки, казни, очищение водой и костром, а также искоренение всех иных форм жизни, то есть оборотней, вампиров, эльфов, гномов, в общем, всех, кто больше одарен природой.
10. «

    — Под кого гримировать будем? Я улыбнулась. — Под очаровательную стерву. — Тогда я могу идти?

    — Под кого гримировать будем? Я улыбнулась. — Под очаровательную стерву. — Тогда я могу идти?

    — Тина · книга
11. «

    Новая любовь убивает старую? Ники хорошо помнил, как она смеялась над этими словами. «Убивает? Нет! Убить любовь нельзя! Она все равно останется, в глубине сердца, в дальней комнате разума… Но можно забыть ее! Заслонить другими переживаниями и ощущениями. Путешествиями, мужчинами, смертельным риском… Дай бог, чтобы мне не пришлось проверять это на себе».

    Новая любовь убивает старую? Ники хорошо помнил, как она смеялась над этими словами. «Убивает? Нет! Убить любовь нельзя! Она все равно останется, в глубине сердца, в дальней комнате разума… Но можно забыть ее! Заслонить другими переживаниями и ощущениями. Путешествиями, мужчинами, смертельным риском… Дай бог, чтобы мне не пришлось проверять это на себе».

    — Тина · книга
12. «

    Подлость, измену и предательство не прощают! Можно простить обман, можно простить убийство, можно простить многое, но не подлость и не предательство!

    Подлость, измену и предательство не прощают! Можно простить обман, можно простить убийство, можно простить многое, но не подлость и не предательство!
13. «

    — Я знаю, ты убила монаха! И стражника! — Ну и что? Они сами виноваты! — Но они просто выполняли свой долг! — А я выполняла свой долг! Они меня посадили в тюрьму, так? А долг любого заключенного — сделать ноги, напакостив по дороге всем, кому только можно.

    — Я знаю, ты убила монаха! И стражника! — Ну и что? Они сами виноваты! — Но они просто выполняли свой долг! — А я выполняла свой долг! Они меня посадили в тюрьму, так? А долг любого заключенного — сделать ноги, напакостив по дороге всем, кому только можно.

    — Тина · книга
14. «

    Моя ярость — костер. Быстро вспыхнула, быстро сгорела. Ярость Рона — море. Которое вроде бы спокойно, но в любой момент может устроить тебе водоворот или Бермудский треугольник.

    Моя ярость — костер. Быстро вспыхнула, быстро сгорела. Ярость Рона — море. Которое вроде бы спокойно, но в любой момент может устроить тебе водоворот или Бермудский треугольник.

    — Тина · книга
15. «

    Главный принцип всех вешателей лапши. Берешь грамм правды, добавляешь килограмм лжи, поперчить мистикой, посолить романтикой — и подавать на стол. Сожрут, не подавятся!

    Главный принцип всех вешателей лапши. Берешь грамм правды, добавляешь килограмм лжи, поперчить мистикой, посолить романтикой — и подавать на стол. Сожрут, не подавятся!